Вероника Кудерметова – о Казани, мужском и женском теннисе и истории с Руне
«В Казани мне всегда хорошо, это мой дом»
– Вероника, на носу начало теннисного сезона. Насколько я понимаю, турнир в Брисбене (WTA 500) станет для вас первым в 2026 году?
– Да, первым турниром будет турнир в Брисбене. Потом, скорее всего, сразу Australian Open. Думаю, что недельку пропущу, не буду принимать участие в турнире в Аделаиде.
– Как вообще у вас проходит подготовка к сезону в Казани? Позволяете себе отдыхать?
– Если честно, стараюсь уже по максимуму концентрироваться на новый сезон. Веду плановую подготовку и могу только буквально пару денечков из отпуска выцепить для отдыха.
В Казани мне всегда хорошо, это мой дом. Очень люблю ходить на матчи «Ак Барса». Недавно была на выставке современного искусства, ездила на пару дней в Москву.
– Австралия славится своей экзотической фауной. Были ли у вас какие-то забавные истории со змеями или пауками в номерах отеля?
– Слава богу, у меня такого не было, но думаю, что кто-то из теннисистов точно с этим сталкивался. Кстати, в Брисбене несколько раз видела огромных страшных пауков на тренировочных кортах. Там рядом с кортами есть парк. Ты подходишь, чтобы взять мяч, а около него сидит огромный паук. Не могу сказать, что эта ситуация вызвала во мне прямо страх, но было, конечно, чуть-чуть страшновато (смеется). Ты же не знаешь, что это за паук.
А так – да, фауна в Австралии удивительная. Сейчас вспомнила грустный случай. Мы как-то ехали на арендованной машине из Мельбурна в Аделаиду и видели на дороге много мертвых кенгуру. Они часто выбегают под колеса, и водители просто не успевают среагировать. И, к сожалению, при столкновении чаще всего случается летальный исход.
– В Австралии совершенно другой часовой пояс. Насколько первое время там тяжело адаптироваться?
– За годы карьеры я к этому уже привыкла. Теннисисты постоянно сталкиваются с долгими перелетами. Сегодня ты в Австралии, завтра тебе уже надо быть в Америке. Это рутина, которая сопровождает тебя всегда. Жаловаться на это бессмысленно, потому что это твой выбор, твоя работа.
«За прошедший год была буквально пара таких игр, когда я не вытягивала по физике»
Фото: © Алексей Даничев / РИА Новости
«Даже если хреново чувствую себя на корте, все равно пойду до конца»
– 2025 год оказался для вас действительно прорывным. О победах на Уимблдоне и на итоговом турнире в Эр-Рияде в парном разряде вы рассказывали уже много раз. Но есть ощущение, что этих побед не было бы, если бы вы не начали показывать хорошие результаты уже с Australian Open в одиночке.
– Соглашусь с вами, потому что прошлый сезон я начинала, если не ошибаюсь, с 75-й позиции [в рейтинге WTA], и в целом состояние под конец 2024 года у меня было поникшее. Не было понимания, куда двигаться, как играть дальше. И вот этот толчок на Australian Open, когда я дошла до четвертого раунда, значил для моих дальнейших выступлений в сезоне очень много. Я понимала, что могу больше, чем показывала на турнирах до этого.
– По большому счету на прошлогоднем Australian Open вы могли запросто пройти и Свитолину, когда вели в первом сете 4-0. Наверняка это было очень обидное поражение для вас?
– Да, поражение, конечно, было обидным. Но я трезво оценивала свою физическую форму, в которой подходила к Australian Open. У меня получилось пройти достойных и непростых соперниц в лице Кэти Бултер и Беатрис Хаддад Майи, а что касается матча с Элиной Свитолиной… В какой-то момент я почувствовала сильный упадок сил. Уже по ходу матча понимала, что как бы я ни хотела обыграть Свитолину, просто не смогу вытащить этот матч по физике. Когда после игры приехала в гостиницу, сразу выскочил герпес на губах. Видимо, иммунитет был уже совсем никакой.
За прошедший год у меня была буквально пара таких игр, когда я не вытягивала именно по физике. Аналогичная ситуация была против Кори Гауфф в Монреале. Честно признаюсь, я не тот человек, который будет сдаваться, даже если хреново чувствует себя на корте. Все равно пойду до конца. Во втором сете матча со Свитолиной я пыталась заставить себя найти силы на брейк, но, к сожалению, не получилось. У меня не было претензий к себе после игры, даже при том, что уступила второй сет 1-6. Наверное, понимала, что сделала все, что могла.
«Уровень игры у мальчиков гораздо выше. Они физически сильнее нас, они могут сделать на корте больше, чем мы»
Фото с сайта Раиса Татарстана
«За последние годы я стала умнее как теннисистка»
– Когда смотришь женский теннис по телевизору, порой удивляешься, насколько может быть неожиданным результат. Пример финала Уимблдона 2025 года Швентек – Анисимова красноречив – 6:0, 6:0. У мужчин в финале турнира Большого шлема подобное представить сложно. Задевает ли вас, когда вы слышите ироничные заявления в адрес женского тенниса?
– Лично я отношусь к этому очень спокойно. Подобную чушь говорят ведь, как правило, диванные критики, которые сами из себя ничего не представляют. Уважающий себя человек никогда не будет обесценивать труд спортсмена, потому что понимает, сколько каждая представительница женского тенниса вкладывает труда, чтобы дойти до того же финала Большого шлема. Если думаешь, что это легко, ну выйди на корт, попробуй сыграть хотя бы один сет.
– Согласны с тем, что любой представитель мужского топа, пребывающий в рейтинге ATP на позиции в районе 150-200-го места, без особых проблем обыграет представительницу женского топ-10?
– Уровень игры у мальчиков гораздо выше, чем у девочек. Они физически сильнее нас, они могут сделать на корте больше, чем мы. Я не сомневаюсь, что игрок из топ-200, а может, даже из топ-300-400, обыграет девочку из топ-10.
– Не так давно первая ракетка мира Арина Соболенко заявила, что в теннисе невозможно добиться больших результатов, если у спортсмена нет ментальности чемпиона. Разделяете эту мысль?
– С этим сложно спорить, это правда. С Ариной я очень близко общалась году в 2022-м. Тогда я пару недель жила у нее дома и была знакома с ее непростой психологической ситуацией. Она действительно сталкивалась тогда с колоссальным количеством разных трудностей и неприятностей. И то, что она прошла через все это, вызывает восхищение и уважение. Ее звание первой ракетки мира – абсолютно заслуженное.
По поводу ментальности чемпиона – конечно, я слышала об этом много раз. Об этом любят говорить, потому что, по сути, это и обеспечивает успех. Но эту ментальность невозможно привить себе за короткий промежуток времени. К ней приходишь постепенно: понимаешь, что надо брать больше ответственности на себя в матчах, не винить никого за ошибки, кроме себя. На тренировках, в матчах у тебя всегда должен быть диалог с самим собой. Ты должен верить в то, что для тебя нет ничего невозможного. Прогресс возможен только тогда, когда ты внутренне стабилен.
– На 2026 год вы смотрите амбициозно?
– А как по-другому? (Улыбается.) Я понимаю, что проделываю достаточно большой объем работы, чтобы быть лучше и рассчитывать на высокие результаты. Стараюсь анализировать каждую тренировку с точки зрения того, что было полезно, а что нет, на что мне необходимо обратить больше внимания. Такая рефлексия очень полезна для спортсмена. Сейчас я понимаю, что за последние годы стала умнее как теннисистка.
«Нельзя играть исключительно с прицелом на силу»
Фото с сайта Раиса Татарстана
«Я, возможно, вас удивлю, но Соболенко не бьет сильнее всех в туре»
– В последние годы в женском теннисе явно доминирует агрессивный стиль. Аманда Анисимова совершила сумасшедший прогресс, дважды дойдя до финалов на последних Больших шлемах. Про Арину Соболенко и говорить нечего – кажется, что она может проиграть на корте только самой себе…
– Я вас, возможно, удивлю, но Арина Соболенко не бьет сильнее всех в туре. Правда, есть девочки, которые бьют гораздо сильнее. Просто в отношении Арины работает вот эта ее магия энергии на корте. То, как она вкладывается в мячи, как сопровождает громким криком каждый удар. Подобная аура как раз и создает впечатление, что она бьет каждый раз очень сильно, хотя это не так.
Я бы отметила в игре Арины, что она прогрессирует в вариативности своего тенниса. Я соглашусь, что агрессивный стиль – это зрелищно, он приносит больше плодов. Но нельзя играть исключительно с прицелом на силу. Необходимо разнообразие, комбинации. Мы видим, что в последний год Арина играет не только в силовой теннис. Она выходит к сетке, играет укороченными. Старается именно удивить соперника тем, что может на корте абсолютно все.
– Но в любом случае всегда сильнее тот, кто играет на корте от себя, не подстраиваясь под соперника?
– Если мы берем топов женского тенниса, то да, они в основном играют от себя, не глядя на стиль соперниц. Но когда они встречаются друг с другом, все равно по ходу матча кто-то под кого-то подстраивается. Условно – выходит Соболенко играть против Швентек. На каком-то покрытии Арина может взять силой и победить, но на другом Ига уже будет справляться с ее ударами. И Арине придется придумывать что-то другое. Уже не будет столько агрессии в ее теннисе.
Кто под кого подстраивается в таком случае? Соболенко, понимающая, что грубой силой Швентек не обыграть и надо придумывать что-то новое? Или Ига, которая заставляет Арину отказаться от своего привычного стиля?
– Работа ног Иги Швентек на матчах вас впечатляет?
– Она вообще какая-то гиперактивная, порой чересчур, мне кажется (улыбается).
– Вы брали себе на вооружение то, как она передвигается на корте?
– На самом деле, мне все постоянно говорят, что я на корте порой делаю ногами лишнего, больше, чем нужно. Я тоже, когда была юниоркой, славилась работой ног. Некоторые родители игроков даже шутили: работу ног Вероники надо записать на камеру и транслировать по телевизору, чтобы дети видели пример.
На церемонии награждения лауреатов премии «Спортсмен года Республики Татарстан – 2025»
Фото: © Владимир Васильев / «Татар-информ»
«Рядом с Алькарасом и Синнером в ближайшие два года никто не встанет»
– Как считаете, есть ли в мужском теннисе сейчас тот, кто в ближайшие годы сможет встать вровень по качеству игры с Синнером и Алькарасом?
– Сложный вопрос. Алькарас и Синнер сейчас на таком уровне, что в ближайшие два года рядом с ними точно никто стоять не будет. Возможно, появится какой-то самородок и начнет быстро прогрессировать, но это все равно время. Мы уже два года подряд наблюдаем в мужском теннисе одни и те же финалы. Раньше были Надаль, Федерер и Джокович, которые втроем разыгрывали титулы Большого шлема. Сейчас мы наблюдаем противостояние Синнера и Алькараса. И думаю, в ближайшие годы картина не поменяется.
– Если вкратце, в чем феномен Синнера и Алькараса по сравнению с другими теннисистами?
– Синнер, по мне, вообще как робот. Практически никогда не ошибается, делает все очень быстро и четко. А Алькарас больше творец, он много комбинирует на корте. Сначала создает определенный ритм, потом тут же его обрывает. Он сам по себе очень быстрый. Алькарас и Синнер – это примеры, на которые обязано равняться подрастающее поколение.
– Укороченные мячи Алькараса – это что-то потрясающее…
– Да, таким тонким чувством мяча очень сложно обладать. И так уметь бить эти укороченные – безумно трудно.
«Если бы Казань проводила турнир уровня АТР-250, здесь обновили бы все корты. Или просто построили новые комплексы»
Фото с сайта Раиса Татарстана
«В Казани есть все условия, чтобы проводить теннисные туры»
– Не так давно в Санкт-Петербурге прошел эффектный турнир «Трофеи Северной Пальмиры». Какое впечатление он у вас оставил?
– Шикарный турнир с классной атмосферой. Трибуны были практически полные. На мальчиков, конечно, пришло побольше зрителей, чем на девочек, но в любом случае их было много. Причем практически все – русские болельщики, все поддерживают, все тебя знают. Это то, по чему мы с ребятами очень соскучились. В основном ведь приходится играть при иностранной публике.
Но, справедливости ради, на итоговом турнире в Эр-Рияде, начиная с полуфиналов, было много русской публики и русских флагов. Причем эти флаги на охранном пункте в основном изымают, не разрешают с ними сидеть. Но вот трое мужчин как-то пронесли на трибуны русские флаги и в течение игры кричали: «Казань с тобой!» В тяжелые моменты такая поддержка заводит и мотивирует.
– Если пофантазировать: как считаете, Казань с ее инфраструктурой способна провести у себя турнир уровня АТР-250 или WTA-250?
– Безусловно. У нас есть все условия, чтобы проводить теннисные туры. Я думаю, к этому делу обновили бы все корты, какие есть в городе. О чем речь, просто построили бы новые комплексы с достаточным количеством посадочных мест.
У Казани огромный опыт проведения международных соревнований, и я думаю, теннисные туры по уровню организации прошли бы у нас замечательно.
Фото: © Рамиль Гали / «Татар-информ»
«У Бублика уже с 11 лет были задатки такого поведения на корте»
– На турнире в Санкт-Петербурге особое внимание было приковано к Александру Бублику, все зрители ждали его эпатажного поведения. Получилось у него устроить шоу?
– Он пытался это сделать, как мог (смеется). Вообще я знаю Сашу лет с одиннадцати, наверное. Уже тогда у него были задатки такого эпатажного, что ли, поведения на корте. С каждым годом это прогрессировало и в итоге вылилось в то, что мы наблюдаем сейчас.
– Каждый матч Бублика – это порция новых мемов и цитат. Людям это нравится, да и как теннисист Александр за последнее время стал намного более узнаваемым.
– За этим забавно и классно наблюдать, если ты просто хочешь посмотреть теннисный матч. Но иногда мне, как профессионалу, так и хочется сказать: «Ну соберись ты, поиграй серьезно хоть чуть-чуть». Потому что у Саши вот этого баловства бывает чересчур много. Но я не сомневаюсь, что его стиль тенниса и манера поведения нравятся многим людям.
– Причем парадокс Бублика как теннисиста в том, что он умеет на корте всё. Победы над Синнером просто так не случаются, если ты собой ничего не представляешь.
– Да, Саша – очень талантливый теннисист. Но на корте он всегда старается показать свое «я». Это особенность его личности. Ну вот нравится ему чувствовать себя свободно, комфортно, против кого бы он ни играл. Его эмоциональные вспышки натуральные, не наигранные, поэтому они так и привлекают зрителей.
«В составе Узбекистана Полина будет третьей или даже второй спортсменкой в рейтинге»
Фото: © Максим Богодвид / РИА Новости
«Полина ни с кем не советовалась по поводу смены спортивного гражданства»
– Не так давно стало известно, что ваша сестра, Полина Кудерметова, теперь будет выступать за сборную Узбекистана. С чем связано ее решение?
– Если откровенно, немного больная тема для меня. Я не одобряю ее выбор, она ни с кем не советовалась, это ее личный выбор. Я полагаю, что ее мотивация в смене спортивного гражданства имеет и финансовый подтекст, и желание попасть на Олимпиаду. Все-таки в статусе российской спортсменки ей было сложновато претендовать на высокие строчки в рейтинге. А в составе Узбекистана она будет уже третьей или даже второй спортсменкой в рейтинге.
– В последний год мы видим, что спортсменов из России потихоньку допускают до Олимпийских игр, пусть и в нейтральном статусе. Наверняка с оптимизмом смотрите в сторону соревнований в Лос-Анджелесе?
– Я почему-то уверена, что все будет нормально и нас допустят до Олимпиады в 2028 году. Уже ведь в прошлом году (2024-м, – прим. Т-и) несколько наших теннисистов участвовали в Играх в Париже.
Одна из моих главных целей – как раз взять медаль Олимпиады. Обычно у теннисистов принято говорить, что турниры Большого шлема гораздо важнее олимпийской медали. Но когда ты приезжаешь на Игры и окунаешься в эту атмосферу, ты ощущаешь невероятные эмоции.
«Ради нового опыта, чтобы еще чему-то научиться, с удовольствием поиграла бы в миксте»
Фото с сайта Раиса Татарстана
«Мне было так стыдно перед Руне. Хотелось подойти и извиниться»
– Летом прошлого года на подкасте у Елены Весниной вы рассказывали, что в одной из социальных сетей вам писал датский теннисист Хольгер Руне с целью познакомиться. И эта история очень сильно разлетелась по СМИ, стала обсуждаться. Как вы чувствовали себя после выхода интервью и такой огласки?
– На самом деле, после того интервью я очень сильно и долго переживала, потому что получилось некрасиво и неправильно. Это был просто наш личный разговор с Леной Весниной во время настройки камер перед интервью, я не думала, что это вставят в итоговый выпуск. То есть история про Руне была за кадром. Я еще попросила не вставлять этот фрагмент. Но по итогу подкаст вышел, и получилось достаточно провокационно.
С другой стороны, я понимала, что ничего такого не сказала. Ну, написал мне Руне, я ответила, что у меня есть муж. Мы оба посмеялись, и на этом всё. Проблема оказалась в том, что это вылилось в общественность, все СМИ об этом написали, и получилась некрасивая ситуация. Мне потом, когда я видела Руне на турнирах, было так стыдно перед ним. Хотелось подойти и извиниться.
– Значит, до Руне эта история дошла?
– Конечно, дошла! К нему подошли мальчики – Саша Зверев, Карен Хачанов, все ему перевели и смеялись потом. Они все это еще перевели на английский, поэтому да, это летало в общественности очень долго.
– Теннисное сообщество спортсменов можно назвать дружным?
– Сложно сказать… Мальчики могут показаться более дружными, они больше общаются друг с другом, у девочек этого все-таки меньше. Буквально пара-тройка теннисисток общается между собой, в основном все сами по себе.
– С чем это связано?
– С конкуренцией. Все стараются не раскрывать своих секретов, слабых сторон, чтобы потом это не применили в игре против тебя. Поэтому у девочек все общение в туре происходит по большей мере внутри своей команды.
– Вы громко заявили о себе в парном теннисе в 2025 году благодаря победам на Уимблдоне и итоговом турнире. А вы хотели бы, помимо всего, поиграть и в миксте? Если да, то с кем?
– Ради нового опыта, чтобы чему-то еще научиться – с удовольствием. Если отталкиваться исключительно от результата, конечно, выбор пал бы на Алькараса и Синнера. Хотелось бы ощутить их мастерство на корте. А если пофантазировать и вернуться в прошлое, я бы с удовольствием поиграла в миксте с Надалем или Федерером.
Фото на анонсе: © Алексей Даничев / РИА Новости