Порода

Не стало Сергея БИЧЕВА …В нашей семье по субботам на завтрак едят яйца всмятку, которые готовит глава семьи. Когда по квартире распространяется чудный аромат кофе, пора садиться за стол. «Если опоздать, яйца остынут, а есть холодными их могут только очень черствые люди», - говорил мой муж. Суббота, 10 сентября. Вместо завтрака беру в руки его телефон и впервые в жизни заглядываю в «Контакты». Очень трудно, но звоню, сообщаю: - Сергей Семенович БИЧЕВ вчера умер. Как это может быть? Случайно. Смерть всегда приходит случайно. Пошел в очередной отпуск, но, видимо, вышел лимит его добрых дел. 15 минут… и отпуск стал вечностью. Мой муж – Доктор. Сказать про него по-другому просто нельзя, это подтвердят все, кто его знает. Он посвятил свою жизнь спасению других людей, делал это высокопрофессионально. В Ангарске его знали как цехового терапевта поликлиники № 3, врача городской скорой помощи, дежурного терапевта БСМП, врача-гомеопата аптеки № 28, заведующего поликлиническим отделением клиники профессиональных заболеваний. Встречая вопросительный взгляд людей, заглядывающих к нему в кабинет, он всегда спрашивал: «Я могу вам чем-нибудь помочь?» И всегда помогал: в рабочее и нерабочее время, днём и ночью. Кто-то понимал, что его вылечил доктор, кто-то говорил, что «само прошло»… Он не обижался, улыбался и соглашался: «Прошло, так прошло». Познакомившись с ним однажды, пусть даже мимолетно, его потом всегда узнавали на улице и здоровались. Когда приходил на дежурства в стационар, больные его ждали. Он помогал. Абсолютно бескорыстно, не принимая в подарок даже канцелярской скрепки. Говорил просто: «Это моя работа». Сумасшедший трудоголик, он брался за любую работу. В его голове всегда были интересные проекты: консультации, медицинские осмотры, научные исследования. Он мог найти, заинтересовать, просчитать всё с точностью до копейки, организовать работу, осуществить её, проконтролировать, своевременно и грамотно выдать заключительный акт. Просто какой-то швейцарский часовой механизм. Случалось, что потом другие люди выдавали его идеи за свои, он никогда не опускался до разборок, был щедрым. В любой ситуации не позволял себе грубости и хамства, нецензурной брани, к нему не приставала никакая грязь. Как-то раз ему сказали: «В вас чувствуется порода». Его нельзя было спровоцировать на зло, месть, ненависть, он просто избегал общения с таким человеком. Я не хотела писать в газету о смерти своего мужа, но наши друзья убедили меня, что многие люди не знают, что на этой земле стало на одного Человека меньше. Сергея Бичева больше с нами нет. Утешает только одно - в эти дни о нем молятся во многих храмах России и даже в храме Гроба Господня в Иерусалиме – везде, где живут его бывшие пациенты. Г.Г. БИЧЕВА