ДЕТИ, КОРАБЛЬ, НЕМЕЦКИЕ САМОЛЁТЫ…
Эхо Великой Отечественной войны
Меня всегда волновала тема потопленного в дни Великой Отечественной войны на Черном море, в Сухумской бухте, корабля с детьми. Давно хотела узнать подробности и написать. Но сведений было мало, хотя слухов, разговоров об этих детях в обществе, в принципе, немало. И ныне, накануне начала войны, решила начать поиски, добыть хоть какую-то информацию. Увы, оказалось, что это не так легко сделать.
И первую информацию неожиданно я получила от шефа нашей редакции Юрия Артёмовича Кураскуа, и она почти совпадала с тем, что я слышала раньше.
– Это был теплый период времени, море спокойное, солнечный день, – рассказал Кураскуа, – когда мы, школьники 9-10 классов, как и многие другие сухумчане, однажды решили исследовать корабль. Моряки нас предупредили: не порежьтесь, инфекцию можете себе занести. Корабль можно было рассмотреть в глубине моря. Это был старой постройки сухогруз, вывозивший детей и их воспитателей в Сухум. Позже мне о нем рассказывал старожил Сухума, которого уже нет в живых. Корабль должен был встать на рейде в районе села Бабышара Гулрыпшского района и тихо, незаметно, с помощью малых средств высадить пассажиров, чтобы они в местных санаториях переждали войну. Самое главное, на корабле были все международные морские знаки, он шел под флагом, означавшим, что идет перевозка людей, плюс знак Красного Креста. Словом, внешне не военного образца корабль. И немецкие самолеты не могли этого не понять средь ясного дня. Корабль «Эмба» шел на траверзе от Сухумского маяка, когда его начали бомбить. Сначала появились первые самолеты, покружились и улетели. Это, оказывается, были самолеты-разведчики. Потом появились бомбардировщики и стали сбрасывать снаряды на корабль. Когда стали бомбить, экипаж «Эмбы», у которого не было ничего, кроме двух-трех спасательных кругов и лодок, видимо, принял решение подойти ближе к берегу для спасения детишек. Летчики, сделав свое черное дело – потопив корабль, – улетели. А сухумчане, кто вплавь, кто на лодках или надутых камерах автомобильных колес, бросились хоть кого-то спасти. Ныряли, доставали, но кроме трупов в сухогрузе, часть корпуса которого оставалась над водой и дымилась, никого не находили. Не все трупы удалось вытащить, а те, что вытащили, потом куда-то увезли и захоронили. Кораблем все годы никто не занимался, он так и стоял накрененный, но время делало свое дело, железо ржавело и все больше уходило под воду, и следы трагедии исчезали.
Где похоронены были трупы, откуда шел корабль и сколько на нем было детей, моему коллеге никто не говорил.
Я обратилась ко всезнающему в морских делах старожилу Сухума – заместителю генерального директора «Абхазского морского пароходства» Джинару Джамаловичу Карал-оглы.
– Помню, что в 60–70-е годы напротив Рицинского причала спускали на воду венки, катер для этого выходил оттуда в море – так чтили память погибших детей, – сказал Джинар Джамалович.
«Не в память ли махаджирам спускали венки?» – спросила я, но он возразил: в память о махаджирах позже стали проводить мероприятия.
Владимир Джамалович Авидзба, в прошлом секретарь Абхазского обкома партии по идеологии, сообщил, что с 1976 года и вплоть до 1983 года он с другими ответственными работниками ежегодно, в День Победы, ездил на кладбище на берегу реки Беслетки и возлагал цветы к могилам погибших в Великой Отечественной войне. Возможно, там и детские могилы были. Погибли дети на корабле «Абхазия», до пяти тысяч. «Ручаться не могу, но так помнится», – сказал он.
В мэрии Сухума не смогли расширить мои познания. Но назвали имена людей, с которыми стоит поговорить. В республиканском военкомате сказали, что у них военных документов не осталось, запрос надо делать в архиве Министерстве обороны СССР в городе Подольске, но для этого тоже нужны хоть какие-то «координаты».
Однако вдребезги мои познания опровергли моряки, и первым из них был мой племянник Аста Цвижба, сказавший, что на «Эмбе» детей не было, их ко времени бомбежки самолетом, мол, уже сняли с борта сухогруза (а детей было до 500), что погиб только экипаж, состоявший к тому времени из боцмана и старпома капитана.
Затем Аста свел меня со своими старшими товарищами из грузового порта «Абхазского морского пароходства», в частности капитаном теплохода «Моква» Борисом Цугба и Борисом Ашуба, и они принесли мне материал, который окончательно перечеркнул собранную информацию. Материал этот (на русском и английском языках) был прислан из Питера одним из сухумчан и взят якобы из Интернета. Я тоже порылась в соцсети и обнаружила другие материалы об «Эмбе».
Вот некоторые сведения из всех публикаций о ней, этой «Эмбе», которая столько лет была неотъемлемой частью Сухумской бухты.
Это был не сухогруз, а танкер, заложенный 7 ноября 1925 года в Николаеве, на заводе «Наваль» (Николаевский судостроительный завод). Первоначально танкер назывался «Красный Николаев», но ещё на этапе постройки был переименован в «Эмбанефть» в честь месторождения на западе Казахстана, а в 1934 году – в «Эмба». Судно было спущено на воду в 1929 году. Грузоподъёмность судна составляла 16 тыс. тонн, водоизмещение 7886 брт. Мощность дизелей 1400 л.с. Скорость 11 узлов.
Всего было построено шесть танкеров этого типа: «Эмбанефть», «Союз горнорабочих СССР», «Союз металлистов», «Союз водников», «Серго» и «Донбасс».
В январе 1942 года танкер «Эмба» использовался в Керченско-Феодосийской десантной операции. 29.01.1942 в порту Камыш-Бурун (Керчь) во время налёта вражеской авиации на порт взрыв авиабомбы вызвал пожар на танкере, в результате чего он потерял ход и частично сел на грунт. Восстановить машинное отделение и котлы не удалось.
В мае 1942 года танкер был отбуксирован в Сухум, здесь его замаскировали и использовали как плавучую емкость.
30 июля 1943 года на рейде порта Сухума находилась немецкая подводная лодка «U-24». Командир субмарины обер-лейтенант Клаус Петерсен в перископ обнаружил танкер, стоящий на якоре. По неподвижной цели Петерсен выпустил 2 торпеды и зафиксировал сильный взрыв. Как свидетельствует материал из Питера, это произошло в 20 часов 07 минут. В результате судно было практически разрушено, и оно, накренившись, затонуло. Позже та же немецкая субмарина затопила близ Гагры еще два советских судна – десантные мотоботы, взяв на свой борт шесть плененных советских моряков, судьба которых остается неизвестной.
По описанию водолазов после обследования корпуса «Эмбы» в 1946 году, возможность подъёма со дна исключалась. Надстройки были срезаны. Останки корабля лежали на глубине 12 – 14 метров со стороны правого борта (моря) и порядка 9 метров со стороны левого борта (берега).
Парадокс, но для строящихся танкеров Николаевским заводом осваивалось производство мощных судовых двигателей системы «Зульцер». Двигатели этой системы имели мощность 1400 л.с. и ввозились из Германии.
Абхазские моряки рассказали и о том, что турецкие специалисты-водолазы после того как распилили свой старый, разломавшийся надвое корабль пару лет назад, распилили и «Эмбу» и увезли в Турцию на металлолом.
Но самое главное, что следовало из рассказа Бориса Цугба и Бориса Ашуба, – корабль с детьми, а это было транспортное судно, немецкие самолеты потопили в другой части Сухумской бухты – в восточной. Детей, сказал Борис Цугба, не смогли, возможно, вовремя, срочно высадить – война шла всё-таки, – и за это время самолеты и разбомбили его. Как судно называлось, они не знают.
Теперь понятно, почему, как рассказал Джинар Джамалович Карал-оглы, венки спускались на море напротив гостиницы «Рица», а не у грузового порта, что на маяцком направлении. Они спускались в той части моря, где дети погибли.
Кроме того, «Эмбу» затопили летом 1943 года, а детей – тоже летом, но годом раньше. «Эмбу» торпедировала подводная лодка, а корабль с детьми – самолеты, которые в 1942 году над побережьем Абхазии летали часто и бомбили Сухум и другие наши районы. Это было время, когда шли ожесточенные бои на перевалах Кавказского хребта и немцы рвались к морю.
Позже, перед самым завершением работы над этим материалом, продолжая поиски в Интернете, в статье «Черноморское кладбище затонувших кораблей» в списке погибших кораблей с марта по август 1942 года в Черном море я нашла и название корабля «Советская Абхазия», обозначенного как санитарный транспорт. Возможно, Владимир Джамалович Авидзба тоже прав? Но где доказательства, что именно этот корабль вёз детей? В этой статье их нет.
Что касается детских могил, то на кладбище на Беслетке, как рассказал Эдуард Тебович Барганджия, глава Администрации села Баслата, их нет.
Но почему людям больше запомнилось название «Эмба»? Не потому ли, что оно созвучно с абхазскими словами, фамилиями?! А как все-таки называлось другое, первое потопленное судно? Где оно сейчас? На дне моря? Откуда шло к Сухуму? Сколько было пассажиров, в частности детей? Где они похоронены, если кого-то удалось выловить в море, вытащить из корабля? Где те, кого спасли, если и такое, на счастье, случилось?!
Сегодня у редакции нет ответов на эти вопросы. Но мы ждем их. Если кто-то еще что-нибудь знает, то пишите, звоните, приходите. Мы и сами будем продолжать поиски и надеемся, что докопаемся до истины.
И вот еще о чем хочу сказать, публикуя этот материал в день начала Великой Отечественной войны.
Затопленный в Сухуме корабль с детьми в августе 1942 года. Сбитый над Латой в декабре 1992 года вертолет с детьми из Ткуарчала. С разницей в 50 лет дети спасались от войны. Они хотели жить. Их вывозили воспитатели, матери. Их отправляли в безопасные, казалось, места. Но не доплыли, не долетели… У войны и впрямь фашистское, звериное лицо.
Мы чтим память погибших над Латой. Это очень нужно! Мы должны чтить память и тех малышей, которых везли в Сухум. Чтили вначале, потом перестали, почти забыли…
Когда я готовила этот материал, позвонила председателю общественно-патриотического движения «Молодая Абхазия» Анри Гудалия и рассказала обо всём, что узнала, что волнует. Он понял и поддержал, обещал, что 22 июня молодые ребята, как и прежде это делали сухумчане, спустят на воду живые цветы в память о невинных жертвах войны.
Заира ЦВИЖБА
На снимке: остатки «Эмбы». Фото из Интернета.
P.S. Абхазские моряки Цугба и Ашуба рассказали мне при встрече еще об одной морской трагедии: у устья реки Шицкуара, что в Нижней Эшере Сухумского района, на глубине 39 метров и ныне лежит потопленный в дни революции корабль, на борту которого находились монахи. Кто об этом что-то знает?