Возвращение полуострова в состав России для меня – это как книга 1967 года «Легенды Крыма», которую я случайно увидела в библиотеке ещё школьницей и в которую моментально влюбилась. Небольшая, в простом, но крепком бумажном переплёте, с чёрно-бирюзовой обложкой, с розой, мечом и татарским узором на эфесе, она была наполнена древними красивыми легендами и историями. Правда там или мифы – решать не нам, но только послушайте:«Прекрасная, душистая природа Крыма, многовековая и трагическая его история, в которой переплелись пути многих наших народов…. Сам воздух Крыма, его живописные горы, его прибрежных скалы, его рощи, виноградники дышат поэзией, навевают легенды, сказки, песни…». А ещё всё самое вкусное, пахучее, ароматное, пряно-острое, жгучее и нежно-сладкое обязательно связывает меня с моим полуостровом. Он всегда ассоциируется у меня с томным вечером, шумом прибоя или тишиной заката, гулкой темнотой гор, густой, с огромной опрокинутой миской неба, усыпанной пригоршнями искристых звезд, цикадно-влажной ночью и безмерным уютом и роскошью безумных вкусов татарской кухни.Он обязательно связан с едой. С тяжёлым и густым в бутылке и быстро сбегающим и журчащим в тонкий бокал, словно горная река Бельбек, домашним вином. С пикником на обочине. С дымом костра и треском звонких и сухих, неохотно поддающихся плотным языкам пламени дров и громким шипением жареного, щекочущего все вкусовые рецепторы сочного мяса. А ещё – с неспешно едущим каждый день по жгучему серпантину, круглым и мягко скрипящим рессорами на крутых поворотах 52-м троллейбусом Симферополь – Ялта. Где половина салона – спокойно спящие крымчане, которые пораньше мчат на работу, а вторая – перепуганные туристы, с закрывающими обзор всему автобусу картами «Мы туда хоть едем? За окном только горы. Где морюшко‑то? Где?» . Узкие извилистые дороги с непобедимым асфальтом, густые плети ежевики, растущей, как сорная трава. И бесстрашно бросающиеся на дорогу южные коты и собаки, лениво валяющиеся везде, где им только захотелось упасть. И новые глянцевые и добела выгоревшие таблички «Сдам жильё». И спокойные, мелкие в жару горные речки, где водяную траву и камыши легко косить косой, но только летом, так как глубина её в эту пору достигает максимум середины бедра. А весной, будто проснувшись от недолгой крымской зимы, бурлящие потоки запросто меняют своё русло, размывают дорогу, смывая навезённый грузовиками плодородный слой огородов, и затихают только перед тёмной морской пучиной, куда они, бурля и возмущаясь, впадают.Крым – это цветы везде и всюду круглый год: в городе и полях, в феврале и мае. Вы обязательно попадёте на фестиваль цветов: розовые облака цветущего миндаля, плотные соцветия магнолий или лёгкий, как платьице, полевой мак. Здесь всегда весна.…Я потеряла мою крымскую книгу из виду на несколько лет. Не сразу, конечно, но со временем задалась целью найти и обрести её. Спустя время я встретила её на просторах интернета. И вот она лежит передо мной, чуть потрёпанная, для кого‑то невзрачная, но для меня такая родная и знакомая. Теперь она всегда со мной.Для меня Крым – это кусочек родины, маленький и нужный пазл, которого так недоставало на обширной карте России. Елена Ржевская. Мнение редакции может не совпадать с мнением автора.
