Успеть за 20 минут, или Почему орловские «скорые» порой едут 3 часа
В Орловской области продолжается реорганизация скорой медицинской помощи. Суть реформы заключается в том, что в конечном итоге все районные «скорые» перейдут под руководство орловской Станции скорой помощи. Как происходит присоединение, какие проблемы существуют, и почему в некоторых случаях пациенты дожидаются «неотложки» более трёх часов? Ответы на эти и другие вопросы ОрелТаймс выяснил у главного врача орловской Станции скорой медицинской помощи Вадима Костюкова.
«У всех хороший настрой»
— Вадим Викторович, какие районные подстанции скорой помощи уже перешли под управление вашего медучреждения, а каким ещё предстоит это сделать и когда?
— Наш регион один из последних включился в эту реформу. Во многих областях уже выстроена и обкатана централизованная система оказания скорой медицинской помощи. Её результаты показывают, что время доезда до пациента за счёт направления ближайшей машины, которая находится в соседнем районе сокращается, улучшается управление ресурсами, особенно при дефиците кадров.
На данный момент к нам присоединены 11 районов: Свердловский, Глазуновский, Малоархангельский, Ливенский, Должанский, Верховский, Новодеревеньковский, Сосковский, Урицкий, Хотынецкий, Мценский. Плюс – наши четыре подстанции в Орле. Всего 15 подстанций находятся в нашем ведении.
Есть приказ на присоединении с 1 апреля 2026 года «скорых» Троснянской, Шаблыкинской, Новосильской, Краснозоренской ЦРБ.
Также готовится информация к приказу о присоединении подстанций Колпнянской, Покровской, Корсаковской, Болховской районных больниц. — Каков алгоритм работы скорой помощи после присоединения подстанций: куда поступают звонки, как они сортируются?
— Теперь все звонки поступают в Единый областной диспетчерский центр. В нём ежедневно работают шесть – восемь диспетчеров. Они принимают звонки от пациентов, консультируют и ставят предварительный диагноз на основании опроса больного или его родственника. В зависимости от этого присваивается статус вызову: либо это экстренная форма, когда есть прямая угроза жизни, либо неотложная — острые состояния без явных признаков угрозы жизни. В первом случае это, например, потеря сознания, остановка дыхания, обширные кровотечения, тяжёлые травмы и др. Норматив доезда бригады при таких состояниях составляет 20 минут.
Неотложная форма предусматривает оказание медицинской помощи при высокой температуре, ОРВИ, повышении давления, обострении хронических болезней, умеренных болях и т.д. В этих случаях действует норматив доезда в течение 2 часов.
Также в центре работают ещё три диспетчера, которые в зависимости от статуса вызова, направляют бригады медиков к больному.
— Вы сказали, что диспетчеры консультируют. Это как?
— Часто пациентов с травмами, ожогами, болями в сердце диспетчер, если больной в состоянии говорить, «ведёт» по телефону, пока едет к нему бригада. Он консультирует, советует, что необходимо до приезда медиков предпринять, чтобы облегчить состояние.
— Как встречают присоединение сотрудники районных подстанций?
— Настрой у всех хороший. У нас ведь зарплата другая: она выше. В общей сложности со всеми доплатами средняя зарплата превышает 70 тысяч рублей. Конечно, у молодых специалистов, которые работают на ставку, выходит под 40 тысяч, у опытных — свыше 90 тысяч рублей.
Мы одна из немногих медицинских организаций в области, которая по указу президента повысила оклад фельдшерам. Он был 11 – 13 тысяч, а сейчас – 30 тысяч рублей.
Отмечу, что за прошлый год у нас уменьшилось количество жалоб. Наши сотрудники получают много благодарностей от жителей.
«На некоторые вызовы уходило и восемь часов»
— Недавно в социальных сетях жительница Мценска пожаловалась, что её бабушка ожидала скорую более трёх часов. И, судя по комментариям, это не единичный случай. Как прокомментируете ситуацию?
— Скорая помощь Мценского района присоединилась всего три месяца назад. До этого момента на район были одна-две бригады медиков. Сейчас ежедневно там работают минимум три машины, плюс мы стараемся усилить медицинскую помощь за счёт двух автомобилей, которые направляем на подмогу из Орла, если случается всплеск вызовов.
За прошедшие три месяца «скорая» в Мценском районе совершила 4900 выездов. По экстренной форме оформлено 760 — это те случаи, когда время доезда исчислялось 20 минутами. По неотложным вызовам было 4160 выездов, когда время доезда составляло два часа и более. Из них по 290 выездам время ожидания пациентов было более двух часов. На некоторые вызовы уходило и восемь часов, но это, в основном была перевозка пациентов из одного медучреждения в другое.
— Подождите, Вадим Викторович, хотелось бы разобраться с временными нормативами. Вы ранее говорили, что на экстренные вызовы бригада должна приезжать в течение 20 минут, на неотложные — в районе двух часов. Поясните, откуда взялся ещё один норматив «более двух часов», а то и все «восемь часов»?
— Программа государственных гарантий бесплатной медицинской помощи на 2026–2028 годы сохранила действующий норматив времени прибытия бригад скорой помощи к пациенту. Время доезда при оказании экстренной помощи по-прежнему не должно превышать 20 минут с момента вызова.
У нас показатель доезда бригады за 20 минут составляет 92%. То есть в 9 из 10 случаев наши скорые укладываются во временной показатель. Почему остаются 8%? Смотрите, 20 минут — этот тот временной отрезок, за который «скорая» должна преодолеть расстояние в 15 км. А дальше рассчитывается по нормативу: один километр — это плюс одна минута. То есть если расстояние от райцентра до деревни, где находится пациент, 60 км, то бригаде нужно ехать ещё как минимум 40 минут. И тут никуда не денешься. Это один момент.
Второй объясню на примере. Звонит пациент и говорит, что у него болит в грудной клетке. На мониторе у диспетчера по этой конкретной жалобе появляется перечень специальных вопросов, каждый из них он задаёт больному. В результате этого опроса специалист должна понять, что у пациента: хондроз или инфаркт.
И вот по ответам диспетчер (всегда проводится аудиозапись всего разговора) делает вывод, что это остеохондроз грудного отдела позвоночника. К такому пациенту по нормативу «скорая» едет как по неотложному вызову — в течение двух часов. Но даже в этом случае чёткого определения норматива нет: может ехать и четыре часа – в зависимости от количества свободных бригад и территориального нахождения пациента. При этом, в вышеупомянутом случае пациент больше не перезванивает и не сообщает, что его состояние ухудшается.
В итоге «скорая» приезжает к больному, например, через два часа. Однако медики после осмотра понимают, что у пациента — не остеохондроз, а инфаркт. То есть за положенные для инфаркта 20 минут они не доехали. Кто виноват? Ошибка диспетчера?
Начинаем разбираться и смотреть алгоритм: диспетчер задавала правильные вопросы, но ответы на них были неточные для составления полноты картины, а главное – пациент больше не перезвонил. В таких случаях мы делаем вывод: ему не хуже, угрозы жизни нет. В спорных моментах, при жалобах, мы всегда поднимаем базу вызовов, есть аудиозапись всех разговоров диспетчеров с пациентами. То есть в данном конкретном случае диспетчер по ответам больного всё сделал правильно. Надо понимать, что в случаях, когда пациент чувствует ухудшение, надо обязательно перезвонить и сообщить об этом. К таким звонкам особое отношение. Если бы в том примере, о котором я рассказал, это произошло, мы бы перебросили бригаду, например, из другого района.
Помимо этого, большие «недоезды» происходят в случаях, когда медучреждение просит перевезти пациента, например, с тем же хондрозом в больницу Семашко, а мы загружены по адресам. Поскольку пациент уже находится в медучреждении под наблюдением врачей, и жизни его ничего не угрожает, бригада выезжает, когда разгрузится по экстренным вызовам.
Не хватает водителей
— Сколько сейчас ежедневно выходит «скорых» на дежурство?
— В Орле и Орловском МО ежедневно дежурят 26 – 27 бригад. По присоединённым районам — 19 днём, 18 ночью.
— Этого количества хватает?
— По численности проживающего населения положено, чтобы у нас выходило порядка 38 бригад. Но всё определяет работа с экстренными вызовами. Мы должны в 100% случаях доезжать. Если не получается, то должны выводить большее число бригад. Почему мы не выводим, например, хотя бы 30? Потому что нет возможностей. Не хватает водителей. Сейчас у нас 135 водителей работают на Станции в Орле и Орловском МО. А должно быть 157.
Возвращаясь к ситуации с Мценском, скажу, что там стоят девять автомобилей скорой помощи. Однако мы не можем пока полностью их ввести в работу из-за нехватки водителей. Если медики могут разделиться и поехать по одному в бригаде, то водитель не поделится на две части.
Но даже при таком раскладе показатели доезда на экстренные вызовы у нас неплохие. Есть ассоциация главных врачей Станций скорой медицинской помощи российских регионов. Один из моих коллег недавно попросил поделиться информацией по доездам по экстренным формам. Вот посмотрите, что ответили руководители Станций (показывает переписку — прим. Авт.): Республика Коми – 92%, Пермский край – 88%, Новосибирск – 92, , Белгород –96,4, Оренбург – 93, Курск – 94, Ивановская область – 88, Москва – 95,6. У нас, напомню — 92%. Но мы ещё и не до конца реформировались. Конечно, работать есть над чем, и мы это делаем.
— Водители не идут из-за маленькой зарплаты?
— Средняя зарплата у них в районе 50 тыс. рублей. Есть те, кто получает под 40 тыс.. Они отрабатывают по часам, сколько им положено. А есть, кто зарабатывает 80 тыс. — берут подработки.
— Чтобы заработать 80 тысяч, сколько нужно отработать смен?
— Перерыв для полноценного отдыха у них соблюдается. То есть водитель отработал 12 часов, затем ночь и день отдыхает, на дежурство снова заступает в ночь. Но за подработки водители имеют неплохие надбавки и стимулирующие.
Мы рассчитываем, что штат водителей у нас пополнится.
Укомплектованность медиками — 88%
— А по фельдшерам скорой помощи и врачам дефицит есть?
— По результатам 2025 года укомплектованность средним медицинским персоналом в Орле у нас 88%, все вакансии по врачами заняты. Что касается районов, то там укомплектованность средним медперсоналом — 78%, врачами — 58%.
В прошлом году в наш коллектив влились 145 медиков среднего звена и четыре врача за счёт присоединённых подстанций. Кроме этого, пришли 19 дипломированных специалистов после окончания Орловского медицинского колледжа.
Средняя зарплата у среднего медицинского персонала составляет 63,8 тысяч рублей, у врачей – 113,5 тысяч рублей.
— Много ли уволилось медиков и водителей в прошлом году?
— Из врачей никто не уволился, 25 сотрудников из числа среднего медперсонала рассчитались.
Что касается водителей, то за последний год текучесть кадров была небольшая. Но в силу их общей нехватки дефицит, как я уже говорил, есть. Будем рады видеть у себя новых водителей. Объявления по их поиску размещены на всех кадровых платформах.
Взаимопомощь «скорых»
— Уже полгода Орловщина испытывает перебои с интернетом. Как в таких условиях работают медики?
— В самом начале были сложности. В здании Станции был только вай-фай, а дальше — всё, интернета не было. С помощью областного Департамента информационных технологий эта проблема решилась. Было обращение в Минцифры, после которого тот канал связи, в котором мы работаем, попал в так называемый «белый список». Интернет у нас бесперебойный.
— Вадим Викторович, каковы всё-таки первые результаты от реформы скорой помощи? Стало лучше или хуже?
— С присоединением районных подстанций мы можем оперативнее отладить работу «скорых», когда происходит пик вызовов. В таких случаях диспетчер перебрасывает свободные машины, которые находятся поблизости.
Вот у нас в Сосково работает одна бригада, а в Нарышкино – две. На днях сосковские медики уехали на экстренный вызов, и вскоре поступил новый экстренный звонок. Диспетчер тут же перенаправил в Сосково машину из Нарышкино, так как там в тот момент было тихо.
Или случай из Хотынецкого района. Одновременно поступили два вызова: инфаркт у мужчины и кровотечение у беременной. Местная скорая взяла пациента с инфарктом, но одновременно с этим уже мчался автомобиль из Орла. В Хотынце орловская бригада медиков забрала мужчину и повезла его в областной центр, а местная «скорая» поехала к беременной. А были бы к Станции уже присоединены «скорые» Шаблыкинского и Знаменского районов, то диспетчер бы перенаправил оттуда машину для беременной. И это было бы куда быстрее. Но поскольку они пока не наши, поехала бригада из Орла.
На прошлой неделе в Глазуновке был наплыв вызовов, помогала местным медикам «скорая» из Свердловского района, где на тот момент было спокойно.
Из районов бригады медиков уже практически не доставляют пациентов в Орёл — их на границе перехватывают орловские «скорые», а местные машины возвращаются домой и ждут новых вызовов.
Понятно, что новая система требует отладки. Но мы над этим работаем.
— Вадим Викторович, спасибо за интервью.
Фото взято с личной страницы Вадима Костюкова из мессенджера МАХ