«Самого заставлю мышей жрать…» Как жили коты во времена гардемаринов
Режиссер Светлана Дружинина проанонсировала скорое появление на экранах очередного фильма о приключениях гардемаринов, вернее, сразу двух лент - «Гардемарины 1787. Мир» и «Гардемарины 1787. Война» (эта часть посвящена сражению за Кинбурн, руководил которым знаменитый полководец Александр Суворов). А aif.ru в ожидании премьеры решил вспомнить некоторые забавные факты из предыдущих фильмов киносаги.
Почему коты были в дефиците?
В кино «Гардемарины, вперёд!» вице-канцлер Бестужев, блистательно сыгранный Евгением Евстигнеевым, кидает башмаком в угол, где возятся мыши, а потом грозно говорит своему секретарю Яковлеву, которого играет Александр Пашутин: «Не заведёшь кота – самого заставлю мышей жрать!» А тот нервно сглатывает: «Как скажете, ваше сиятельство... » Неужели коты были такой уж редкостью в Петербурге того времени?
Как ни странно, да. Вернее, не коты как таковые, а те, что считались наиболее приспособленными для ловли крыс и мышей. В XVIII столетии отмечают целый ряд «мышиных годов», когда грызуны буквально заполоняли Москву и Петербург, уничтожали запасы в амбарах, портили платья и меха в кладовых, оставляли после себя кучи помёта, разносили заразу и даже посягали на делопроизводство, чему свидетельством многочисленные жалобы на то, что «важные документы мышами трачены».
Действие фильма «Гардемарины, вперёд!» происходит в 1742 году. К тому моменту в Петербурге уже несколько десятилетий придерживались указов Петра Великого «о кошачьей службе»: «Иметь при амбарах котов – для охраны таковых, и мышей, и крыс устрашения». Историк Виктор Наумов, автор книги «Повседневная жизнь Петра Великого и его сподвижников», предполагает: «Эти коты жили в подвалах и на чердаках на самообеспечении, и лишь по вечерам получали в качестве поощрения миску молока или подкормку из птичьего мяса».
Рябчики от Елизаветы
Но, судя по всему, либо котов этих было недостаточно, либо их охотничьи качества оставляли желать лучшего. И «дщерь Петрова», императрица Елизавета, кроме всего прочего известная тем, что панически боялась мышей, решила подойти к делу основательно.
В 1745 году, то есть три года спустя после событий фильма о гардемаринах, Елизавета издаёт свой знаменитый «Указ о высылке ко двору котов»: «Сыскать в Казани здешних пород кладеных (кастрированных) самых лучших и больших тридцать котов, удобных к ловлению мышей. Ежели кто имеет у себя таковых кладеных котов, сообщить в губернскую канцелярию в течение трёх дней для скорейшего отправления их на государеву службу». Тем, кто намеревался скрывать своих котиков от «призыва», грозили крупные штрафы.
И это было только начало. Спустя пять лет появляется новый указ. На этот раз котов отбирали для Зимнего дворца: «В Новом Зимнем дворце в камер-юнкерских и прочих покоях отобрать котов до тридцати, а ежели отобрать не выйдет, то хотя где купить... Покормя неделю или более, впускать в покои для переводу мышей, и приставить к сим котам из Придворной конторы особливых людей – для прокорму и лучшего догляду».
Тремя годами позже положение придворных котиков улучшили, выстроив для них особое здание. Что, впрочем, было уже необходимо – поголовье росло и достигло уже нескольких сотен: «Отобрать кошек до трёхсот для посажения в новосделанные при Головинском императорского величества доме зимние покои, для чего сделать гоф-интендантской конторе поблизости Головинского дворца особливый покой».
Но истинный шедевр делопроизводства, демонстрирующий нежные чувства Елизаветы к котикам, появился в 1754 году. Читая его, можно умиляться бесконечно. Равно как и завидовать судьбе тех, на кого царское благоволение изливалось непрерывным потоком: «Офицерам придворной конторы, служащим на кормовом погребу, от сих пор говядину и баранину котам отнюдь не отпускать, а взамен того отпускать в каждый день рябчиков и тетеревей по одному... »