Повторяющееся раскаяние — это признак отчаяния? Или…
Здесь необходимо различать два важных момента. Одно дело — чувствовать угрызения совести в том, чего человек обычно не делает. К примеру: никогда не крал, а тут соблазнился — и взял вещь, посчитав ее бесхозною. А потом совесть замучила, человек покаялся в совершённом грехе и перестал брать не своё без разрешения. Это — одно. Другое дело — исповедание своей немощи — того, что мы не можем перестать делать «с завтрашнего дня» или «с понедельника»: перестать сквернословить, курить, осуждать, раздражаться, завидовать, иметь привязанность к гаджетам — у каждого человека свой «набор» зависимостей. Потому что борьба с такими грехами требует длительного времени, а то и всей жизни.
К разным порокам и подход должен быть разным. Если речь идет о серьезных греховных поступках, каяться нужно немедленно, твердо решив больше к ним не возвращаться. Но бывает и иначе: христианин осознает свою лень, невнимательность в молитве или нерегулярное посещение храма. Он искренне скорбит об этом и ищет пути к исправлению, однако путь этот долог. На первых порах неизбежны срывы, охлаждение и возвращение к прежним привычкам — это те недостатки, которые невозможно преодолеть одномоментно.
В таких грехах тоже нужно исповедоваться. Ведь исповедь — это не только отпущение грехов, но и источник благодатной помощи для их исправления. Самостоятельно победить укоренившиеся привычки невозможно, здесь необходима поддержка свыше. Как сказал Христос: «Без Меня не можете творить ничего» (Ин. 15:5)».
Отчаиваться не надо, а надо смотреть на борьбу со своими грехами как на каждодневный труд. Потому что так не бывает: прочел умную книжку, увидел свои изъяны или заблуждения, ошибки, назвал их на исповеди — и с завтрашнего дня пересталогорчать Бога и окружающих своей плохостью. Такое встречается только в детских сказках. Надо учиться замечать свою внутреннюю нечистоту — в православной аскетике это очень многогранное понятие — и учиться с этим бороться. Вся наша святоотеческая литература, церковные песнопения, иконопись и весь церковный уклад — пропитаны духом покаяния и сердечного сокрушения. Но никак не низкой самооценки — как говорят современные психологи разных мастей. Очень трудно объяснить человеку, далекому от Церкви, как этот «механизм» работает — с одной стороны ты осознаешь свою ничтожность перед Господом, страдавшем и умершем за грехи всего человечества. А с другой — Он твой Спаситель, вдохнувший в тебя жизнь, почтивший Своим образом (см. Быт. 1: 26-27).
Отчаяние надо заменять упованием на Бога. Держать в голове и ту мысль, что Господь попускает все наши падения, чтобы мы виделисвою немощь. Чтобы не получился из борца с греховностью в человека, одержимого сатанинской прелестью, чтобы никто не возгордился своей праведностью, мол, «вот я захотел, взял и справился». Без укрепляющей и обновляющей Благодати Божией человек ничего не может достичь, даже в деле внутреннего исправления. Втечении земной жизни человека многое меняется: взгляд на себя, свои способности, таланты, если Творец почтил ими, на своих близких, друзей, родителей, судьбу, те материальные ценности, которые он приобрел. С годами что-то или кого-то человек начинает любить больше, крепче, глубже, а к чему-то, особенно материальному, любовь и привязанность ослабевает.
А если действительно человек справился с каким-то своим грехом или пагубной страстью? Вот и слава Богу! Нам, для нашего спасения, надо делать, что должно, и что по силам. Стараться не грешить настолько, насколько можем, каяться в упущениях и проступках — это и есть наш жизненный труд. Правильная позиция такова: мы делаем максимум возможного, но мы ничего не приписываем своим силам. Как и преподобный Амвросий Оптинскийнаставлял своих чад: «Делай, что должно, и будь, что будет. А будет то, что Господь даст».
В прошедшую среду был праздник Преображения Господня. Радостный, уютный августовский праздник — освящения ароматных плодов, подведения итогов лета. Кто-то уже возвращается из отпуска, у кого-то еще продолжаются последние деньки отдыха или каникул. Но главное — вновь вспомнить значение праздника. Преображение — это не только явление Спасителем перед ближайшими учениками Своей Божественной природы, света которой они даже не могли вынести телесным зрением. Или что это еще одно откровение о Святой Троице. Преображение — это и прообраз нашего будущего воскрешения, соединения с Богом, возможности обретения нетварной Благодати и вечной жизни. Разве это не ключевая цель, к достижению которой надо стремиться, противоборствуя греховности?