Незаконная аннексия
"Я еще раз заверил Порошенко, что Турция будет продолжать поддерживать суверенитет Украины, ее территориальную целостность, включая Крым, и политическую консолидацию", — добавил он.
Друг Реджеп постоянно ставит в тупик путинскую пропаганду. Вроде друг, и все побитые горшки склеены, но периодически подсыпает соль на рану. Не успеешь разогнаться, чтобы начать петь осанну лучшему выбору турецкого народа, как тут же нужно оттормаживаться тапком в пол. Ну, а что делать, работа такая - торговать совестью. Вроде бы и непыльно, а все равно непросто.
Проблема Путина в том, что ему нечего предложить Эрдогану. Такого, чтобы привязать Турцию и поставить ее перед необходимостью скрепя сердце учитывать интересы путинской камарильи. На Россию и тому, и другому, в общем-то, плевать, так что тут даже неинтересно что-то придумывать.
В сущности, все, что нужно, Эрдоган уже получил - одну нитку "Турецкого потока" с газом для внутреннего турецкого потребления и русское пушечное мясо для прокси-задач по отношению к главной турецкой головной боли - курдам. И это он держит Путина за самые нежные места, так как именно от него зависит окончательное решение по Турецкому потоку, как транзитной газовой системе из России в Европу.
При этом объективно Турция не слишком нуждается в почетной роли, отведенной ей проектом Турецкого потока - быть владельцем хаба и посредником между российским газом и Европой. То есть, чисто денежная выгода налицо, но в противовес ей будут серьезные издержки, в первую очередь политического толка. С Соединенными Штатами у Эрдогана очень сложные отношения, и усложнять их еще сильнее ради торгового процента - вопрос крайне непростой. Собственно, именно поэтому Турецкий поток очень быстро трансформировался и интернационализировался, причем все пока так и остается на уровне либо подковерных договоренностей, либо честного слова.
Доверять Путину Эрдоган не будет вообще, так как еще в 15 году российские войска повели себя совершенно не так, как договаривались до своего ввода. Настолько не так, что пришлось идти на острое решение и сбивать российский самолет, чтобы привести в чувство партнера. Логика действий Путина была очевидной - поставить Эрдогана перед фактом своей военной мощи и способности в скоростном режиме решать силовые задачи. Однако ни военной мощи, ни рациональной стратегии, ни политической воли после сбитого самолета не обнаружилось. А грозный ответ по турецким помидорам окончательно обозначил слабость Путина и его блеф. Слабость мало кто уважает, а уж на Востоке тем более. Наивно было бы предполагать, что после замирения в 16 году отношения вернутся даже на довоенный уровень. Правда, Эрдоган тоже продемонстрировал не самые лучшие пару дней в своей карьере во время переворота, так что формально счет в соревновании слабаков уравнялся. Тем не менее, говорить об учете интересов Путина с точки зрения Эрдогана нет ни малейшего смысла: это Путин нуждается в Эрдогане, а не наоборот.
Российский газ - ценное сырье, однако помидорная война показала однозначно: Путин будет торговать газом, даже если российские и турецкие войска будут друг друга истреблять в очередной русско-турецкой войне. Деньги не пахнут, природный газ - тоже. Газпром нуждается в продажах гораздо больше, чем Турция - в покупках. Тем более, что туркам есть чем заместить российский газ, хотя и не прямо сразу, а вот Газпрому заместить Турцию некем вообще.
Здесь и следует искать ответ - друг нам Эрдоган или нет. Конечно, нет. До тех пор, пока Путин будет укладывать во имя турецких интересов сирийских и российских военных, Эрдоган будет ему улыбаться. Когда задачи будут решены, Эрдоган будет первым, кто попросит Путина выйти вон. Тем более, что у него и здесь есть аргументы.