Баллада о ленинских письмах. 3.
Предыдущие главы
Только через полгода был подписан договор о сдаче в иностранную концессию Алапаевского асбестового рудника.
Как это было?
Старый большевик Л. К. Мартене, представляющий одно время Советскую Россию в США, член Президиума ВСНХ и председатель Главметалла, сумел заинтересовать в выгодном деле одну из американских компаний.
14 октября Ленин писал в ЦК:
«Рейнштейн сообщил мне вчера, что американский миллионер Хаммер, русский родом... дает миллион пудов хлеба уральским рабочим на очень льготных условиях (5 %) и с приемом уральских драгоценностей на комиссию для продажи в Америке.
В России находится сын (и компаньон) этого Хаммера, врач, привезший Семашко в подарок -хирургических инструментов на 60 000 долларов. Этот сын был на Урале с Мартенсом и решил помочь восстановить уральскую промышленность»
Б. И. Рейнштейн, на которого ссылается Ленин,— видный деятель российского и американского рабочего движения. Профессиональный революционер, эмигрант с 1886 года, он вернулся в Россию после февральской революции и вступил в партию большевиков.
Итак, в поле нашего зрения появились Хаммеры, первые из иностранцев, отозвавшиеся на боль российского пролетариата.
Вскоре были заключены два договора.
Первый: Арманд Хаммер, сын Юлиуса Хаммераг и его компаньон Б. Мишелл поставляют миллион пудов хлеба в обмен на уральские художественные изделия, платину, асбест (27 октября 1921 года).
Второй: Американская объединенная компания медикаментов и химических препаратов принимает в концессию на 20 лет Алапаевский асбестовый рудник (29 октября 1921 года).
Арманд Хаммер был принят Лениным впервые в августе 1921 года. Эту встречу с вождем русской революции доктор Хаммер описывает в книге,-которая увидела свет в США еще в тридцатых годах. У нас она долгое время была неизвестна, только в сентябре 1964 года газета «Известия» дала в русском переводе отрывок из этой книги.
Вот как, следуя Хаммеру, проходила встреча,
«Две страны — Соединенные Штаты Америки и Россия, по словам Ленина, двполняют друг друга. Россия была отсталой страной с огромными запасами неразработанных естественных богатств... России нужны главным образом американская техника и американский размах, американские инженеры и конструкторы...
«Путешествовали ли вы по России?» — неожиданно спросил он. Я ответил, что только что провел месяц на Урале и побывал в охваченных голодом районах.
Его лицо помрачнело; горячий интерес, светившийся в глазах, постепенно сменился бесконечна грустным выражением. В этот момент я понял?
какое тяжелое бремя лежит на плечах этого человека.
Я рассказал о том, что видел на Урале массу материалов и рабочую силу, которую можно было бы использовать; что многие фабрики там оказались в гораздо лучшем состоянии, чем я ожидал.
Ленин кивнул. «Да,— сказал он,— все это так. Но гражданская война разрушила наше хозяйство, м теперь мы вынуждены начать все сызнова. Новая экономическая политика требует нового развития наших экономических возможностей. Мы надеемся ускорить этот процесс, используя практику иностранных промышленных и торговых концессий. Это открывает большие перспективы перед Соединенными Штатами Америки. Задумывались когда-нибудь об этом?»
Я сказал, что однажды горные инженеры заинтересовали меня предложением о добыче асбеста. Они говорили, что эту отрасль ожидает блестящее будущее...
«...Почему бы вам самому не взять концессию?»
Его предложение было для меня неожиданным».
Так пишет Хаммер.
Свидетельства известного предпринимателя полностью подкрепляются ленинской перепиской. В ней сквозит напряженная озабоченность Владимира Ильича судьбой Урала. Так, 15 октября следует запрос Мартенсу: «Нельзя ли заинтересовать Хам-мера планом электрификации Урала, чтобы Хаммер дал не только хлеб, но и электрическое оборудование(в долг, конечно)»
Накануне заключения договоров с Американской объединенной компанией медикаментов Ленин снова пишет Мартенсу (копия председателю ВСИХ П. А. Богданову):
«Т. Мартене!
Получил договора оба. Возвращаю.
Почему нет дополнительных пунктов, кои мне показывали (в проекте) Рейнштейн и Хаммер?
Надо поскорее доредактировать их и провести.
Необходимо обратить сугубое внимание на тщательное фактическое исполнение нами наших условий.
Не полагаться на приказы!
Без тройной проверки у нас все изгадят и ничего толком не сделают.
Надо толкового рукастого человека назначить лично ответственным и проверять.
Мы должны ухаживать за концессионерами сугубо: это и экономически и политически архиважно.
Сообщите мне, какие именно меры Вы -или Президиум ВСНХ принимает.
Пред. СНК В. Ульянов (Ленин)» К
Что за дополнительные пункты, о которых упоминает Ленин? Они касались предоставления Хам-меру и Мишеллу гарантий охраны их имущества, права свободного передвижения по территории РСФСР, въезда в Россию и выезда из нее служебного персонала, отправки грузов по железной дороге, закупок материалов через госучреждения и т. д.
Ленинскую заботу подчеркивает и такой факт. Узнав 17 октября об отплытии из Нью-Йорка первого парохода с пшеницей в счет договора о концессии, Владимир Ильич уже 19 октября пишет Мартенсу:
«Если план Хаммера дать 1 миллион пудов Уралу серьезен (а из Вашего письма я выношу впечатление, что Ваше письменное подтверждение слов Рейнштейна заставляет считать план серьезным, а не простой болтовней), то Вам надо постараться придать всему точный юридический вид договора или концессии. ...Нам важно показать и напечатать (потом, после начала исполнения), что американцы лошли на концессии. Политически важно».
( Продолжение следует.)
А. Чечулин "Асбест" 1986 г.