Как появилась гомеопатия и почему она так долго существует
Эксперимент Ганемана стал фундаментом для придуманной им альтернативной медицины, которую он назвал "гомеопатия" (от греческих ὅμοιος — "подобный" и πάθος — "болезнь"). Эту самую медицину давно уже разложили на молекулы и доказали, что "доказательство" Ганемана совершенно ничего не значит.
В то время в Европе буйствовали эпидемии: холера, оспа, тиф, а дизентерия с малярией были совершенно обычным делом. Сифилис и туберкулез тоже были рядовыми болезнями, а чтобы веселее жилось, на континент периодически приходили сибирская язва и чума. Микроскоп уже был изобретен, но представления о микробном характере болезней еще не существовало. Главной была теория миазматическая: все эпидемии были следствием "плохого воздуха" - чем хуже запах, тем ужаснее последствия заражения.
Анестезии не существовало и больные чаще умирали от болевого шока, а так как антисептиков тоже не существовало, то больные часто становились жертвами заражений. Ну и конечно же всякие кровопускания, рвотное и клистиры.
Конечно же в таких ситуациях цветет и колосится шарлатанство. Колдуны, знахари, алхимики, самые разные "магические" зелья (которые, кстати, немногим были вреднее аптечных средств того времени), а от врачей ждали, что они будут произносить заклинания и делать магические жесты.
По окончании университета Ганеман заслуженно получил прозвище "странствующий доктор медицины", так как он получал место врача то в одном городке, то в деревушке, причем дольше года он нигде не задерживался. Ходили сплетни, что он просто не устраивал городские советы как врач.
Несколько раз он пытался устроиться патологоанатомом или судебным медиком. Он был беден, его семье приходилось делить хлеб по весам.
Но вся эта альтернативная медицина не приносила Ганеману ни счастья, ни признания. Он уверенно шел по своему выбранному пути, но его пациенты не выздоравливают чаще, чем у его коллег-"палачей". Врач продолжает путешествовать из одного города в другой, пока он не оказывается в Лейпциге, где начинает преподавать медицину. Тогда шел 1812 год, врачи были на вес золота и почти все они были мобилизованы армиями. Медиков надо было кому-то учить и вот, презираемый классической медициной, Ганеман становится востребован. Ну как-никак доктор медицины. А для него кафедра стала отличной площадкой для распространения своих взглядов.
Есть неподтвержденные данные о том, что из 183 больных Ганемана не удалось спасти только одну старушку. Факт не доказан, однако этот пример радостно используют гомеопаты, как показатель высокой эффективности этого медицинского движения.
В Лейпциге Ганеман задерживается, выпускает просто невероятное количество гневных памфлетов о вреде традиционных лекарств и призывами о немедленном переходе на гомеопатические препараты. Аптекарям тоже досталось и Ганеман призывал врачей готовить лекарства самим. Дошло даже до того, что аптекари Лейпцига подали на новатора в суд.
Но даже после такого скандала у Ганемана оставались поклонники. Вот один из бывших пациентов, масон, предлагает гомеопату стать его лейб-медиком в глухом Кётене. И тут-то и случается главный триумф Ганемана: 1831 год, Европа охвачена одной из самых мощных в истории эпидемий холеры и традиционна медицина оказалась бессильна. Гомеопат предложил вполне себе логичные решения: обеззараживание камфорным спиртом и гигиену, что привело к существенному снижению смертности. Никакого отношения к новому медицинскому движению они не имели, однако много ли надо для людей? За медиком закрепляется слава целителя и в забытую богом деревушку съезжаются со всей Европы.
Ганеман, в свою очередь, громко призывает отказаться от мучения пациентов, а саму медицину называет аллопатией (от греч. allos - иной, и pathos - страдание). Это слово было специально придумано для обозначения традиционных методов лечения.
Он выпускает все больше софистических рассуждений, в которых нет ни результатов клинических испытаний, ни доказательств.
80-летний вдовец Ганеман, который напоминал всем окружающим гофмановского гнома и 33-летня девица Мелани влюбились друг в друга с первого взгляда, объявили о помолвке и переехали в Париж.
Ганеман распределил перед отъездом свои сбережения и имущество между своими детьми. Годы в ненавистном ему Кётене наконец-то поставили его на ноги, он уже не был нищим бродягой-доктором. Поговаривали, что к нему ездили лечиться Бетховен и Гёте.
Ну а в Париже, на закате жизни, к нему пришла настоящая слава. В самом конце его жизни гомеопатия стала безумно популярной.
В 1843 году Ганеман, по всей видимости, очень довольный собой, скончался и его похоронили на знаменитом кладбище Пер-Лашез.
А его супруга, Мелани Ганеман, продолжит дело мужа. В 1847 году ее обвинят в незаконной медицинской практике, но даже после этого скандала (чем не реклама!) она продолжит "лечить" пациентов.
Ганеман не привел ни единого довода к эффективности изобретенной им методики, но во многих человеческих головах остается место для всяческих гадалок, знахарей и колдунов. И факт того, что гомеопатия жива до сих пор - прекрасное тому доказательство.