Символ эпохи советского балета: каким был Юрий Григорович

Сегодня на 99-м году ушел из жизни Юрий Григорович. Знаменитый хореограф и балетмейстер родился в Ленинграде. После хореографического училища десять лет солировал в театре оперы и балета имени Кирова — ныне легендарной Мариинке. А после уже сам помогал талантам раскрыться на сцене.

Его называли «иконой Большого», где он много лет служил главным балетмейстером. Он поставил такие спектакли, как «Спартак», «Иван Грозный», «Каменный цветок». Каким запомнят великого мастера, рассказала корреспондент «Известий» Елена Хмура.

Он никогда не плыл по течению, а перекраивал на свой лад — искусство и себя в профессии. Сценический путь Юрий Григорович начинал как танцовщик легендарного Мариинского театра, точнее Кировского, как его называли в советскую эпоху. Исполнял характерные танцы, гротесковые партии. Но успешный и амбициозный солист хотел ставить сам.

«Так, действительно, и было, что очень мало вообще балетов на русскую тему, как ни странно. Ну, „Петрушка“, „Жар-птица“, вот сделал Лопухов „Снегурочку“… И вот так даже вспомнить еще репертуар — не вспомнишь. А здесь был большой балет, и русский балет», — говорил хореограф, балетмейстер, народный артист СССР Юрий Григорович о балете «Каменный цветок».

«Каменный цветок» на музыку Прокофьева — первый большой балет Григоровича. На премьеру в Мариинку приехал директор Большого театра. Он был поражен отсутствием привычной драматической пантомимы и тем, как много танцуют в спектакле. Это был настоящий прорыв. Именно он вывел на первый план мужчин. До этого звездами были только балерины. Его «Спартак» — это мужской балет.

Масштабные сцены с десятками артистов, острые конфликты между героями, философский подтекст спектаклей. Новаторская хореография требовала костюмов и декораций — не условных, а реалистичных, как в драматическом театре. Поэтому одной из самых больших удач в своей жизни Юрий Григорович называл встречу с театральным художником Симоном Вирсаладзе. Художник с тонким вкусом и тягой к экспериментам умел виртуозно подчеркнуть героическую мощь и романтизм замысла балетмейстера.

На главной сцене страны Юрий Григорович ставит новые спектакли и смело редактирует классические постановки: переделывает либретто, перекомпоновывает музыку, заставляя старый репертуар зазвучать современно и ярко. «Лебединое озеро», «Щелкунчик», «Ромео и Джульетта», «Спящая красавица», «Баядерка». Каждой премьере рукоплещет весь мир.

Самый классический новатор — так говорили о Юрии Григоровиче за то, что в каждом па он максимально использовал все, чем славилась еще дореволюционная школа русского балета. Марис Лиепа и Майя Плисецкая, Владимир Васильев и Екатерина Максимова, Александр Богатырев и Людмила Семеняка. Обладая безошибочным чутьем на таланты, Юрий Григорович стремился раскрыть потенциал каждого артиста.

«Когда начинаешь уже работать в зале с актерами, обычно я начинаю с работы с главными действующими лицами. И дуэт как обычно выражение отношений, которые существуют в спектакле между героями, очень как-то сразу раскрывает и пластический язык, и психологическую сторону взаимоотношений», — говорил Юрий Григорович.

Григорович был чрезвычайно требовательным к артистам. За глаза его называли Юрий Грозный, по аналогии с его постановкой балета «Иван Грозный». Он редко шел на компромиссы. Даже когда из-за разногласий с труппой в середине девяностых на несколько лет пришлось покинуть Большой. Но и этот перерыв был плодотворным — новые спектакли выходят на сценах Башкирского и Краснодарского театров.

Авторитет Юрия Григоровича как балетмейстера и педагога был таким непререкаемым, что именно его десятилетиями приглашали возглавить жюри международных конкурсов. В молодых артистах — по его собственным словам — он ценил не столько технику, сколько умение показать в танце человеческую душу.

Судьба щедро одарила Юрия Григоровича не только любовью публики, но и в личной жизни. В браке с балериной Натальей Бессмертновой он прожил 40 лет. И именно супругу всегда называл своей музой, вдохновлявшей его на новые постановки. А на вопрос, чтобы было самым счастливым в его жизни, отвечал одним словом: «Творчество».