Елене Блиновской грозит “дедовщина” и “чистка канализации” в колонии
Эпопея с «королевой марафонов» Еленой Блиновской выходит на финишную прямую.
Мосгорсуд, словно устав от бесконечных апелляций и просьб, вынес окончательный вердикт: 4,5 года за решеткой вместо пяти. Казалось бы, полгода – мелочь, но для человека, привыкшего к роскоши и безграничной свободе, это целая вечность. Защита умоляла отсрочить наказание до совершеннолетия младшей дочери, до 2034 года, но Фемида осталась глуха к мольбам. Никаких поблажек. Никаких отсрочек. Только суровый закон за уклонение от налогов и легализацию «грязных» денег.
Вскоре решение суда вступит в силу, и Елена Блиновская отправится по этапу. Мы знаем, что ей зачтут срок домашнего ареста и СИЗО, что это приблизит возможность УДО. Но до этого момента ей предстоит пройти через горнило исправительной колонии. И, поверьте, это будет не просто прогулка по райскому саду.
Куда ведет дорога?
Четыре стены, четыре возможных адреса. Куда же бросит жребий «королеву»? Как правило, отправляют в учреждения по месту прописки или в ближайшие регионы. Это Можайская женская колония, а также колонии во Владимирской и Ивановской областях. Можайск – самый очевидный вариант, но если вдруг там окажется перебор, то в ход пойдут соседи.
Ева Меркачева, член Совета при президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека, расставляет точки над «i». Слухи о костромской колонии она отметает сразу: слишком далеко, не по правилам. Меркачева, кстати, там бывала – видела актрису Наталью Захарову, которая после ссоры с мужем во Франции устроила пожар в его доме. Видела и отряд стареньких бабушек, сидящих за убийства мужей.
И, вопреки расхожим мнениям, прогрессивной ту колонию назвать не могла: старые здания, требующие ремонта, тесная территория. Забудьте о мифах, реальность куда прозаичнее и жестче.
Можайск, Иваново, Владимир: три лика одной беды
Можайская женская колония, по словам правозащитницы, «совсем непростая». Оттуда валом идут жалобы: на жесточайшую дедовщину, на невыносимые условия быта, на невозможность найти общий язык с администрацией. Освободившиеся говорят одно и то же, словно под копирку.
Не лучше дела обстоят и в Ивановской колонии, где не так давно произошла трагедия: двое заключенных, спущенные чистить канализацию, так и не вернулись. Конечно, потом будут говорить, что они сами полезли, но факт остается фактом. Много жалоб поступает и оттуда, Меркачева называет ее одной из самых тяжелых.
На этом фоне Владимирская колония выглядит чуть ли не оазисом. Но, как подчеркивает правозащитница, хороших женских колоний не бывает в принципе. Где-то лучше, где-то хуже, но суть остается неизменной: быть женщиной в тюрьме – априори тяжело.
Режим не учитывает никаких особенностей: помывка три раза в неделю, а если критические дни? Души в отрядах есть, но доступны они лишь избранным. Уединиться нельзя, скидок на физические боли нет. Проблемы с питанием – это отдельная песня, и Владимирская колония здесь, увы, не исключение. Времени на еду катастрофически мало, женщины едят буквально на бегу, чтобы успеть проглотить свою порцию. Все это – суровая реальность, которая ждет Елену Блиновскую.
Мы помним, как все начиналось: задержание в 2023 году, долг в полтора миллиарда рублей. Блогер, получив информацию о предстоящем аресте, пыталась бежать из России, но ее «Майбах» был остановлен на границе с Беларусью. Сначала домашний арест, потом, за нарушение условий, СИЗО. Теперь – колония. Круг замкнулся. И это лишь начало нового, куда более жесткого марафона.
А вам жаль Елену Блиновскую? Пишите в комментариях.
Самые читаемые материалы на эту тему: