На пороге войны: до времени «Ч» сутки

Переброска 103-й гвардейской воздушно-десантной дивизии в Афганистан продолжалась двое суток, за это время было передислоцировано 7700 десантников, 894 боевых машин, орудий и автомобилей, 1062 тонны боеприпасов, топлива и продовольствия.

Оперативный дежурный на пункте управления полковник Е. В. Чернышев: «В течение всего дня самолеты продолжают прибывать. Самолет совершал посадку, его отгоняли с полосы, освобождая ее для очередного самолета, и быстро разгружали. Затем по другой полосе он уходил в очередной рейс. Конец дня. На аэродромах нарастает количество войск и грузов. Население к гулу самолетов привыкает. В течение дня батальон обустраивался на аэродроме. Занимали оборону: рыли капониры для боевых машин, окопы. Прямо перед нашими позициями, на горе, была расположена зенитная афганская батарея. Скорее всего, она стояла для прикрытия аэродрома».


Видим, как по брустверу этой батареи едет легковая машина, останавливается, из нее выходят люди и рассматривают нас в бинокль. По всей видимости, это кто-то из командного состава батареи или кабульского гарнизона. Затем двигаются дальше. Они наблюдают за нами, мы наблюдаем за ними.

Прилетели мы в ночь с 25 на 26 декабря. Спать не пришлось, а затем весь день машины в каменистую землю закапывали. Так что во второй половине дня 26 декабря бойцы расслабились немного, устали. Некоторые отдыхали на броне, кто-то пытался костер развести, чтобы разогреть что-то из сухпайка. Офицерского состава почему-то не было. Возможно, в это время проводилась постановка задач командирам подразделений о штурме объектов.

Я заметил, что парни из взвода устремили взгляд в сторону штаба. Повернулся и вижу, что к нам идут генерал-лейтенант Костылев и двое его сопровождающих. Одеты все в гражданскую одежду. Сопровождающие — по всей видимости, телохранители генерала — идут по бокам. Здоровые, высокие и крепкие парни, как шкафы.

Костылева я очень хорошо знал в лицо. Он был заместителем командующего воздушно-десантными войсками по боевой подготовке. Знал почему? Наш батальон перед Афганистаном должен был проводить показательные занятия для командиров полков воздушно-десантных войск. А Костылев всю эту подготовку курировал. Он практически все дни проводил с нами на стрельбище в Боровухе: инспектировал, проверял, что-то исправлял, расспрашивал.

И вот замкомандующего шагает прямо на меня, офицерского состава рядом нет, а поскольку в данный момент старший я, понимаю, что мне необходимо сейчас ему доложить, чем занимается подразделение. Но за спиной-то у меня такая обстановка, как в банде атамана Грициана Таврического из фильма «Свадьба в Малиновке». Кто-то костёр разводит, кто-то лежит на броне, кто-то уже еду на огне готовит, кто-то бреется…

Думаю, это что ж за рапорт будет? «Товарищ генерал-лейтенант! Кони стоят пьяные, хлопцы запряженные». Так, что ли?

И вдруг из-за спины у меня появляется командир взвода. Возможно, что он просто-напросто отдыхал где-то в БМД, а я и не видел. Доклад делать он не стал, тоже понимая, что обстановка не вполне боевая. Просто представился: «Товарищ генерал-лейтенант! Командир взвода, старший лейтенант Куиш».

Костылев поздоровался, никаких вопросов не задавал. Двинулся вдоль линии батальона к 8-й и 9-й ротам.
Скорее всего, он совершал инспекционную прогулку, чтобы оценить ситуацию, посмотреть самому, как вверенные ему войска обустраиваются на аэродроме после десантирования.

Е. В. Чернышов: «26 декабря 1979 г., среда. Транспортные самолеты в том же темпе продолжают снижаться над Кабулом, идя на посадку. Личный состав разведывательной роты во главе с командиром, переодевшись в гражданскую одежду, выходит в город на разведку подступов к «Радио Афганистана». С ними пошел наш резидент. Они изучили прилегающую к «Радио Афганистана» территорию, расположение охраны, определили места для засад гранатомётчиков, позиции взводов и каждой БМД. Переброска 103-й вдд завершена. Подразделения скучены на аэродромах. Вечером из Москвы затребовали фамилии погибших на Ил-76Д. Выясняется, что списки на весь полк как раз находились в потерпевшем катастрофу самолёте. Поэтому определить фамилии невозможно».

Командир отдельного самоходно-артиллерийского дивизиона 103-й ВДД гвардии подполковник Барановский вспоминает о том, как его вызвал для постановки задачи командир дивизии генерал Рябченко: «В палатке полумрак, за раскладным столом комдив, перед ним карта. Рядом офицеры штаба и какой-то незнакомый человек».

— Доложите, подполковник, о готовности вашего дивизиона... — обращается он ко мне. Честно говоря, удивил его тон — высокомерный и пренебрежительный, — перед боем не так надо бы разговаривать... — Ваша задача — блокировать южную окраину города. Умереть, а не дать пройти в город танковой бригаде афганских правительственных войск. Вы поняли?

«Игорь, надо продержаться хотя бы до рассвета, – сказал комдив, – иначе наших ребят сомнут...»