Асбест. Жизнь и судьба. Под звон колоколов
Предыдущие главы
Под звон колоколов
Шел 1905 год. Пятница, третье июля. День стоял жаркий, солнечный. После венчания новобрачные Авакумовы отправились с друзьями гулять по Екатеринбкргу. Выходя из церкви, молодые одарили сидящих на паперти старушек-богомолок. На душе у них был праздник, даже колокола на Единоверческой Христорождественской церкви Верх-Исетского завода звучали в этот день по-особому.
Михаил Аввакумов, молодой супруг, нанял карету, запряженную парой лошадей. Ехали медленно. Всякий раз, проезжая мимо знакомых мест, останавливались, и Фаина с радостью рассказывала, что бывала уже здесь с подругами по гимназии, а в городском сквере гуляла по вечерам с учительницей географии, наблюдая за звездами. Все с улыбкой, молча, слушали ее, разглядывая достопримечательности города. Фаина хорошо знала Екатеринбург, особенно его храмы. Сюда ее влекли церковная музыка, сияние позолоченных куполов и красота иконостасов.
Проехав еще немного, все вышли на Покровском проспекте, у красивого двухэтажного особняка с мезонином. Из открытых окон лилась музыка. Кто-то уверенно и легко играл на рояле.
«Это особняк господина Поклевского, — сказала Фаина. — Его жена, Мария Михайловна, была попечительницей женской гимназии, часто приходила на благотворительные концерты, посещала уроки литературы».
Мелодичный перезвон колоколов церкви Большой Златоуст привлек всеобщее внимание. Фаина вспомнила пансион на Колобовской улице, откуда она ежедневно слышала этот звон, будораживший душу. Останавливаясь около дворцов и храмов на Главном проспекте, она рассказывала друзьям их историю, которую слышала от своего дяди, педагогов и подруг, или прочитала в газетах и книгах частной библиотеки в доме С.А. Тихотской на Вознесенском проспекте.
Попрощавшись с друзьями, Аввакумовы подошли к Екатерининскому собору, и Фаину охватило волнение: она находилась в нескольких метрах от пансиона, в котором выросла. Увлекая мужа за собой, она дворам вывела его на Вознесенский проспект. Здесь все было ей родным и знакомым! Подошли к красивому каменному зданию, поднялись на крыльцо и вошли внутрь. Прошло семь лет, многое должно было сгладиться в ее памяти, измениться, но Фаина помнила все, как будто это было вчера. Молодожены прошли по пустынным коридором — в гимназии были каникулы. У стенда с фотографиями остановились. На них смотрели добрые глаза Софьи Августовны.
«Бонжур, мадам!» — по-французски поприветствовала она начальницу гимназии. Воспитанницы любили эту добрую, умную женщину. Софья Августовна Тиме была известной в Екатеринбурге пианисткой, по ее инициативе на территории гимназии построили новое здание с огромным концертным залом и церковь Святой Магдалины. В гимназии Фаина приобщилась к светской и церковной хоровой музыке, пела утренние молитвы, изучала нотную грамоту, участвовала в благотворительных концертах и богослужениях.
Двенадцатилетнюю Фаину в гимназию порекомендовала устроить учительница начальной школы, которую Фаина закончила на одни пятерки. В Екатеринбурге в гимназии она проучилась еще семь лет. Вместе с ней учились дочери дворян, чиновников, лиц духовного звания, купцов и меценатов, почетных граждан Екатеринбурга, иностранцев. И хотя обучение было платное, дети из неимущих семей от платы освобождались, и Фаина училась в гимназии за казенный счет.
Все годы учебы Фаина слыла одной из лучших учениц, получала Похвальные листы при переходе из класса в класс и книги с надписью «За благонравие и успехи». Годы учебы в Екатеринбурге были годами формирования мировоззрения и определили ее дальнейший жизненный путь.
Она шла по коридору и читала знакомые таблички на дверях. Вспоминала своих любимых педагогов: математика Н.В. Введен¬ского, руководителя хора К.П. Киселева, преподавателя Закона Божьего В.А. Гагинского. С особым усердием она изучала русский и литературу, латынь, французский и немецкий языки, любила уроки рукоделия и гигиены, много читала.
Поднимаясь по лестнице, ведущей на второй этаж, увидели гипсовый бюст Николая Второго, установленный в гимназии после коронации царя в 1896 году. По этому случаю в гимназии были устроены пышные торжества.
Когда вошли в концертный зал, где прошло столько литературно-музыкальных вечеров и рождественских балов, Фаина вспомнила тот восторг, который испытала от встречи с известным пианистом Антоном Контским и скрипачом Думчевым...
Она поднялась на сцену, с которой выступала много раз, и торжественно произнесла: «На основании высочайше утвержденного Положения о женских гимназиях Министерства Народного Просвещения педагогический совет постановил: удостоить аттестатом об окончании семи классов с награждением Золотой медалью выпускницу Кондратьеву Фаину, 1879 года рождения, православную». Молодые люди засмеялись и пошли к выходу. До позднего вечера гуляли новобрачные по Вознесенскому проспекту, фотографировались в салоне Метенкова, здесь же купили открытки с видами Екатеринбурга, которые отправили родным и Друзьям. Поднялись на Вознесенскую горку, откуда долго любовались панорамой города. У церкви Вознесения Христова Фаина дала слово быть верной избранному делу и семье.
Через несколько дней Аввакумовы отправились на асбестовые прииски. Навстречу судьбе.
Продолжение следует.
Л. Амосова. Асбест. Жизнь и судьба. 2005 г.