«Сионистский напиток» из Минска: архив «Натива»

В 1977 году в СССР выпустили юбилейный рубль, посвященный 60-й годовщине Октябрьской революции. Он вошел в историю как «сионистский рубль» – на монете бдительные советские граждане углядели «шестиконечную сионистскую эмблему» коварно запрятанную сионистами в трех электронных орбитах знака атома. Углядели и сообщили куда следует. Монету изъяли из обращения, а Монетный двор был вынужден выпустить новую, исправленную. Похожие истории произошли в СССР и с «сионистскими елочными игрушками» и с «сионистскими» конфетами «Птичье молоко». Впрочем, реальность нередко оказывалась куда круче историй, выдуманных борцами с сионизмом.

Советская антисемитская политика, начавшаяся параллельно с эпохой большего сталинского террора во второй половине 1930-х годов и достигшая пика в последние годы жизни Сталина, не закончилась со его смертью в марте 1953 года. Политика национального духовного и интеллектуального «геноцида» продолжалась почти до самого конца существования советского государства и выражалась не только в запрете на национальную культуру, традиции, изучение истории и, даже, языков (иврита и идиш), но и в ограничениях на учебу и трудоустройство. Царская антиеврейская «процентная норма» стала нормой в послевоенном СССР, а «пятая графа» непреодолимым препятствием в карьере.

Посланники «Натива» часто ездили по Советскому Союзу, общаясь с евреями. Опасаясь за их безопасность, израильтяне не занимались тем, что в советской прессе именовали «сионистской пропагандой», а просто рассказывали евреям про Еврейское Государство. Его достижения, историю, культуру и просто о быте. Главная цель была показать – есть место, где еврей не стесняется быть евреем, где его национальность не является «каиновой печатью», мешающей жить и работать. Показателен диалог, состоявшийся в середине 1950-х годов на одном из приемов в Кремле между известной израильской писательницей и супругой израильского посла Ямимой Черновиц-Авидар и главой КГБ Иваном Серовым. Указывая израильтянке на музыкантов оркестра, игравшего на приеме, Серов сказал, что многие из них евреи. На что Черновиц-Авидар ответила, что в Израиле их, прежде всего, считали бы прекрасными музыкантами, а выяснение какой они национальности было бы на десятом месте.

Несмотря на все ограничения и сложности, еще до всплеска еврейского самосознания после Шестидневной войны, многие советские евреи не были готовы мириться с существующим положением. Выражалось это по-разному – кто-то занимался изучением еврейской истории, кто-то искал и благоустраивал места массового уничтожения евреев нацистами и их местными прислужниками. А были и те, кто пытался подчеркнуть свое еврейство другим способом.

В конце декабря 1966 года, семейная пара израильтян – посланников «Натива» приехала из Москвы в Минск. Они встречались с местными евреями, посетили единственную оставшуюся в городе синагогу и мемориал «Яма» – один из первых и немногих официально существовавших на то время в СССР памятников жертвам Холокоста. Ужиная в ресторане, они попытались привлечь внимание местных евреев – громко вели беседу на иврите и положили на стол израильскую газету. Вскоре к ним подошел молодой минский еврей. Не начиная разговора, он указал на наклейку бутылки апельсинового напитка местного производства, стоявшую на их столе.

Приглядевшись, израильтяне обнаружили на ней магендавид («Звезду Давида»). Еврей объяснил, что поскольку апельсины, из которых производится напиток, прибыли из Израиля (что в те годы уже было исключительно городской легендой), то он, как иллюстратор, сумел поместить на наклейку эмблему Государства Израиль. Сказав это, еврей немедленно покинул ресторан. А посланники «Натива» аккуратно сняли наклейку с бутылки и переправили ее в Израиль. Сегодня и сама наклейка, и история «сионистского напитка» из Минска хранятся в архиве «Натив».

Автор: Нати Канторович

The post «Сионистский напиток» из Минска: архив «Натива» first appeared on Израиль для вас.