Герб Нарвы и печать
Арнольд Пауль Сювалеп. “История Нарвы. Датский и ливонский периоды”. Начало здесь.
Изображение самого древнего герба города сохранилось на печати первого из известных нам городских писем и относится к 1385 году. На гербе изображена большая, вытянутой формы рыба, расположенная под короной и плывущая слева направо. Печать имеет надпись: ″S’CIVITATIS NARWIE″. Последний раз эта печать обнаруживается на городском письме от 1 июля 1442 года.
Кроме того, известна еще и третья городская печать, встречающаяся на паре писем магистрата от 19 июня 1526 и 10 августа 1530 года. На ней изображен орденский крест, в верхних углах которого изображены розы. На печати надпись: ″S’DE CIVI – TAS NARVE″. Эта печать являлась торговой, т.к. по своей форме и внешнему виду она напоминает печать, пожалованную Нарве 17 января 1426 года для клеймения воска и иных товаров. В более поздний период она использовалась (по данным Ганзена) нарвским коммерческим и полицейским бургомистром, а также маклером и владельцем аукциона в качестве официальной служебной печати.
Источники доходов города
Отсутствие достаточного количества исторических документов не позволяет создать даже малейшего представления о величине городского бюджета. Доходы города от имущества и местных предприятий, несомненно, были незначительными. Более стабильными источниками доходов были т.н. гражданские налоги, которые каждый был обязан уплатить, когда становился гражданином Нарвы, а также налоги за право варить пиво. Одним из главных источников дохода являлись налоги с товаров, провозимых через город, известны различные статьи таких налогов, как то: свайный налог, налог на взвешивание и так далее. Свайный налог взимался с прибывавших кораблей, его величина зависела от размера корабля или количества доставляемого груза. С товаров, продаваемых в городе, взимался налог за взвешивание. Весовщик, обслуживавший городские весы, давал присягу на точность и честность в своей работе. Особенно большой доход городу приносил налог на взвешивание соли, являющейся главным видом товаров нарвской торговли. Если соль продавали русским, с них брали налог в размере три деньги с партии, если немцам – 3 шиллинга. С грузов соли, следовавших транзитом через Нарву в Тарту, взимался налог в размере 2 шиллингов с партии.
Особенно большой доход городу приносил налог на взвешивание соли, являющейся главным видом товаров нарвской торговли.
Другие важные виды товаров также облагались пошлиной. За взвешивание льна взимали 2 шиллинга с партии. Размер пошлины с воска определялся условиями мирного договора. Новгородские купцы должны были платить за торговлю льном в Нарве с каждого веса льна 3 деньги. За взвешивание меди и свинца в 1556 году взимался 1 талер.
С напитков, пива и водки, взимался т.н. акцизный («syssen») налог. Величина акцизного налога для бочки пива и вишневого напитка составляла 6 шиллингов. Высокая акцизная пошлина устанавливалась также и на продажу разного вина. Так, Якоб Кремер в 1528 году заплатил акцизный налог за вино 5 марок, в то время, как вывоз этого же вина и разгрузка его в подвалы стоила только 5 фердингов (1 марка = 4 фердинга).
Сбор налогов входил в обязанности городского писаря. За уплатой налогов ему помогали следить сторожа речного порта и золотых дел мастер.
Суммы штрафов, назначаемых нарвским судом, были, несомненно, значительно более скромными по сравнению со штрафами в Таллинне.
Незначительный доход городской магистрат имел также от выдачи охранных грамот и т.д.
Необходимо также отметить суммы, которые магистрат Таллинна выделял на установку на реке Нарве свай, на строительство богадельни и городской церкви.
Особенно большой доход городу приносил налог на взвешивание соли, являющейся главным видом товаров нарвской торговли.
Численность населения города
Точные данные о численности народонаселения Нарвы в орденское время отсутствуют. Однако, учитывая небольшую территорию, часть которой еще в конце ливонского периода оставалась незастроенной, а также некоторые другие признаки, можно оценить, что общее число жителей в конце орденского периода составляло примерно 500-800 человек.
На то, что население города было невелико, указывает большое количество косвенных данных. Так, член нарвского магистрата Иоган Супер в ходе процесса по делу епископа Хильдебранда сообщил, что «в Нарве их (жителей) было немного. Если бы члены ″партий″ покинули город, то в нем бы никого не осталось». Незначительным числом жителей объяснялся также тот факт, что в этот период Нарву часто называют «городишком» и даже «жалким городишком».
Большую часть его составляли лица не немецкого происхождения – «un – deutsche». На их количественное соотношение с немецким населением указывает вышепомянутое письмо 1530 года, в котором говорится, что в городе проживает 30 немцев и 120 не немцев. В сражении с русскими, произошедшем 12 сентября 1501 года, погибло 10 немцев и 100 не немцев, по поводу чего нарвский магистрат сообщил в Таллинн, что город совершенно опустел.
Незначительным числом жителей объяснялся также тот факт, что в этот период Нарву часто называют «городишком» и даже «жалким городишком».
Судя по именам, можно заключить, что лицами не немецкого происхождения были эстонцы, сильно смешаные с вожанами, и даже нарвский диалект был похож на водский язык. В предисловии к катехизису Ванрадт-Кёлля указывается, что в Нарве по-эстонски говорят совсем иначе, чем в Тарту и Таллинне. В письмах того же периода упоминается, что не немцами являлись русские или русская водь, которые внешне были похожи на русских. 14 мая 1530 года нарвский магистрат сообщал в Таллинн о горожанах не немецкого происхождения, которые все являлись русскими. В письме от 28 августа 1539 года магистрат вновь сообщал в Таллинн о том, что жители не немецкого происхождения в основном русские, а в письме от 17 сентября 1544 года утверждал, что в своем большинстве они являются русской водью. О том, что в первых двух письмах под русскими магистрат подразумевал водь, говорит тот факт, что в письме Таллинну от 17 сентября 1544 года упоминаются русские из Ивангорода, которые на не немецком языке говорили лучше, чем на русском. Также и Реннер отмечает, что крестьяне из окрестностей Нарвы являлись кровными братьями русских правого берега реки и дружили с ними. На берегу реки Нарвы проживало много вожан, что подтверждает и название деревни Вадьякюла, которая находилась на правом берегу реки примерно напротив современного рыбачьего берега.
Можно было предположить, что вожане оказались в Нарве после войны времен Плеттенберга, т.к. большая часть не немецкого населения погибла в сражении 1501 года. Однако и это предположение не подтверждается, поскольку нам известно, что в 1432 году прибывшие из Финляндии лазутчики переоделись в одежды вожан, естественно, для того, чтобы не выделяться среди местного населения. Из этого можно заключить, что в первой половине XV века водь была очень значительно представлена среди местного населения.
Естественно, численность городского населения в отдельные периоды колебалась. Во время подъема международной торговли население увеличивалось за счет приезжих купцов. Были также и времена, как, например, в 1534 году, когда многие работники перебрались в Таллинн и нарвский магистрат был вынужден жаловаться на то, что город почти опустел.
(Продолжение следует)
The post Герб Нарвы и печать first appeared on gazeta.ee.