Социальные лифты в СССР, «панковский» стройотряд и европейские мужчины в женских тюрьмах
Социальные лифты и наследование — два конца одной шкалы, как холод и мороз, или как высота и глубина. Чтобы было движение вверх, надо, чтобы было и движение вниз — на каждого сына уборщицы из Чухломы, ставшего директором Газпрома, должна приходиться одна дочь директора Газпрома, ставшая уборщицей в Чухломе.
Когда у родителей есть возможность всё передать своим детям по наследству — и деньги, и связи, и должности, и положение в обществе — социальные лифты встают колом. Сын барона становится бароном, а сын пахаря становится пахарем. Тут, конечно, надо сделать поправку на то, что баронство одно, а наследников — семеро, и на то, что некоторым лихим воякам удаётся подняться «из грязи в князи»… но всё же при феодализме общество в целом остаётся разнородным, как декоративная стеклянная банка с несколькими слоями крупы.
И наоборот: социальные лифты отлично работают в утопической системе из фантастических книг братьев Стругацких, в которой государство забирает всех младенцев в специальные интернаты, где их строго воспитывают «профессионалы высочайшего класса».
Сами братья Стругацкие, впрочем, были отнюдь не безродными мамлюками. Они выросли в семье классического советского начальника, еврея-революционера, а тот, в свою очередь, был сыном обеспеченного адвоката и внуком купца. Мать братьев-писателей была учительницей литературы, причём тоже непростой. Происхождение обеспечило братьям высокий старт в виде глубокого образования, столичной прописки и хороших связей. Как мы знаем, позже братья успешно приумножили своё «наследство», войдя в пятёрку главных писателей-фантастов СССР.
Аналогичным образом началась карьера многих других известных нам писателей, режиссёров, актёров и так далее — от Довлатова до Боярского. Это было принято называть термином «творческая династия». Были и другие династии: военные, например, которые породили известный анекдот про сына полковника: «нет, сынок, генералом ты не станешь, у генерала свой сын есть».
С одной стороны, совершенно естественно желание условного режиссёра, директора завода или секретаря райкома вытянуть своих детей на свой уровень. С другой стороны, надёжная система наследования, как я указал в начале статьи, останавливает социальный лифт…
2. Студентка поехала в стройотряд со славными советскими традициями и обнаружила, что в отряде практикуются разнообразные весёлые непотребства — совсем как у вырожденцев с Туманного Альбиона, которые создают таким образом неформальные связи внутри студенческих сообществ.
Отмахнуться от рассказа девушки нельзя — есть фотографии и другие неопровержимые доказательства. Судя по всему, ветераны отряда действительно вовлекают студентов в затейливый грех. Заявление в прокуратуру уже подано. Цитирую (ссылка):
Философия «комиссарок» сводится к следующему: на таком отдыхе студенты чувствуют себя панками, свободными и азартными, да и в условиях работы на вахте это почти необходимость — иначе не выходит отвлечься от монотонной работы. А если что-то оказалось для бойца слишком жестким, то нужно не обижаться, а «излить душу кому-то из близких на сезоне людей, менять свой градус восприятия до ракурса „стакан наполовину полон“».
…
Убеждает и то, что отряд выступает ещё и за сохранение традиций — за априори правильное и вечное. Отряд на базе этого вуза существует с шестидесятых, и новоиспеченные бойцы регулярно встречаются с «ветеранами» отряда, которые под тем же флагом катались на сезоны еще в советское время. Общаются со «старшими», поют с ними отрядные песни, сохранившиеся с тех времен, — та самая преемственность поколений, которую в нас уже который год пытаются взрастить. И нынешние отрядовцы очень гордятся тем, что «сохранили панковский дух» своих предшественников.
3. Жители Запада ещё долго будут неловко морщиться, вспоминая, как в начале 21-го века ими правили разнузданные срамцы. К примеру, в Великобритании и Германии преступники-мужчины до сих пор могут попасть в женские тюрьмы – для этого им достаточно объявить себя женщиной. Цитирую Павла Шипилина (ссылка):
Если сказать проще, то мужики косят под женщин и фактически становятся владельцами небольших гаремов в своих камерах. Не исключено, что специально. <…>
Пять лет назад британская газета The Telegraph рассказала об издержках борьбы феминисток, <…> и прочих <…> за свои права. Активные женщины настолько ею увлеклись, что не заметили опасности, которая подстерегает их же самих, теперь уже буквально за каждым углом.
Вдруг выяснилось, что подозреваемые и осужденные насильники регистрируются при аресте как женщины. Причем в полиции объяснили, что в ситуации, когда в отделение привозят насильника мужского пола, который объявляет себя женщиной, он должен быть как женщина и зарегистрирован — так предписывает их новый британский закон. Такое ощущение, что объяснили, ехидно улыбаясь.
Дональд Трамп собирается эту страницу истории перевернуть — и в США, и в покорённой американцами Европе. Не факт, что получится именно у Дональда Трампа, однако в итоговом поражении радужных леваков сомневаться не приходится: или их сметёт реакция, или они вымрут.
Чем дальше, тем сильнее я жалею, что Камала Харрис проиграла выборы. Иметь дело со слабым Западом было бы проще. Если Запад снова станет хищным, зубастым и «токсично маскулинным», он станет для нас гораздо более неприятным противником.