Июль 1941-го – о героях войны известных и безымянных …13 июля 1941 г. красноармеец Дмитрий Овчаренко, воевавший на Южном фронте в составе 389-го стрелкового полка 176-й стрелковой дивизии, на конной повозке вёз со склада боеприпасы для своей пулеметной роты. Выполнял обычное, рутинное приказание. Однако подвиг совершает тот, кто к нему готов. Километрах в четырех–пяти от расположения части на дорогу неожиданно вылетели две немецкие автомашины с полусотней солдат и несколькими офицерами. Немцы окружили Овчаренко, разоружили его и начали расспрашивать. Держали себя расслабленно, нахально: еще бы – какую опасность мог представлять для них одинокий, безоружный красноармеец? Только не знали они характер советского воина! Улучив момент, Дмитрий выхватил из повозки топор и одним ударом снес офицеру голову. Не давая врагам опомниться, запустил в сторону ближайшего автомобиля, вокруг которого столпились пехотинцы, одну за одной три гранаты, лежавшие в повозке. В панике водитель второй машины с находившимися в кузове солдатами рванул по шоссе. А наш солдат, не выпуская топор из рук, расправился с теми, кого не уничтожили взрывы гранат. 21 вражеский пехотинец остался на месте скоротечного боя. Овчаренко же, собрав имевшиеся у убитых документы, продолжил путь. Его рассказу о происшедшем вначале не поверили, но сданные в штаб полка ценные документы, включая карты, и осмотр места происшествия убедили, что всё правда. Поверить действительно трудно, но сохранился документ, из которого мы взяли описание подвига – представление красноармейца Овчаренко Дмитрия Романовича к званию Героя Советского Союза, подписанное командующим Южным фронтом генерал-лейтенантом Д.И. Рябышевым и членом военного совета Л.Р. Корниецом. 9 ноября 1941 г. появился указ Президиума Верховного Совета СССР. Герой прошел всю войну, но не дожил до Победы три с небольшим месяца: Дмитрий Овчаренко получил в боях за Венгрию тяжелое ранение и скончался в госпитале в конце января 1945 г. …3 июля. В Минске уже несколько дней хозяйничают оккупанты. По одной из улиц движется, словно на параде, колонна немецких мотоциклистов и вдруг натыкается на… советский танк Т-28. Готовый к бою, ощетинившийся 76,2-мм пушкой и четырьмя пулеметами. Через несколько минут на месте колонны остаются лишь груды металла и человеческих тел – это поработали гусеницы и пулеметы. На пересечении Советской и Октябрьской улиц Минска (ныне – проспект Независимости и улица Янки Купалы) Т-28 наткнулся на скопление вражеской техники. Экипаж пустил в ход все имевшиеся огневые средства и гусеницы, выведя из строя еще около десятка танков и бронемашин, несколько грузовиков, уничтожив немало живой силы врага. Танкисты сражались отчаянно, понимая, что к своим им уже не прорваться… Но откуда в оккупированном городе действующий советский танк? Накануне Т-28, управляемый старшим сержантом Дмитрием Ивановичем Малько, в составе колонны техники отходил из Минска. В пути произошла поломка, и танк отстал от своих. Стихийно сложился экипаж, в состав которого, кроме Малько, вошли курсанты артиллерийского училища Николай Педан, Александр Рачицкий, Федор Наумов и их товарищ Сергей (фамилия неизвестна). Командование взял на себя майор Васечкин (фамилия достоверно не известна). Пробиваться к своим решили через оккупированный Минск. Вернулись на склад, где ранее служил Малько, которым еще не овладели гитлеровцы, загрузили несколько десятков снарядов, несколько тысяч патронов и незамеченными проникли в пригород белорусской столицы… Раненый старший сержант Малько смог покинуть подбитый танк, скрыться из города и пересечь линию фронта. Уже в наши дни он оставил подробное описание того боя. Много позднее после войны удалось установить судьбу бывших курсантов Педана (он попал в плен и только в 1945-м был освобожден из немецкого лагеря) и Наумова (местные жители смогли укрыть его, а позднее переправить к партизанам). Майор Васечкин погиб в бою и был похоронен местными жителями. Сколько их было – героев, известных и оставшихся безымянными! Никто из них не знал, когда придет победа, но делал всё, что в его силах, чтобы эту победу приблизить. Не щадя жизни! Трезвые военачальники из стана врага констатировали: «Наши потери достигли 50%… Наши войска очень скоро узнали, что значит сражаться против русских» (начальник штаба 4-й немецкой армии генерал Г. Блюментритт). «Сведения с фронта подтверждают, что русские всюду сражаются до последнего человека» (начальник Генштаба сухопутных войск вермахта генерал-полковник Ф. Гальдер). …5 июля при попытке разбомбить вражескую переправу через Березину в районе Борисова самолет, ведомый лейтенантом Николаем Булыгиным из 53-го дальнебомбардировочного авиационного полка, был подбит. Летчик направил свой горящий бомбардировщик в танковую колонну врага… Многие помнят отличный советский фильм «Балтийское небо». Прототипом его главного героя выступил ставший в 1942 г. Героем Советского Союза Георгий Костылёв. Летчик 5-го истребительного авиаполка ВВС Краснознаменного Балтийского флота, он 15 июля открыл свой боевой счёт, уничтожив истребитель Ме-110, а через неделю, 22 июля, сбил в течение дня сразу три (!) самолёта врага – два бомбардировщика Ю-88 и один Ме-110. Из подвигов одиночек, коих насчитывались тысячи и тысячи, складывался подвиг рот, полков, дивизий. 2 июля, река Березина, район Борисова. «Радисты моего командирского танка получили сообщение об атаке русскими танками и самолетами переправы на Березине у Борисова… – вспоминал тогдашний командующий 2-й танковой группой генерал-полковник Г. Гудериан, известный далеко за пределами Германии теоретик и практик глубоких танковых прорывов. – 18-я танковая дивизия получила достаточно полное представление о силе русских, ибо они впервые применили свои танки Т-34, против которых наши пушки в то время были слишком слабы». Урок немецкой танковой дивизии преподала 1-я Московская мотострелковая дивизия, которой командовал полковник Яков Григорьевич Крейзер. Дивизия была переброшена на рубеж Березины, остававшейся единственной естественной водной преградой на пути к Смоленску. Ведя подвижную оборону в междуречье Березины и Днепра, она сумела задержать противника, рвавшегося к Смоленску, и этим оказала помощь второму эшелону войск 20-й армии, создавшему оборону на восточном берегу Днепра. В ожесточенных боях с 30 июня по 3 июля было уничтожено около 60 танков и до 3 тысяч вражеских солдат и офицеров. Нередко Крейзер на головном КВ лично возглавлял контратаку. Две недели дивизия вела оборонительные бои в исключительно невыгодных условиях – на широком фронте, в большом отрыве от войск 20-й армии, при отсутствии соседей. Но свой долг воины-москвичи выполнили с честью, их дивизия одной из первых стала гвардейской. А командир дивизии полковник Крейзер по представлению командующего Западным фронтом генерал-лейтенанта А.И. Еременко 22 июля 1941 г. был удостоен звания Героя Советского Союза. Удостоен первым с начала войны среди общевойсковых командиров. До 17 июля части другой, 174-й стрелковой дивизии комбрига А.И. Зыгина из состава 22-й армии Западного фронта обороняли Полоцк. Эта оборона вошла в историю начального периода войны как одна из наиболее упорных. Только 474-й стрелковый полк под командованием подполковника И.Т. Китаева уничтожил более 2,5 тыс. немецких солдат и офицеров, до 30 танков, 14 орудий, много другой боевой техники. Под давлением превосходящих сил противника дивизия была вынуждена отойти в направлении Невеля, где попала в окружение. Отдельными колоннами стали пробиваться к своим. Вышедший из окружения комдив, узнав, что основные силы дивизии ещё оставались в кольце, вновь перешел линию фронта. Имитируя прорыв в одном направлении, главные силы он направил в другом. Благодаря и умелому руководству Алексея Ивановича Зыгина, и героизму личного состава, дивизии удалось почти в полном составе вырваться из окружения. Читатель поверит, что таких примеров – великое множество. Запечатлеть бы все! Только никаких сил не хватит, чтобы описать сегодня феномен советского сопротивления во всей его полноте. И последнее о том июле 80 лет назад. Неизвестный защитник Брестской крепости штыком процарапал на стене: «Я умираю, но не сдаюсь. Прощай, Родина! 20/VII-41». Бои уже далеко откатились на восток, а Брестская цитадель сопротивлялась… Юрий Рубцов, доктор исторических наук, член Научного совета Российского военно-исторического общества (РВИО)
