Правила в храме: священник Зверев раскрыл, зачем в церкви платок
Иерей Никита Зверев развеял мифы о церковном дресс-коде и правилах поведения на службе.
Вопросы вроде «зачем женщине платок?» или «можно ли присесть?» звучат в храмах постоянно: одни видят в церковных правилах строгий запрет, другие — формальность. О том, где проходит граница между традицией и смыслом, пишет irk.aif.ru со ссылкой на священника Никиту Зверева.
Обычай покрывать голову пришёл из древности, когда замужние женщины появлялись на людях с покрытой головой. Сегодня войти в храм без платка можно, но замечание все же могут сделать. Верующая же на богослужении должна быть в платке. По словам иерея, женщина покрывает голову как невеста Христа, а юбка — женский атрибут одежды, и вид должен быть порядочным и образцовым. Длины до колен достаточно, мини неуместно. Если платка нет, его и юбку дадут на время у церковной лавки — традиционная одежда помогает настроиться на молитву. Мужчинам священник советует тёмные брюки и рубашку с длинным рукавом; футболки и шорты летом бывают, но это неуставная одежда. Выгонять никого не станут — максимум доброжелательно сделают замечание: у церкви тоже есть дресс-код, ведь в храм приходят не свечку поставить, а участвовать в литургии. Держать руки в карманах во время службы — признак неуважения.
Ответил священники на вопрос о том, можно ли подпевать в церкви. Раньше хора не было и верующие пели вместе. Сегодня голоса певчих впечатляют, но подпевание мимо нот мешает окружающим. Священник пояснил, что петь можно только в двух молитвах — «Символ веры» и «Отче наш», остальное лучше предоставить профессионалам.
Что касается возможности присесть, то на литургии стоят все, присаживаются лишь те, кому тяжело: больные, беременные, пожилые, маленькие дети. Молитва — труд души и тела, а стоять проще сосредоточиться. Во время чтения Евангелия, Херувимской песни и Евхаристического канона стоять должны все, кто может. На продолжительных службах, например всенощном бдении с чтением кафизм, сидеть разрешается, так как выстоять более двух часов крайне тяжело.