Почему христиане, верящие в Троицу, не многобожники. Объясняем со ссылками на Библию

Что говорит Библия

Христианство однозначно утверждает единство Бога. Об этом ясно говорится в Ветхом Завете, который вместе с Новым Заветом составляет Библию, Священное Писание, — самую главную книгу для всех христиан, обладающую абсолютным авторитетом: Слушай, Израиль! Господь, Бог наш, Господь един есть (Втор 6:4).

Одновременно в Ветхом Завете есть косвенные указания, что в Едином Боге присутствует множественность Личностей. Так, перед творением человека Бог говорит: Сотворим человека (Быт 1:26), используя форму множественного числа. А после грехопадения первых людей произносит: Вот, Адам стал как один из Нас (Быт 3:22). Важным эпизодом в этом же контексте выступает явление Бога Аврааму у дубравы Мамре, когда перед ним предстали три странника. Тут, наоборот, Авраам обращается к своим гостям в единственном числе: Владыка! если я обрел благоволение пред очами Твоими, не пройди мимо раба Твоего (Быт 18:3).

В Новом Завете Иисус Христос, подтверждая единство Бога, ясно свидетельствует, что Единый Бог существует в трех Личностях, или, на языке богословия, Ипостасях, которые не смешиваются и не разделяются: Бог Отец, Бог Сын и Бог Дух Святой. Впервые Бог как Троица открывается в момент крещения Иисуса: И, крестившись, Иисус тотчас вышел из воды, — и се, отверзлись Ему небеса, и увидел Иоанн Духа Божия, Который сходил, как голубь, и ниспускался на Него. И се, глас с небес глаголющий: Сей есть Сын Мой Возлюбленный, в Котором Мое благоволение (Мф 3:16–17). Здесь одновременно действуют Отец (глас с неба), Сын (крещаемый Христос) и Святой Дух (в виде голубя). Это не три проявления одной Личности, а три Личности, единые в Божественной природе.

Впоследствии Спаситель в беседах с учениками и народом неоднократно указывает с одной стороны, на различие Отца, Сына и Духа, а с другой стороны, на их полное сущностное единство. Произнося обетование о сошествии Святого Духа на апостолов, Иисус говорит: Когда же придет Утешитель, Которого Я пошлю вам от Отца, Дух истины, Который от Отца исходит, Он будет свидетельствовать о Мне (Ин 15:26). В словах о том, что Дух исходит от Отца, но посылается Сыном, подчеркивается различие Ипостасей. А посылая апостолов на проповедь, Господь дает им повеление крестить людей во имя Отца и Сына и Святого Духа (Мф 28:19), тем самым указывая на Их природное единство: апостолы должны крестить не в «имена» трех богов, а в единое имя Троичного Бога. Наконец, самым ярким свидетельством о сущностном равенстве Божественных Ипостасей служат слова Иисуса Я и Отец — одно (Ин 10:30), то есть не просто согласны друг с другом, а одно (греч. ἕν указывает на единство по существу).

Как это понимает Церковь

Из Божественного Откровения, выраженного в Библии, и вырос главный догмат христианства: Бог Един по существу и Троичен в Ипостасях. Эти Ипостаси — Отец, Сын и Святой Дух — не три божества, а один Бог, и, по мысли святителя Иоанна Златоуста, обладают не только одним знанием, но и одной волей, одной силой, одним действием, одной славой, одной властью и одной благодатью.

Признавая единство сущности в Боге, православное богословие различает т. н. ипостасные свойства Святой Троицы — уникальные, непередаваемые признаки, которые различают Личности Пресвятой Троицы между собой, не нарушая их единосущия. Это не свойства природы, как, например, всемогущество, вечность или благость, потому что они общи для всех Лиц Троицы, а способы бытия каждой Личности, то, что делает каждую Личность именно Ею.

Ипостасное свойство Отца — нерожденность. Отец — источник Божественного бытия, Он не рождается и не исходит от кого-либо. Свойство Сына — рождаемость. Сын рождается от Отца не во времени, а в вечности. Наконец, ипостасное свойство Духа — исхождение от Отца, которое также происходит не во времени, а в вечности. Перечисленные свойства уникальны — нет двух Личностей с одним и тем же свойством; неизменны — Сын всегда рождается, Дух всегда исходит; не разделяют сущность — потому что они не о природе, а о способе личного существования в Боге.

Как это все понять нам и зачем это нужно?

Сложность понимания тайны Троицы состоит в переносе человеческого понимания личности и бытия на Бога. В нашем обыденном понимании три личности — это всегда три отдельных существа. Но в рассуждениях о Боге все по-другому. В Нем, как уже было сказано, три Ипостаси, но одна сущность. Это не 1 + 1 + 1 = 3, а скорее 1 х 1 х 1 = 1. Все Личности в Троице существуют в совершенном единстве и любви, каждая из них не часть Бога, а Бог целиком.

Приблизиться к пониманию этой до конца непостижимой тайны можно через евангельское откровение, что Бог — это любовь. Любовь невозможна без наличия другого. Поэтому Бог — это не замкнутая монада, а вечное живое общение Ипостасей в любви. Это одно из самых глубоких понятий в православном богословии. Оно означает, что бытие Бога есть вечная любовь и совершенное общение между Отцом, Сыном и Святым Духом. Бог — это не одиночество, не абстрактная «сила» или безликое «существо», а живая и личностная полнота любви.

Почему это важно? Потому что Троица не просто некая абстрактная теория или идея, а живой образец и источник для нашего собственного существования в единстве с Богом и ближними. Ведь если Бог есть любовь, а человек сотворен по образу Божию (Быт 1:26), значит, мы не просто «обязаны» любить — мы созданы и устроены для любви, потому что отражаем Того, Кто есть любовь. По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою, — говорит об этом Христос (Ин 13:35).

Любовь в Троице не конкуренция, не разделение, не принуждение, а взаимная жертвенность, свобода и отдача себя Другому. В соответствии с этой моделью христиане также призваны любить не из страха, не ради выгоды, а ради другого, видеть в другом божественное достоинство, не властвовать, а служить. И в этом смысле вся христианская этика есть не что иное, как отражение Троической любви в мире.

Божественная любовь в Троице служит и основой существования Церкви как сообщества верующих, объединенных в Боге, которое устроено не по принципу иерархии власти, а по образу соборного (синергийного) общения, где каждый человек — уникальная ипостась, существующая в духовном единстве с другими. Именно о такой Церкви, созданной по образу Святой Троцы, молился Иисус в завершение Тайной Вечери, обращаясь к Отцу: да будут все едино, как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино (Ин  17:21). Такое единство не означает слияния, унификации или подавления различий. Напротив, соборность в Церкви — это единство во множественности, как в Троице.

В этом смысле христианская жизнь — это не просто моральное совершенствование. Это живое вхождение в жизнь Троицы, в общение с Богом, дарованное нам через Христа, в Котором, по слову апостола Павла, мы имеем доступ к Отцу, в одном Духе (Еф 2:18).