Правозащитник о мигрантских рейдах в Москве: "Бьют именно таджикских мигрантов, к гражданам Кыргызстана, Узбекистана отношение другое"
Власти Таджикистана обращались к властям России по поводу этих рейдов, но ответа не было: лишь 2 июня российские официальные органы впервые прокомментировали рейды. Управление региональной безопасности Московской области сообщило, что за две недели в отделения полиции доставили почти полторы тысячи иностранцев: в отношении примерно 950 составили административные протоколы, а 148 человек собираются выдворить из России.
Проверки проходили не только в Москве и Подмосковье, но также в Комсомольске-на-Амуре и других регионах. Таджикистанцы также сообщают, что аналогичные проверки мигрантов начались в Самарской области:
"В Самарской области остановили вот столько машин, идут серьезные рейды. Проверяют тех, кто пришел пересекать границу. Скажите людям, чтобы были осторожнее. Без штрафа не отпускают", – предупреждают они соотечественников.
Оппозиционные политические движения в Таджикистане, в частности "Национальный альянс Таджикистана", назвали жестокое отношение российских полицейских к мигрантам "гуманитарным преступлением" и выразили протест властям и России, и Таджикистана.
"Эти облавы сопровождаются нарочитым унижением человеческого и национального достоинства, умышленным, демонстративно жестоким нанесением травм и увечий таджикским студентам в их общежитиях и рабочим на их рабочих местах. Эти репрессивные акции проводятся в худших традициях обращения гитлеровских нацистов с евреями и военнопленными, – заявили в "Национальном альянсе Таджикистана". – Мы требуем от российских властей немедленно прекратить отвратительное и недопустимое для уважающей себя страны беззаконие в отношении граждан Таджикистана и циничное попрание прав человека".
Правозащитник Каримджон Ёров объясняет массовые задержания в России мигрантов именно из Таджикистана тем, что в отличие от граждан других стран Центральной Азии таджикистанцев меньше всего защищают власти страны. "Работу посольства Таджикистана в России можно оценить на "тройку". Посол настолько пассивен, что посольство, можно сказать, только на бумаге существует", – подчеркивает он. И призывает официальный Душанбе активнее защищать права трудовых мигрантов за рубежом.
– Почему полицейские в России задерживают в основном граждан Таджикистана? Есть ли у вас информация, что полицейские жестоко обращаются с гражданами других государств Центральной Азии?
– Массово в основном задерживают таджиков. Были и другие задержания. Но, к сожалению, они бьют точечно, преследуют именно таджикских мигрантов, потому что некому за них заступиться. Знают, что за них никто не заступится.
– За мигрантов из других стран заступаются более активно, чем за таджикистанцев?
– Да-да, последние задержания были граждан Кыргызстана, Узбекистана, но к ним отношение другое. В основном массово задерживают только таджиков.
Таджикистанцы обеспокоены антимигрантскими рейдами в России:
– Таджикистанские трудовые мигранты очень часто жалуются на пассивность посольства Таджикистана в России. Как вы оцениваете работу диппредставительства и, в частности, непосредственно таджикистанского посла?
– Работу посольства можно оценить на "тройку". После посла [Абдулмаджида] Достиева посольство Таджикистана в России фактически только на бумаге существует. Привезли даже из Германии [нового посла], который якобы в демократическом обществе вырос. Но он был настолько пассивен, что после него у нас уже посольство, можно сказать, только на бумаге существует.
– Было несколько обращений посла Таджикистана по поводу рейдов к российским властям. Они хоть какой-то эффект возымели?
– Нет, ничего понятного. Россияне наши ноты ни во что не ставят. Такое ощущение, что для них наши ноты как туалетная бумага.
– Некоторые эксперты связывают избирательность рейдов именно на таджикистанцев в России якобы с заказом криминалитета: мол, таджикистанцы вытесняют представителей других национальностей, которые традиционно контролировали некоторые сферы экономики в России. Что вы можете об этом сказать?
– В сфере экономики криминалитет контролирует банки и другие крупные организации. У таджиков тоже это есть, но небольшое, и сказать, что именно криминалитет, можно было бы, если бы рейды были в одном месте. Но так как это происходит в разных местах и почему-то именно с таджиками, я бы не связывал эти рейды силовиков [с криминалитетом]. Если бы это было только в Котельниках – я бы сказал, что да, есть отдельные криминальные элементы.
– За последние три года в России почти не осталось независимых таджикистанских правозащитников. Насколько сильно это сказывается на дискриминации таджикистанцев со стороны правоохранительных органов России?
– Да, кто-то умер, кто-то в тюрьме сидит, кто-то в бегах, естественно, в этом есть доля заслуг и таджикских силовиков, которые к этому руку приложили, к сожалению. Сейчас они закрывают своих же правозащитников. Говорить, что таджикские правозащитники сильно повлияли бы на это дело, тоже не стоит, но какое-то влияние на данный момент имели бы.
Но, к сожалению, что имеем, то имеем. Пусть теперь наши силовые структуры, правительственные, какие-то дипломатические защищают наших граждан.
– Вы верите, что эти рейды завершатся?
– Нет, я не верю, что это закончится. Нужно время, пока все утихнет, слишком тема стала общественно-резонансной. Но через какое-то время мы к этому вернемся опять.