Грамотная экономическая политика РФ – надежный шлагбаум против санкций

Принятие Брюсселем так называемого 19-го пакета антироссийских санкций показывает, что политико-экономическое давление на РФ усиливается. В то же время санкции направлены, как и ранее, на разъединение ЕАЭС, точнее – на сдерживание финансово-экономических взаимосвязей других стран ЕАЭС с РФ, чтобы предотвратить вторичные санкции против этих стран. Такую стратегию Брюсселя стимулирует и тот факт, что в рамках ЕАЭС поныне отсутствует согласованная внешнеэкономическая политика в отношении санкций Запада и антизападных контрсанкций РФ и Белоруссии. Это обстоятельство не может не способствовать растущему санкционному прессингу Москвы и Минска со стороны коллективного Запада.

Что же касается самих новых санкций, здесь обширный ассортимент. Так, вводится эмбарго на импорт российского сжиженного природного газа (СПГ): по краткосрочным контрактам – с 25 апреля 2026 года, по долгосрочным – с 1 января 2027 г.

В санкционный список дополнительно внесены 117 судов так называемого теневого флота, используемого для обхода нефтяного эмбарго Брюсселя и Лондона. Общее число таких подсанкционных судов достигло 558. В основном это флот под «удобными» флагами, зарегистрированный в странах/территориях, не участвующих в антироссийских санкциях.

Предусмотрены и крупные финансовые ограничения-запреты. Так, под санкции ЕС подпали Альфа-банк, МТС банк, Абсолют банк, Земский банк, кредитная организация «Истина»: запрет на транзакции вводится уже с 12 ноября с. г. А со 2 декабря с. г. санкции распространяются на зарубежные филиалы ВТБ и СБЕРа в Белоруссии, филиал ВТБ в Казахстане, на ВТБ- Шанхай, БелВЭБ, Белгазпромбанк и Альфа-банк-Белоруссия. Под ограничения с этими финансовыми структурами подпали кипрские, киргизские и таджикистанские банки, включая Толубай, Евразийский сберегательный банк, Душанбе Сити банк, Спитамен и Коммерцбанк Таджикистана: ограничения вступают в силу с 12 ноября с. г.

С 25 ноября под санкции подпадает платежный сервис Payeer, а с 25 января 2026 г. – платежная система «Мир», система быстрых платежей (СБП) и российский стейблкоин A7A5.

ЕС также запретил финансовые операции с крупнейшими российскими корпорациями, включая «Роснефть», «Газпромнефть», «Транснефть», «Ростех», «Алмаз-Антей», «Совкомфлот», «Уралвагонзавод», КАМАЗ, ПО «Севмаш», Объединенную авиастроительную корпорацию, Объединенную судостроительную корпорацию и «Оборонпром». Под финансовые ограничения подпали АвтоВАЗ, Evraz plc, золотодобывающая компания «Полюс», транспортная группа FESCO, Litasco Middle East (торговая структура «Лукойла» в Дубае), судостроительный комплекс «Звезда» (Приморский край), криптовалютная биржа Grinex (зарегистрирована в Киргизстане).

Кроме того, ЕС запретил европейским компаниям участвовать в деятельности всех российских особых экономических зон. Введены также различные санкции против российских дипломатов, зарубежных представителей российского бизнеса, ведомств и других организаций РФ.

Российский МИД заявил о встречных контрсанкциях. Они предусматривают запреты на въезд-пребывание в РФ многих чиновников ЕС и евроструктур, расширение списка физ- и юрлиц из ЕС-региона по их нахождению в РФ. Такие ограничения касаются также граждан, «выступающих за конфискацию российских госактивов, ответственных за введение санкций против России, а также тех, кто пытается навредить отношениям России с другими государствами».

Тем временем, экспертное сообщество рекомендует ряд согласованных друг с другом мер, нацеленных на минимальное (во всяком случае, ограниченное) экономическое воздействие уже действующих и новых западных санкций.

Прежде всего, это, во-первых, разработка противосанкционных взаиморасчетных механизмов с участием офшорных финансовых структур. Такие возможности предусмотрены решением Минфина РФ от 23 мая 2024 г. «Об утверждении Перечня государств и территорий, предоставляющих льготный налоговый режим налогообложения и (или) не предусматривающих раскрытия и предоставления информации при проведении финансовых операций». В этом перечне 38 государств и автономных территорий стран Запада (почти все эти территории – офшорные), фактически не участвующих в санкционной политике. Что косвенно подтверждает заинтересованность Запада в сохранении экономических связей с РФ.

Во-вторых, обеспечение прямой (то есть не через западные валюты) взаимной конвертируемости российского рубля и нацвалют дружественных и 38 «офшорных» стран и территорий, параллельно с накоплением этих валют в финансовых структурах РФ и созданием совместных с этими странами/территориями финансовых структур . Это позволит сократить долю долларовых и еврорасчетов с дружественными странами.

В-третьих, более широкое использование бартерных (товар на товар) и реэкспортных операций с дружественными странами: в последнем случае, как показывает практика многих ранее подсанкционных стран, целесообразны реэкспортные операции через те же 38 офшорных стран/территорий.

В-четвертых, реализация комплексных мер по повышению конкурентоспособности высокотехнологической российской продукции в дружественных странах, параллельно с ее ускоренным продвижением в эти страны. Это тем более востребовано, поскольку западные санкции рассчитаны в основном против сырьевой продукции РФ: похоже, на Западе уверены, что, судя по его санкциям, в обозримой перспективе сырьевая начинка экспорта РФ не сократится.

В-пятых, требуется скорейшее восстановление торговых льгот для большинства развивающихся стран, отмененных ЕЭК в 2021-22 гг.

Кроме того, рекомендуется продолжать взаимодействие в рамках ОПЕК+, где и сегодня не поддерживаются санкции против российских нефти и нефтепродуктов.

Характерный штрих в связи с СПГ. Практически все другие страны-экспортеры сжиженного природного газа (свыше 20) не поддерживают эти санкции, считая их дестабилизирующими мировой СПГ-рынок. Вдобавок те же страны резонно опасаются российского СПГ-демпинга в виду санкций. Тем более что доля российского продукта на мировом рынке к настоящему времени фактически более 10%, в том числе в Европе – свыше 15%.

Поэтому, как официально сообщается, замминистра энергетики РФ Роман Маршавин еще в феврале с. г. «в ходе 50-го заседания в Москве Исполнительного совета Форума стран-экспортеров газа (ФСЭГ, участвуют 20 стран) обсудил совместные операции на рынках СПГ, включая противодействие незаконным санкционным ограничениям третьих стран». Как заявил Р. Маршавин, в антисанкционных мерах «заинтересованы все страны-участницы».

Подробности пока не сообщаются официально, но, по предварительной информации, члены ФСЭГ не склонны замещать российский СПГ в Европе, да и их СПГ дороже российского. Кстати, власти Катара, одного из крупнейших поставщиков СПГ в Европу (почти 15% в европейском СПГ-импорте), на днях заявили – без ссылки на антисанкционное партнерство стран ФСЭГ, – что их страна вообще откажется от экспорта СПГ в ЕС, если Брюссель не отменит давних технических и экологических требований к этому катарскому продукту.

В то же время в санкциях ЕС не сказано о запрете или ограничениях на реэкспорт российского СПГ через другие страны/территории, включая «офшорные».

Словом, с учетом вышеупомянутых факторов, есть все основания полагать, что грамотная внутри– внешнеэкономическая политика РФ способна если не полностью устранить, то во всяком случае сводить к минимуму последствия финансово-экономического прессинга Запада на Россию и косвенно на ЕАЭС.