Денис Тагинцев, хореограф, продюсер: «Именно на любви этот мир пока и держится»
Недавно в концертном зале «Москва» состоялась премьера пластического спектакля «Наваждение». Постановка, приуроченная к 90-летию художественной гимнастики, представляет собой любопытный сплав балета, спорта, музыки, поэзии и танца. Собеседник «Культуры» — продюсер проекта Денис Тагинцев.
— Денис Евгеньевич, как возникла идея постановки?
— Прежде всего, мы хотели в рамках нашего спектакля объединить художественную гимнастику и танец. Ведь, несмотря на то, что эти жанры в чем-то родственны, на одной сцене их сплав как действо демонстрировался нечасто. Да, есть телевизионные постановки, спортивные шоу, но единого полноценного спектакля, в рамках которого гимнастика и танец гармонично сосуществуют, мы раньше не видели.
Продюсерский центр «Гранд», генеральным директором которого я являюсь, стал своего рода родоначальником бальных танцев на театральной сцене. За относительно недолгое время существования у проекта появилось много поклонников — наши постановки посетили более трехсот тысяч зрителей по всей России. И так получилось, что в тот момент, когда мы захотели сделать новый шаг, состоялось наше знакомство с Зариной Мухитдиновой, главным режиссером Дворца гимнастики Ирины Винер. Мы решили, что было бы неплохо объединить наши усилия.
— Что представляет собой спектакль с точки зрения драматургии? Какова его сюжетная линия?
— Наша постановка — это семь новелл, объединенных общей идеей. У Зарины Мухитдиновой давно была мысль поставить пластический спектакль, основанный на истории великих, сильных женщин, которые сумели создать вокруг себя целый мир, заставив всех о них говорить, ими восхищаться. Постепенно идея развивалась, дополнялась новыми красками, и в итоге сценарий, изначально посвященный женщинам, перерос в семь историй любви.
Помимо всего прочего, мы хотели отметить, что Россия всегда славилась своими гениями. В спектакле «Наваждение» мы напоминаем о великом наследии нашей страны. Зрители становятся свидетелями того, как танцевала Айседора Дункан под стихи Сергея Есенина, как под музыку Игоря Стравинского рождались духи Chanel №5, как любовь Галы (Елены Гомберг-Дьяконовой) вдохновляла Сальвадора Дали на создание шедевров. Как встретились Анна Ахматова и Амедео Модильяни, а Чарли Чаплин поцеловал руку Анне Павловой. Как Александр Вертинский написал песенку «Марлен» в честь бесподобной Марлен Дитрих и, конечно, как Майя Плисецкая через всю жизнь пронесла любовь к Родиону Щедрину...
Эти истории любви соединяли не только пары — они стали мостиком между разными культурами, а значит, в известном смысле и государствами. Данный аспект сегодня как никогда актуален, и в этом, как мне представляется, дополнительная ценность нашей постановки. А основной ее посыл насколько банален, настолько и вечен: любовь — главный двигатель всего. От прогресса и искусства до продолжения человечества в целом. Именно на любви этот мир пока что и держится.
— Как проходил процесс подбора артистов?
— Особенность «кастинга» в нашем случае заключалась в том, что предстояло работать с лучшими представителями различных миров — театрального, танцевального и спортивного. Во-первых, это известные драматические актеры. Во-вторых, звезды танцевального шоу «Гранд» — они отвечали за танцевальную бальную пластику. В-третьих, представители спортивного мира, а именно художественной гимнастики. Наконец, в нашем шоу участвуют артисты Большого театра России, исполняющие роли Майи Плисецкой и Родиона Щедрина. Понятно, что такая большая и разнообразная артистическая «сборная солянка» сразу не получается: актерский состав — это постоянно изменяющийся и пополняющийся живой организм.
— Приходилось ли в ходе работы сталкиваться с какими-нибудь сложностями? Ведь, несмотря на «родственность» художественной гимнастики и танца, все же спектакль «Наваждение» — новый формат...
— Мы, безусловно, отдавали себе отчет в том, что далеко не всегда все новое сразу воспринимается на ура. Задачу нам облегчало то, что у гимнастики и танца действительно одни корни: и то и другое связано с пластикой, с возможностями тела. И при помощи этих возможностей мы стремились рассказать историю, вызвать в людях эмоции. Надеюсь, нам это удалось.
Например, в нашем спектакле участвует Лала Крамаренко — заслуженный мастер спорта, чемпионка России, трехкратная чемпионка мира среди юниоров. Когда я смотрел фрагменты выступлений с последних чемпионатов, понял: ее программы — не только спорт: эта девушка выполняет спортивные элементы настолько естественно и прочувствованно, что буквально заставляет зрителей влюбиться в свое искусство. А человек, который профессионально занимается танцами, вообще не имеет права быть равнодушным — танцы без эмоций, без души немыслимы в принципе. Поэтому, мне кажется, синтез бального танца и художественной гимнастики, просто не мог не понравиться зрителю. И то и другое — изысканно; как первое, так и второе — про искусство, про талант, про вдохновение.
Еще задолго до появления речи и письменности человек выражал свои чувства посредством языка тела. Поэтому все, связанное с движением и пластикой, глубоко живет в каждом, находится на уровне персональной ДНК.
— Ирина Винер известна как довольно требовательный и даже жесткий руководитель. Легко ли с ней работалось?
— Признаюсь, поначалу было довольно непривычно, потому что в бальных танцах несколько иной подход к работе, нежели в художественной гимнастике. На первой репетиции, когда наши артисты показывали Ирине Александровне свои номера, мы сразу же столкнулись с ее комментариями, высказанными в довольно резкой форме. Так, одним исполнителям Винер напрямую заявила, что они для этой роли совершенно не годятся, а от других требовала либо активнее двигаться, либо вовсе уходить со сцены.
Но практика показала, что Герой Труда РФ, заслуженный тренер по художественной гимнастике, педагог и профессор почти всегда была права. Учитывая замечания Ирины Александровны — пусть порой и высказанные в непривычной для нас форме, но очень справедливые, — мы видели, как номер буквально преображался на глазах. Идея дополнялась свежими оттенками, музыкальные номера (а музыка у нас звучит самая разная — от произведений мировой классики до современных хитов, от Стравинского до Вертинского, от «Болеро» Равеля до песни «Матушка Земля»), предложенные Винер, попадали точно в цель.
— Планируете ли показывать «Наваждение» в других городах?
— Изначально далеко идущих планов мы не строили. Важно было понять, как зритель воспримет этот проект: ведь, помимо того, что это эксперимент, так он еще и довольно масштабный — на сцене двести пятьдесят человек! Разумеется, реализация такой амбициозной постановки требует и внушительных финансовых затрат.
Но после первого показа и Зарина Мухитдинова, и Ирина Винер (которая, по сути, является «визитной карточкой» и «знаком качества» нашего проекта) в один голос высказали пожелание, что «Наваждение» надо показывать везде. Мы уже определили даты спектаклей в сентябре, обсуждаем возможность гастрольного тура по регионам. Так что, надеюсь, мы на этом не остановимся и в дальнейшем будем только совершенствоваться.
Фотографии предоставлены пресс-службой спектакля «Наваждение»