Неповторимая фигуристка Гордеева была в кризисе после золота Олимпиады. Но сходила на обед в честь президента США
Конец сезона-1987/88 для Гордеевой / Гринькова.
На Олимпийских играх в Калгари Екатерина Гордеева/Сергей Гриньков уверенно забрали золото и таким образом продолжили победную серию советских пар, которая на тот момент длилась уже почти полвека. Такое событие в очередной раз ознаменовало величие национального спорта, и праздновали его с соответствующим размахом: торжественные приемы, денежные премии, множество фотографий и интервью. Только ведь прежде всего это достижение самих фигуристов.
Допустим, 16-летняя Екатерина хотела чего-то простого и по-детски наивного — пойти за мороженым со взбитыми сливками, сиропом, орехами и фруктами в кафе, которое располагалось в игровой комнате на территории олимпийской деревни. Так отпраздновать окончание соревнований она решила еще накануне произвольных программ. Но каково было разочарование, когда кафе оказалось закрыто, причем навсегда…
«Я так разозлилась, что пошла в самое обычное кафе и съела три порции мороженого, но оно оказалось совсем не таким вкусным. А вечером я написала в своем дневнике: «Я сижу в своем номере и чувствую себя ужасно странно, потому что все закончилось. Как-то даже слишком быстро. Мы столько готовились — и вот соревнования уже позади. Конечно, я счастлива. Я позвонила маме на работу в ТАСС прямо из пресс-центра, и она так удивилась.
Леонович сказал мне уже после соревнований, что ему приснилось, будто мы победили. Раньше ему никогда не снились сны про фигурное катание. Он не знал, стоит ли говорить нам про этот сон перед тем, как мы выйдем на лед, и не знал, к добру это или нет. Я ужасно хочу домой, И скучаю по маме. Мне уже здесь немного надоело». Странно, что у меня было такое невеселое настроение после того, как я выиграла олимпийскую медаль», — вспоминала Гордеева.
Фигуристка ощущала какую-то пустоту, и даже личные поздравления от представителей Федерации и первая большая премия порядка четырех тысяч долларов наличными как награда за победу не помогли почувствовать гордость за свершения. Денежный приз Гордеева вложила в подарок для себя самой: сделала модную завивку, проколола уши и купила миниатюрные сережки с бриллиантами. Но вообще, тогда Екатерину как будто занимали только сами соревнования и обязательства перед сборной, поэтому, когда все подошло к закономерному концу, она не понимала, как жить дальше.
Путь из Калгари в Москву с учетом всех пересадок и трансферов занял почти сутки. В аэропорту все ребята, за исключением Екатерины, покупали спиртное, шумно отмечали олимпийские успехи, а по прилету в столицу их встречали родные, журналисты, государственные деятели и просто неравнодушные люди с цветами и поздравительными речами. Для новоявленной чемпионки главной была одобрительная реакция со стороны отца:
«Когда я показала свою олимпийскую медаль отцу, он сделал то же самое, что и со всеми остальными моими медалями, — положил награду в огромный бокал и наполнил его шампанским. А потом пустил бокал по кругу, чтобы каждый мог пригубить. Именно поэтому все ленточки на моих медалях в пятнах. Отец страшно мной гордился. Когда мы с Сергеем начали выигрывать чемпионаты, он стал менее строгим, хотя временами не мог удержаться и начинал критиковать наши костюмы: «Мне кажется, этот цвет не годится». Но я уже не воспринимала его слова так серьезно, как раньше. У меня были тренеры, хореограф и мой Сергей — они говорили мне, что с их точки зрения хорошо, а что не очень. Но отец — артистическая натура, и он чувствовал, что должен высказать свое мнение, которое у него всегда имелось. Мне просто приходилось с этим мириться».
По словам Гордеевой, последние недели олимпийского сезона стали самым сложным временем в ее карьере. Ее будто сбили с ног и не позволили подняться. Фактически это вылилось в спад к чемпионату мира в Будапеште. По приезде спортсменка заболела гриппом, сильно сдала по физической форме и по итогу «уронила» тройной выброс в произвольной программе, что стоило им с Гриньковым золота. Тогда первыми стали Елена Валова/Олег Васильев, и поскольку для них это был последний турнир в любительском спорте, Екатерина в душе даже порадовалась за их яркую точку на пути.
После ЧМ-1988 Гордееву/Гринькова пригласили в турне по Европе, спонсором которого выступил Международный союз конькобежцев. В сравнении с американскими шоу европейские были как будто более суматошными: накладки с графиком выступлений, проблемы с наличием льда для тренировок, а по ночам тусовки в клубах, куда Екатерина, конечно, не ходила, в то время как Сергей в компании других отечественных фигуристов бросали ее одну.
«Я расстраивалась, иногда сердилась, но, в общем, все понимала. Сергей иногда говорил: «Катя, не огорчайся, завтра мы будем вместе сидеть в автобусе». И обнимал меня. Во время этого турне мы с ним очень сблизились. Он стал чаще меня обнимать, а я нередко спала, положив голову ему на плечо, когда мы переезжали с места на место. Мне это так нравилось!
Вскоре мы начали понимать, что нуждаемся друг в друге не только на льду. И хотя я все равно чувствовала себя неуютно из-за того, что была младше всех, я вдруг заметила, что интересую Сергея не меньше, чем его друзья. Мы много разговаривали о самых разных вещах, я о нем заботилась, а он оказывал мне знаки внимания. Именно поэтому мне было особенно обидно, когда он куда-то уходил с другими, оставляя меня одну. В Европе столько всего можно посмотреть! И если раньше мне было совершенно все равно, когда Сергей не приглашал меня прогуляться вместе по Парижу и посмотреть Эйфелеву башню или побродить по какому-нибудь лондонскому парку, теперь мне это причиняло настоящую боль.
— Мог бы и меня позвать, — говорила я, — пожалуй, я бы тоже с тобой пошла.
А он отвечал:
— Понятия не имел. Мне и в голову не приходило, что ты захочешь».
К Тому Коллинзу в Штаты Екатерина и Сергей приняли решение не ездить. В таких масштабных поездках слишком тяготила разлука с семьей. Несмотря на убеждение тренеров и партнера, Гордеева стояла на своем и при всей спорности выбора восприняла это как первое серьезное решение в жизни.
С золотой олимпийской медалью в общем-то мало что изменилось в режиме Гордеевой/Гринькова. Их начали чаще узнавать на улице — глобально на этом все. Ну, и появился редкий шанс позволить себе отдохнуть. Но прямо в поездке на Черное море Екатерина получила звонок из тренерского отдела ЦСКА: ее срочно вызывали в Москву на торжественный обед, организованный президентом СССР Михаилом Горбачевым в честь президента США Рональда Рейгана.
Фигуристка очень волновалась, но не сомневалась, что компанию на столь ответственном мероприятии ей составит Сергей. Однако оказалось, что Екатерину пригласили туда одну. Она не представляла, как вести себя, сидя по руку с президентом Рейганом и Раисой Горбачевой, тем более без партнера, который всегда был с ней в сложные моменты. Такова доля олимпийской чемпионки…
В материале использовались цитаты Екатерины Гордеевой из ее книги «Мой Сергей. История любви».