Мифы и правда об Александре Лизюкове
Попробуем с этим разобраться вместе с внуком легендарного командарма, заведующим кафедрой русской и мировой литературы Гомельского университета им. Франциска Скорины, профессором Академии военных наук России Иваном Афанасьевым. Тем более что в нынешнем марте исполняется 125 лет со дня рождения Александра Ильича Лизюкова.
Три брата
На юбилей генерала Лизюкова Иван Афанасьев подарил нашей редакции свою недавно увидевшую свет книгу «Судьба командарма Лизюкова: версии, мифы и правда». Такой подробный анализ жизни генерала, скрупулезное «распутывание» архивных нестыковок разбивает многие наши стереотипы о Великой Отечественной войне и становится захватывающей альтернативой туристическому штампу про «улицу Лизюкова». Да, дань памяти подвигу этого человека, защищавшего наш город, лучше всего отдавать не героическими лозунгами и штампами, а знаниями.
По этой же причине к нынешнему юбилею командарма на канале «Звезда» готовится фильм о трех братьях Лизюковых – в феврале съемочная группа «Звезды» побывала в Гомеле в их старинном, разветвленном на несколько поколений доме. Здесь не раз бывали и воронежцы. Именно в этот дом свое последнее земное путешествие совершил Василий Михайлович Песков – специально поклониться памяти Лизюковых. Ведь Александр Лизюков – один из трех братьев-героев, погибших на Великой Отечественной войне. Младший, Петр Ильич, командовал 46-й Ленинградской противотанковой истребительной бригадой, пал смертью храбрых в январе 1945-го и тоже удостоен звания Героя Советского Союза. Старший, Евгений Ильич – знаменитый партизанский командир, погиб в июле 1944-го. Таких семей, в которых погибли бы все трое братьев, двое из которых получили звезду Героя, на всю большую страну – не более десяти.
Не по штабным картам
– Свои фронтовые версты к Победе командарм Лизюков отмерил в 1941–1942 годах. Жизнь его оборвалась в июле 1942-го в бою под Воронежем, когда генерал командовал 5-й танковой армией и 2-м танковым корпусом. Однако в штабных картах и бумагах пройденный с боями путь иной раз и не разглядеть. Резинка не щадила карандаш, и потертые бумажные изломы превращались в прорехи исторической памяти. Но судьба вела Лизюкова не по штабным картам, – рассказывает Иван Афанасьев корреспонденту редакции.
Так наш город стал для потомка командарма новым научным импульсом – сделать все, чтобы как можно больше людей узнали о судьбе генерала. Сейчас Иван Афанасьев вводит в публичный оборот новые архивные материалы о генерале. Все они позволяют говорить о подлинном масштабе этой личности.
– Ведь по поводу роли 5-й танковой армии под руководством Лизюкова под Воронежем тоже все еще полно мифов. Вот данные интернета: 5-я танковая армия была расформирована. Да, 15 июля поступил приказ Ставки о ликвидации 5-й танковой. Обращение Лизюкова к Сталину проверить на месте ход военной операции не остановило это решение сразу. Высшее военное начальство проигнорировало доводы командарма и обвинило генерал-майора в трусости, грубо оскорбив его офицерскую честь. 23 июля 1942 года командующий оперативной группой Брянского фронта приказал Лизюкову сесть в танк и выдвигаться в бой. Но расформирование 5-й танковой продолжалось считаные дни, а потом она была вновь восстановлена и как формирование сохранилась. И это было признанием правоты Лизюкова. А трагизм сюжета заключается в том, что генерал Лизюков был согласован в управлении кадров автобронетанкового управления Народного комиссариата обороны на армейский командный уровень как раз 23 июля 1942-го – в день своей гибели в ожесточенных боях под Воронежем. То есть все наветы, казалось бы, были сняты, и, вполне возможно, генерал вернулся бы командовать восстановленной 5-й танковой армией. Но не судьба. Причем ведь в свой последний бой он не сорвался опрометчиво, повинуясь эмоциональному срыву из-за жестокой несправедливости, а был отправлен приказами. Офицер Лизюков этот приказ выполнил, – комментирует Иван Афанасьев.
Мучительное многоточие
Военные историки сейчас уже гораздо больше знают о том, какую роль сыграл Александр Лизюков в спасении Москвы. Мемориал «Перемиловская высота» воздвигнут в память о защитниках Москвы еще в 1966 году. Но имя Александра Лизюкова, которому в 1941-м было доверено командование оперативной группой, развернутой впоследствии в 20-ю армию, увековечено там только в конце 2022 года. А прежде на этом месте еще в 2005 году было увековечено имя генерала Власова, который к решающим боям под Москвой в начале и середине декабря 1941-го не имел никакого отношения. Так уж получилось, что пути Власова и Лизюкова, ни разу не пересекшиеся во фронтовой реальности, оказались несправедливым, болезненным пересечением в военных хрониках тех лет – проводит аналогии Иван Афанасьев.
Например, в августе 1942-го «бывший командующий 2-й ударной армией генерал-лейтенант Власов обратился к германскому верховному командованию с инициативой по организации «центра формирования русской армии для борьбы со сталинским режимом». И именно в эти же дни фамилия погибшего под Воронежем Александра Лизюкова была вычеркнута из коллективного списка отличившихся в подготовленном проекте Указа о награждении орденом Красного Знамени.
– И еще непостижимым образом 20 ноября 1942 года альбом «Москва. Ноябрь 1941» с портретом Власова будет подписан в печать. Да, уже 7 декабря выйдет постановление о возбуждении уголовного преследования в отношении А.А. Власова, но точка, казалось бы, окончательно поставленная в истории, превратится в долгое мучительное многоточие по отношению к генералу Лизюкову. Я счастлив, что мне удалось найти всему этому документальные подтверждения. Потому что историческое беспамятство играет с нами злую шутку, – говорит Иван Афанасьев.
Наше общее дело
В 2015 году в Воронеже по инициативе общественной организации «Наше общее дело» и историко-патриотического поискового объединения «Дон» при поддержке правительства области была учреждена наградная медаль «115 лет со дня рождения Героя Советского Союза Александра Ильича Лизюкова». Ею стали награждать россиян и белорусов, особо отличившихся в увековечивании подвига героев Великой Отечественной войны: ветеранов, поисковиков, волонтеров, писателей, ученых.
– Память о Лизюкове очень человечна и взламывает забвение десятилетий только благодаря неравнодушию конкретных людей. Все это держится на совести отдельного человека, будь он государственным деятелем, поисковиком, школьником или церковным старостой, – говорит Иван Афанасьев