«С целью создания видимости»: Лекарств для онкобольных на 25 миллионов выбросили на помойку. А где-то люди стонут

В начале сентября Кировский районный суд Иркутска вынес приговор по уголовному делу бывшего замминистра здравоохранения региона Елены Голенецкой. Ее признали виновной в превышении полномочий.

Как сообщила областная прокуратура, Голенецкая «с целью создания видимости эффективного руководства и полного расходования субсидий, выделенных в 2019 году, утвердила заявки на закупку обезболивающего лекарственного препарата „Трамадол“ в количестве, значительно превышающем потребность пациентов с онкологией. В связи с невостребованностью и истечением сроков годности лекарство было уничтожено». Сумма ущерба бюджету — 25 млн рублей.

Теперь бывшая заместитель министра проведет два года в колонии-поселении. И еще ей придется выплатить штраф в размере 23 млн руб.

В местных СМИ пишут по поводу этого дела, что на основании решения Голенецкой было закуплено просто гигантское количество сильного обезболивающего (более 450 тысяч упаковок). Реальная потребность в препарате была втрое меньше.

Голенецкая — из числа опытных работников. Она отработала в минздраве области 20 лет. Ушла в отставку в 2020 году.

В иркутской истории, как выясняется, фигурирует не самая большая сумма, израсходованная на лекарства, которые потом пришлось списать. Во Владимирской области в 2023 году списали препараты на сумму 58,6 млн руб. Причем, лекарства на 32,1 миллиона были закуплены в рамках регионального проекта «Борьба с сердечно-сосудистыми заболеваниями» национального проекта «Здравоохранение». Прокуратура области обратила внимание на «ненадлежащее формирование потребности» в минздраве. И выяснила, что подобные факты имели место и раньше.

Если посмотреть на проблему в общероссийском масштабе, волосы становятся дыбом. Счетная палата подсчитала, что в 2021—2023 годах в России были списаны препараты с истекшим сроком годности на общую сумму 12,5 млрд рублей! Шокирующие данные озвучила первый зампредседателя комитета Совета Федерации по федеративному устройству, региональной политике, местному самоуправлению и делам Севера Галина Карелова на заседании комитета по социальной политике в феврале 2025 года. Большая часть этих препаратов была закуплена для лечения и профилактики COVID-19. А мы-то думали, почему так неэффективно велась борьба с коварным вирусом.

Интересно, что в отдельных случаях суд может признать списание лекарств обоснованным. Так, в 2024 году до Верховного суда дошел спор территориального ФОМС Челябинской области и одной из больниц Челябинска. Суть — медучреждение списало в 2022 году препаратов на препараты на 12,7 млн. руб. ФОМС составил акт, что списание не подтверждено первичной медицинской документацией. Больница решила оспорить этот акт в суде и выиграла дело. Верховный суд отметил, что вывод ФОМС о нецелевом использовании лекарственных средств необоснован, а назначение лекарств отражено в медицинских картах. При этом несоблюдение дозировки введения лекарств значения не имеет, решил суд.

В то же время ряде регионов России не предоставляет препараты пациентам с атопическим дерматитом, пузырчаткой и крапивницей. Общественная палата сообщила об этом в Минздрав, ФОМС и правительство. Причиной стала расплывчатая формулировка в перечне системных хронических тяжелых заболеваний кожи. Жалобы на невыписку лекарств приходят из Московской и Волгоградской областей, Башкирии, других регионов.

Свердловская область — в числе регионов, где остро не хватает препаратов для лечения онкологических заболеваний. Об этом сообщила заместитель председателя координационного совета «Движение против рака» Галина Маргаревич. Похожая проблема в Ростовской, Новосибирской, Пензенской, Курской, Воронежской областях.

Итак, получается, в одних случаях власти регионов закупают ненужные препараты, расходуя на это миллиарды рублей средств бюджета. При этом в других случаях нужных лекарств пациенты не получают. Что-то не так в системе отечественного здравоохранения.

Корреспондент «Свободной Прессы» побеседовал на эту тему с депутатом Госдумы (фракция КПРФ), заместителем председателя комитета по здоровью Алексеем Куринным.

«СП»: Что можно сказать по поводу этой ситуации в Иркутске?

— Это не самая большая сумма списанных лекарств.

«СП»: А какая была самая большая сумма списанных лекарств? И в каком регионе?

— Это информация для служебного пользования.

«СП»: Можно впредь избегать подобных ситуаций в работе региональных минздравов?

— Идеальной закупки добиться сложно, хотя современные информационные системы снижают количество ошибок.

«СП»: Что все-таки возможно сделать на законодательном и исполнительном уровне власти, чтобы регионы не закупали ненужных лекарств?

— Для снижения отрицательных последствий возможно введение механизма передачи невостребованных лекарств в общую лечебную сеть (через согласование, например, с высшим исполнительным органом власти). Еще один вариант — перейти от массовых закупок ординарных лекарств к системе лекарственного обеспечения через уполномоченную сеть аптек с использованием механизма референтной цены.

Ранее Павел Воробьев, профессор, доктор медицинских наук, председатель правления Московского городского научного общества терапевтов и президент Общества фармакоэкономических исследований, в разговоре с «СП» о перспективах производства в России всех нужных лекарств на фоне вступления в силу федерального закона, закрепляющего понятие перечня стратегически значимых лекарственных средств, заметил:

«Надо эти накопленные компетенции (производить практически все лекарства с этапа субстанции) реализовывать… Есть служба фармаконадзора, которая отслеживает проблемы. Вот только в нее никто особенно не пишет о проблемах. Без этой обратной связи никто никогда не узнает, плох препарат или хорош. Вся отрасль ведет себя кое-как. Очередной перечень призван внести немного больше порядка. Но до порядка еще ой как далеко».