Читаем книгу Битва русского писателя Андрея Малышева
Святая РУСЬ
Россия, Русь моя Святая,
Един с тобой одной судьбой.
Россия, Русь — хранитель рая,
И нет прекраснее такой !
ЛЕНА
Романтическое эссе-зарисовка
Любимой Жене Елене Прекрасной!
ПОСВЯЩАЕТСЯ
И тихо так, над омутом и над обрывом, позвал он её нежно: Лена!
Эхо тихо разнесло его глас над прибрежным плесом, омутом и болотцем, встретилось
с близлежащим лесом и волной вернулось к нему: Л-е-е-н-а!
Тихо и вкрадчиво так звучало эхо, привольно и широко, наполняя душу неведомой
радостью.
И раскатистое эхо, многоголосием небесных колокольчиков повторяло вновь и вновь:
Л-е-е-н-а!
Он замолчал и зачарованно посмотрел на прекрасные белоснежные кувшинки и
желтые кубышки, обрамленные зарослями рдеста, словно захватившими в плен все
побережье.
Внезапно он услышал, как в горней хрустальной тиши зазвучали ангельские голоса,
рассыпаясь на множество невидимых радужных капель, и всё Небо жило и дышало этой
прекрасной мелодией.
Он вдохнул, сладко так вдохнул пряный медовый запах родной природы, пахнущий
полетом шмелей, пчёл, роз, нектарного разнотравья и вновь тихо так произнес, прошептал,
как молитву-
— Л-Е-Е-Е-Н-А!
Чарующая тишина была ему в ответ и только лесное эхо перешептывалось в ответ
переливами сладкоголосых небесных бубенцов :
— Л-Е-Е-Е-Н-А!
Гулким эхом разносился его голос, и юные березки слушали его и радостно
подхватывали его своими нежными ветвями, словно подпевая ему и шелестя своими
листками, называли имя его любимой :
— Л-Е-Е-Н-А!
Солнце уже светило в закате и над рекой белым облаком клубился легкий туман,
полный грез и несбыточных мечтаний!
— Л-Е-Е-Н-А!— как пар, как свою душу выдохнул зовущий и радостно посмотрел на
красоты мира.
— Лена!— тихо шепнул он, словно бы чувствуя сладость губ своей любимой на своих
устах— Лена!!!
Утренний густой пар мыльным облаком вздымался над просыпающейся рекой и
потревоженные его пенным дыханием, шумели и кружили над прихорашивавшейся рекой её
всегдашние обитатели: бабочки и стрекозы.
— Л-Е-Е-Н-А!— очарованно выдохнул наш герой и увидев Ту, что ждал, мечтательно
вздохнул: Лена!!!
В синеве неба отраженном зеркалом чистых вод, по песчаному мелководью, по
брызгам солнечной росы, белой лебедушкой, шла, как плыла, его Любимая, Та, которую он
звал единственно и правильно:
— ЛЕНА!!!
Солнце сверкнуло и нимбом отразилось в Лике Той, которую он звал: ЛЕНА !!!
АНГЕЛ
Рассказ-притча
И вновь Он пришёл к нему.
Его Маленький светоносный Ангел.
Крылья прекрасного небесного создания ласково струились под лучами трёх
инопланетных звёзд, и Его голос звучал сладкой прохладой лесного родника, дарящего своё
богатство жаждущему воды путнику.
— Проснись! — лучезарно улыбнулся ему Ангел и нежно дотронулся до него.
Лейтенант милиции Орлов блаженно улыбнулся своему видению.
— Проснись! — вновь тихо попросил Ангел и нежно погладил его своей крохотной
ручкой.
— Кто ты? — спросил маленького херувима Орлов, наверняка зная ответ. — И почему
ты приходишь ко мне?
— Я твой Маленький Ангел, так ты меня звал всегда, — как-то печально ответил его
Хранитель, — и я всегда буду с тобой…
Офицер недоверчиво покачал головой.
— Но я сплю, — недоверчиво посмотрел на маленького херувима лейтенант, — и ты
снишься мне…
Ангел грустно посмотрел на него.
— Это не сон! — небесной музыкой прозвучал его голос, — Ты в коме, и твои врачи
ничего не могут поделать с этим… Сегодня они отключат тебя от аппаратов
жизнедеятельности и тогда я не смогу приходить к тебе…
— Какая ерунда, — запротестовал офицер милиции, — какая кома?! Я сплю…
— Нет, — грустно покачал головой его Ангел, — ты не спишь… Помнишь ли ты своё
последнее задержание преступника?
— Помню… — отозвался Орлов, — брал я тогда бандита Ларкина…
— Ну и… — подторапливал его Ангел, — помнишь, что было дальше?
Милиционер с недоумением глянул на небесного херувима.
— Помню, — коротко сказал Орлов и продолжил, — при задержании, когда выбили
дверь в притоне, где укрывался бандит, ему каким-то чудом удалось отскочить, он схватил
топор и …
— А дальше? — смотрел на него как-то печально Ангел, — Что было дальше, ты
помнишь?
— Да, — выдохнул лейтенант, — я отскочил в сторону и, когда этот нелюдь бросил в
меня топор, из соседней квартиры выскочила маленькая девочка… и … в общем, закрыл я её
собой…
— Что же было дальше? — спрашивал Ангел и маленькие серебряные слёзы
жемчужными каплями беззвучно текли по Его прекрасному лицу. — Ты помнишь?
— Конечно! — с воодушевлением отвечал лейтенант. — Чудо как бы произошло:
топор, летящий мне прямо в голову, отклонился и угодил по моей ноге! Я даже от
госпитализации отказался, вот как.
— Не произошло чудо, — не скрывая своих слёз, плакал его Маленький Ангел, — ты в
коме, и если не произойдёт настоящее чудо, я никогда не увижу тебя…
— Встать! — скомандовал сам себе и попытался проснуться лейтенант Орлов.
Но безуспешно, тело абсолютно не слушалось его. И тогда он с любопытством
посмотрел на своего Маленького Ангела.
— Почему ты плачешь? — с уважением спросил он Его.
Небесное создание кротко посмотрело на него: — Потому что люблю тебя!
И вдруг, как предвестник чего-то необычного и необъяснимого, прямо над ними
просиял яркий божественный свет и, сияя небесной радугой, пред ними предстал Небесный
Ангел, словно бы сотканный из лучиков солнечного света.
С любовью посмотрев на Орлова и его маленького Хранителя, Небесный Гость
ласково дотронулся до милиционера своим крылом и чудно как-то молвил, как пропел: —
Проснись!
Ослепительный свет озарил Орлова, словно какая-то мрачная зазеркальная пелена
спала с его глаз, и он проснулся.
И видел он, как вдруг нежно прикоснулся к нему и поцеловал его Маленький Ангел.
Лейтенант Орлов открыл глаза и улыбнулся: в небе из окна его больничной палаты
радостно и привычно подмигивали ему три ласковых огромных солнца.
А рядом с ним, лежащим на своей кровати в палате реанимации, стоял и улыбался
Ангел — его маленькая дочь.
БИТВА
Рассказ
И молил Некто Святый перед
Отцом Своим о спасении
Святой Руси, Единой в России,
Украине и Белоруссии.
И услышал Его Отец Всех,
И была Битва, и день и вечер,
А затем воссиял рассвет Божий,
Который в Мире, Любви и
Милосердии ЕСТЬ !
1944 год.
Советские войска освобождают настрадавшуюся Украину от немецко-фашистских
захватчиков.
В одном полку служили два друга и товарища — украинец Микола Царев и русский Николай
Светлов, как шутили бойцы, называя их «Два Николая».
И дружили они, вместе мечтая о победе, и о том, чтобы их детей и внуков, коли они родятся
мальчуганами, также назвали Николаями в честь их фронтовой дружбы, об этом даже писали
своим женам, ожидавшим ребёнка.
Всё бы хорошо, но вот поставили наших Николаев на охрану военного госпиталя, и вроде бы
радоваться такой лёгкой служебной задаче, да вот нет.
Произошёл на их участке фронта вражеский танковый прорыв, и вот с десяток немецких
«Тигров» и «Пантер», грозно рыча и сминая гусеницами украинский чернозем, ползли на них.
Встретили Николаи врага на дальних подступах к госпиталю в составе отделения других
бойцов, да вот силы были неравны.
И вызвали тогда отважные бойцы огонь фронтовых «Катюш» на себя, погибли, но госпиталь
отстояли, выполнив свою боевую задачу до конца.
Вот и кончилась война.
И росли два маленьких Николая, один в России, другой — в Украине.
Когда же пришло время появиться на свет двум маленьким мальчикам — внукам героически
погибших друзей-фронтовиков, как правильно догадался уважаемый читатель, и в России, и в
Украине их звали Николаями.
Даже так получилось, что и в военном училище они учились вместе, и даже сдружились
семьями, бывая в гостях друг у друга и в России, и в Украине, так вот и стали побратимами.
Прошло время, быстро летели года, и нет уже великой Державы — СССР, который распался
на различные страны, большие и малые, и Россия, и Украина стали раздельными
государствами, и время текло быстрой рекой, мелькая событиями и новизной.
Так наступило жаркое лето 2022 года.
Неспокойно нынче в Украине, ибо полным ходом там идут военные действия.
В Киевском центре принятия решений важно восседал в своем кабинете натовский генерал
Артур Рейли.
Разные мысли мелькали в голове Рейли.
Формально он был задействован в качестве главного военного советника НАТО по связям с
командованием Вооруженных сил Украины.
Но ничто не заботило генерала кроме его личных интересов в истекающей кровью Украине.
Поэтому он был связан общими финансовыми делами с группой влиятельных олигархов не
только стран блока НАТО, но и Украины, и даже России, которые, как вороватые крысы,
обогащая себя и бюджеты стран НАТО, растаскивали миллиарды и триллионы беспощадно и
без всякой жалости к своим народам, ибо даже война была так выгодна всем им.
И были они подобны завербованной ЗЛОМ моли, сжирающей все на своем пути.
А что?!
Как считал генерал, важен только его Величество Доллар, и ради него можно было
поступиться абсолютно всем: и офицерской честью, и человеческим достоинством, ибо
каждому ясно, что Боливар не вынесет двоих.
Ведь даже Президент США, как и другие, ему подобные, не погнушался поиметь с Украины
свой чертовски привлекательный и выгодный барыш.
Одна торговля устаревшим и списанным военным барахлом чего стоила!
А так, первоначальная идея столкнуть славянские народы под руководством двух евреев в
кровавой бойне при помощи их же продажной олигархической «элиты», утверждающей свою
власть, прекрасно оправдала себя.
Тем более что и война велась на украденные у этих же народов деньги, которые были
заблаговременно переведены в страны блока НАТО.
Ведь, по сути, речь шла о грандиозном испытании всех видов вооружений и подготовке к
мировой войне, в которой славянский русский мир должен был окончательно рухнуть.
И вот ради своего материального благополучия затеял генерал хитрую игру: на нейтральной
украинской территории, не занятой ни российскими, ни украинскими войсками,
обнаружились несметные запасы газа, нефти и алмазов, и, как считал Рейли, часть этих
богатств должна принадлежать и ему.
Правда, находился там большой детский пансионат с сотнями отстающих в своем развитии
малышей, который, естественно, генерал планировал убрать любой ценой, а гибель детишек в
очередной раз свалить на «зверства» российской армии.
Ведь не жалеть же славянских недочеловеков и их детенышей!
Гениально!
С этой целью планировалось использование самого отборного и лучшего батальона
наёмников и военных инструкторов НАТО, естественно, без всяких там опознавательных
знаков, а также танковой бронегруппы, которым после уничтожения данного объекта
предписывалось занять охрану на границах данного района.
После чего на место прибыли бы тележурналюги и рассказали бы всему миру об очередном
злодеянии российской армии.
— Что ж,— подумал генерал, — пора делать деньги! — и решительно поднял телефонную
трубку, дав приказ о проведении специальной и секретной даже для ВСУ военной операции.
В этот же день на данную нейтральную территорию пробиралось разведывательное
подразделение Министерства Обороны России.
А со стороны неприятеля навстречу им двигалось такое же подразделение Вооруженных Сил
Украины.
Так получилось, что столкнулись они практически в упор.
— Стой, москаль! Руки в гору! — грозно заиграл на солнце автомат Калашникова в руках
украинского майора.
Одновременно вскинул свой автомат и русский майор: — Ни с места, хохол! Руки вверх!
Так и стояли подразделения в упор друг к другу, тыкая в противника воронеными стволами
автоматов и пулеметов.
Как вдруг русский майор неожиданно улыбнулся, опуская автомат: — Группа, отставить!
Микола, Царев, ты что ли?!
Украинский командир, узнав своего старинного друга, хоть и хмурясь, выдавил таки скупую
мужскую улыбку: — Да, я. Не сразу и узнал тебя, Светлов!
Посмотрев на свое подразделение, также приказал опустить оружие.
После чего, отойдя от своих, два майора о чем-то переговорили, и, вернувшись к своим,
соблюдая интервал и дистанцию, обе группы вышли на одну и ту же заданную точку, где
обнаружили здания детского пансионата, из которого, о, ужас! никто не удосужился провести
эвакуацию детей, словно бы про них забыли раз и навсегда.
Выйдя на радиосвязь, командиры доложили своему командованию об обнаружении детей и
запросили приказ на свои дальнейшие действия.
К удивлению майоров, был получен приказ оставить детей и продвигаться к месту
постоянной дислокации.
В данный момент группа наблюдателей доложила, что на детский пансионат в боевом
порядке наступает пехота без опознавательных знаков, поддержанная танковой
бронегруппой.
Оба командира наблюдали из биноклей за воинским соединением так неожиданно
появившегося неизвестного противника.
— Кто это? — недоуменно спрашивал Николай Светлов, — ваши, наши или еще кто?!
— Нет, и не наши, и не ваши, — скупо отвечал Николай Царев, — хотя, постой! Вон в цепи
даже негры есть!
В это время немецкие «Леопарды», сопровождаемые пехотой, сминая гусеницами
украинскую землю, как тогда, в сорок первом, продвигались к пансионату.
Светлов посмотрел на своего старого друга.
— Микола! — улыбнулся он, — семья-то как? Передавай потом привет Натахе и твоим
сынулям!
Украинский майор как-то нехорошо посмотрел на своего друга, и скупые мужские слезы
блеснули в его глазах.
— Нет, не передам,— глухо прозвучал его голос, — погибла Натаха и вся моя семья в
пятиэтажке в результате вашего «высокоточного» обстрела... Весь дом порушили, хотя рядом
газовый трубопровод находился, так его не тронули, бизнес, понимаешь?! Господи! И кому
была нужна эта проклятая война?! Такие вот дела, друг, один я теперь...
Русский майор сочувственно посмотрел на Царева.
— Извини, не знал, — с горечью покачал он головой, — но это, брат, война, и на ней, увы, не
ищи милосердия и справедливости… А твоих жаль... Очень жаль...
Царев осуждающе посмотрел на Светлова.
— Эх, товарищ майор! — с горечью произнес он, — не знал! Так просто, так просто… Вот
такой вот он, русский мир — неотступный, весь в развалинах и погибших! Страшный и
беспощадный!
Русский майор осторожно посмотрел на своего старого друга.
— Нет! — хоть и упрямо, но уважительно ответил Светлов. — Это уже не русский мир! Это
мир дьявола, сатаны! Не буду даже говорить про убиваемый вами Донбасс! Пойми, друг!
Настоящий наш мир на любви, доверии и милосердии основан, и в этом мире, даже встречая
незнакомца, человек, здороваясь, всегда спросит: «Помочь?»
И в этот момент его прервал звук разрыва вражеского снаряда на их спешно оборудованной
позиции — это «Леопарды» открыли огонь из своих пушек, целясь по детскому пансионату.
— Ух ты! — удивился Светлов и скомандовал своему радисту, — Ваня, связь!
Оба командира по своим рациям связались с командованием и доложили об обстановке, но
приказ был один: «Не вступать в бой с неизвестными и отходить!»
В это время цепи противника со стреляющими «Леопардами» двигались прямо на них!
Посмотрели друг на друга оба Николая, да и доложили своему командованию правду-матку и
их решение вступить в бой за детей.
И произошла Битва, и уже не было на стороне защитников детей ни русских, ни украинцев,
ибо все они были ЕДИНЫ, и русские медицинские сестры перевязывали раненых украинских
солдат, а украинские сестры милосердия — русских воинов.
И когда был отстрелян последний патрон, и все полегли в неравной схватке, и остались
только Николаи, посмотрел на друга русский майор, коротко улыбнувшись на прощание: —
Прощай, брат! Подсветим гадам напоследок!
— Прощай, брат! — глухо отозвался украинский майор. — Верю, что рано или поздно и на
наши земли придет долгожданный мир!
После чего в открытом радиоэфире по радиостанциям была доложена ситуация и прозвучало
отчаянное: — Погибаю, но не сдаюсь! Вызываю огонь на себя!!!
Почернело небо и нахмурилось.
И внезапно ожило огненными стрелами — это с обеих сторон фронта на наёмников
обрушился сокрушительный удар БМ-21 «Град» русской и украинской реактивной
артиллерии.
И не успело еще успокоится небо, как на низкой высоте, из близлежащего лесочка появились
украинские боевые вертолеты, добивая врага, а вслед за ними мелькнули грозные российские
штурмовики, завершая картину полного разгрома неприятеля.
И был день.
И был вечер.
И Ангел вострубил.
И произошла Битва не только на Земле, зеркалом отразившей небо, но и на Небесах.
И ангелы дрались с ангелами, пока Сущий, придя, не прекратил ее.
И наступил рассвет, осветивший Небо и Землю радугой Всевышнего, ибо вместе с тишиной
пришел долгожданный Мир.