"Книжный развал": Ненависть к войне и сказка как мороженое
Что выходит из-под пера автора, пережившего бомбёжку Дрездена, как избежать тёмных предрассудков и кто такой Саший - об этом в свежем обзоре книг от редакции ИА "Чита.Ру".
Курт Воннегут: "Сирены Титана"
Пересказывать содержание книг - неблагодарное дело, ведь их прелесть в том, что каждый может увидеть между строк что-то своё. А вопрос "О чём эта книга?" - вообще, одна из главных зол этого мира. Для меня это так.
Возьмём "Сирены Титана" - это однозначно антивоенное произведение. Пленный американец Воннегут пережил немецком в Дрездене самую мощную неядерную бомбардировку в истории и возненавидел войну, увидев чёрную пустыню на месте прекрасного города. "Сирены Титана" - социальная сатира, точно. "Думаешь ты многого достиг и всё знаешь? Наивный", - будто бы говорит героям автор, методично переходя от одного к другому. Но всё равно ближе к финалу можно сказать только "ОБОЖЕМОЙДАЧТОЖЕЭТОБЫЛО!?". Спасибо Воннегуту за то, что он также ненавидит вопрос "О чём эта книга?" и закручивает историю так, чтобы читатели даже не пытались на него ответить.
Война с Землёй началась.
Передовой десантно-штурмовой отряд уже смел с лица Луны все постройки землян. Штурмовая артиллерия вела обстрел ракетами с Луны, и каждый крупный город на Земле уже отведал адского пекла.
А вместо ресторанной музыки при этой адской дегустации марсианское радио глушило землян сводящим с ума речитативом: "Черномазый, бледнолицый, желтопузый стань рабом или умри".
...
Война между Марсом и Землёй продолжалась 67 земных суток. Нападение было совершено сразу на все народы Земли.
Земля потеряла 461 человека убитыми, 223 были ранены, 216 пропали без вести. Марс потерял 149315 человек убитыми, 446 были ранены, 11 взяты в плен, 46634 пропали без вести. Под конец войны каждый марсианин числился убитым, раненым, попавшим в плен или пропавшим без вести. На Марсе не осталось ни души. На Марсе не осталось ни одной целой постройки. Три последних эшелона штурмующих Землю марсиан состояли, к ужасу землян, которые перестреляли их, не глядя, из стариков, женщин и горсточки маленьких детей.
Диана Уинн Джонс: "Сила трёх"
Эта сказка как многослойное мороженое. Сначала сливочная верхушка почти традиционного, "простого" фэнтези с магией и проклятьями, потом слой со взрывными фруктовыми шипучками, лопающимися на языке - так что хочется хохотать и хлопать в ладоши. Люди-дикари - не такие уж и люди, великаны - не совсем великаны, а дориги... вовсе не хладнокровные.
На дне - чуть горький шоколад, в котором есть чужие предубеждения, стоящие иногда жизни - не только воинам, но и детям. Книга наглядно показывает относительность таких понятий, как "свой" и "чужой", относительность ярлыков, которые мы навешиваем друг на друга - дориги, великаны, нелюди. А под всей чепухой и предрассудками часто скрываются сердца очень похожих "людей", которые могут договориться - было бы желание.
А вот Гейр прославился. Его узнают все Низины - по великолепной работе лучших дориговских мастеров. Туда вплетены три слова - Мудрость, Прозорливость и Отвага. Однако, когда в Низины приезжают великаны, они его не видят. И доригов тоже. И не пытайтесь, не советую. Мистер Мастерфилд запрещает вторгаться в свои владения - это входит в его соглашение с доригами, - а если вы случайно набредёте на Гарлесье, пчёлы зададут вам хорошую трёпку.
Ольга Громыко: "Год крысы. Путница"
"Год крысы" Ольги Громыко - цикл из двух книг, главная героиня которых приключается с двумя своими то ли друзьями, то ли случайными знакомыми. О первой части я уже писала в предыдущем обзоре, а теперь добралась и до второй - не менее многозначной, интересной и спорной.
Несмотря на название и славу Ольги Громыко как автора скорее юмористического фэнтези, книга оказалось серьёзной. Нашлось в ней место и интригам, и козням, и похищениям, и даже убийствам во благо. Осталось и немало вопросов, скорее мировоззренческих, чем требующих однозначного ответа: скажем, убийство во благо - такой же грех, как убийство корыстное и продуманное? "Саший его знает", - ответили бы на это персонажи романа и были бы правы. Саший, подменяющий в их вселенной чёрта, действительно разбирался в убийствах.
Собственная религия, говор деревенских, язык соседнего государства - Ольга Громыко детально продумала воссозданный в "Годе крысы" мир. Проделанная работа не может не восхищать. В её результат веришь с первых же строчек, а за героев переживаешь, как за хороших знакомых. Они такими и стали с начала предыдущей книги - узнаваемыми, своими в доску и даже родными.
Первым девушка наткнулась на Миха. Белый-белый, выполосканный рекой до последней капли крови, батрак неестественно ровно вытянулся на мокрой блестящей траве, и борода на его застывшем лице выглядела особенно пронзительно-чёрной. Рядом топтался Колай, не зная, что делать: везти тело в Йожыг не на чем - все лодки унесла река, паромную переправу сорвало. К саврянам тащить - как ещё примут, неизвестно. Хотя Рыска видела - принимали. И лекари, и мольцы уже у берега суетились, вперемешку напутствуя в небесную Дорогу своих и чужих.
Колая до того изумило появление падчерицы - оборванно...