Реальность мстит. Вадим Левенталь
В Мосуле каждый день рвутся бомбы. При поддержке американской авиации иракская армия, вооружённая и обученная теми же американцами, штурмует город. Из города бегут десятки тысяч человек. Игиловские* боевики зубами цепляются за каждый дом, прикрываясь женщинами и детьми, которые всё умирают и умирают — день за днём… Но ничего этого вы не узнаете, если смотрите BBC или CNN, читаете The New York Times или The Guardian.
Странно, но в Мосуле нет никаких «белых касок», которым можно было бы дать «Оскара». Нет никаких маленьких девочек, проникновенно рассказывающих об ужасах осады города в ежедневном инстаграм-блоге. Нет красивых молодых людей из рядов демократической оппозиции, которые на фоне занавесок комментировали бы далёкие звуки разрывов снарядов: так, мол, и так, последний штурм островка свободы…
Точно так же в западной медийной картине мира почти не существует бомбардировок Йемена саудитами, хотя бомбы там летят даже не в предполагаемые логова врагов свободы, а прямо в рынки в разгар торговли.
Удивительно — ведь ещё совсем недавно те же самые журналисты не отрываясь следили за ужасами, творящимися в Алеппо. Никаких других тем не было — только «уничтожение демократической сирийской оппозиции» русскими войсками и страдания мирного населения. Находились силы, время, ресурсы и информационные поводы, чтобы каждый день заново и ещё сильнее поражать воображение зрителей и читателей новыми, ещё более чудовищными зверствами «диктатора Асада».
И вдруг, как по мановению руки божественного дирижёра, вместо бурной увертюры к «Летучему голландцу» оркестр урезал «Ах, мой милый Августин» — так и так, ничего особенного в мире не происходит, расскажем-ка мы вам про жену Фийона и охранника Ле Пен.
Всё это действительно похоже на самовнушение — несчастная, запутавшаяся в жизни девочка каждое утро подходит к зеркалу и говорит своему отражению: «Я красивая, я успешная, мне всё по плечу!» Говорит, потому что так ей велели делать на тренинге по личностному росту.
Проблема в том, что тренер взял деньги — и уехал, а реальность осталась реальностью.
И реальность мстит. Причём именно так, как это и бывает: не прямо, не очевидно, не в том же самом месте и не теми же самыми методами, но тем вернее, потому что на первый взгляд происходят вещи, как будто никак с этим бесконечным враньём не связанные.
Реальность мстит новыми потоками беженцев, которых на этот раз уже не будут сдерживать турецкие пограничники. Реальность мстит упрямым, неуклонным ростом популярности правых (иногда с явным националистическим окрасом) партий. Реальность мстит растущим внутриевропейским сепаратизмом и даже появившимся вдруг сепаратизмом внутриамериканским. Реальность мстит пропастью, которая продолжает разверзаться между богатейшими и всеми остальными. Она мстит черепашьими темпами экономического роста и приближающимся 2018 годом: со времени кризиса-2008 будет как раз десять лет, но ни одна проблема, вызвавшая его, так и не решена. А значит, будет новый кризис.
Это лишь малая часть, и не надо думать, что с Мосулом эти вещи не связаны, — связаны, и ещё как! Между ними есть и чисто экономическая связь, но сейчас речь о другом — о медиа.
В мире никогда не было спокойно и никогда не было всё в порядке. Любой специалист знает, что лес — это бесконечная борьба всех со всеми: растений, животных, насекомых и так далее. Много лет считалось, что журналист должен быть в мире лесником, наблюдающим за его жизнью, но в борьбе не участвующим. То, что произошло на наших глазах, — это лесник взял ружьё и вступил в войну на стороне одних против всех остальных.
И даже себе самому западный журналист сумел внушить, что всё правильно и хорошо. Что в Алеппо была катастрофа, а в Мосуле попросту не происходит ничего интересного. Что выступления против Трампа — это важнейшие и всем интересные события, а выступления за Трампа — это недоразумения, о которых и рассказывать-то смысла нет. Что погибшие с украинской стороны — это новостной повод, а в Донбассе никаких погибших вообще нет.
Что вступивший в борьбу видов лесник профнепригоден — это понятно. Что с ним рано или поздно произойдёт — примерно тоже, но и не жалко. Страшно за нас, которым как-никак в лесу ещё жить.
* «Исламское государство» (ИГИЛ или ИГ) — террористическая группировка, запрещённая на территории России