Подмосковное эхо сибирского массового забоя коров: фермеры возмущаются и недоумевают
Ситуация с крестьянскими подворьями в Сибири, где у селян «без суда и следствия» изымают домашний скот и отправляют его на бойню, эхом прокатилась по фермерским массам в Подмосковье. «Беспредел, слов нет!». – так они комментируют происходящее в Новосибирской, Омской, Пензенской областях и на Алтае. Фото создано с помощью нейросети gigachat тестовый баннер под заглавное изображение
События в сибирских регионах не укладывается в рамки здравого смысла. После вакцинации животных они вдруг заболевают, ветеринарные врачи фиксируют вспышки пастереллиза и тут же объявляют режим ЧС. После чего, без оформления документов, в личных подсобных хозяйствах изымают скот, отправляя его на бойню. Не лечат, как положено по закону в течение 3-месячного карантина, а сразу забивают. Так, в селе Новоключи ветеринары единовременно усыпили почти 200 животных, включая новорожденных телят.
Предварительный ущерб от этих «ветеринарных мероприятий» оценивается более, чем в 1,5 миллиарда рублей. А «под раздачу» попали 88-90 тысяч голов скота. Хотя у местных жителей корова – часто единственный источник существования…
— Я сама с Урала, знаю, что в тех суровых краях без буренки на домашнем подворье никак нельзя, — рассказывает фермерша из Одинцовского района Ольга Ивлева. – У нас всегда была корова, за счет нее и выживали в тяжелые годы: молоко, мясо, сметана – всегда на столе стояли. Вот почему эта история меня так возмутила. Как можно подобным образом относиться к животным? Ведь это не только полезные, но и очень умные создания, просто не умеют разговаривать.
Свое фермерство она начинала больше 30 лет назад с одной коровы. Не все было гладко – кредиты региональные власти ей не предоставляли (и не предоставляют), развивалась, как говорится, не «благодаря», а «вопреки». Однако сегодня у Ольги Петровны 200 голов породы голштинов, надой составляет 7000 килограммов в год на каждую, молоко продает по 150 рублей за литр. И скисать оно не успевает. Трехразовая дойка, парное молоко… Горожане выстраиваются за ним в очередь.
— Недавно купила еще несколько голов мясной породы, теперь будет у нас и мясо, — говорит она.
На вопрос: возможно ли в Подмосковье такая же ситуация, как в Сибири, она активно протестует: никогда!
Нужно сказать, что Московская область в плане сельского хозяйства – регион не самый типичный. Еще с советских времен он являлся полигоном в применении передовых агротехнологий. А хозяйства в ближнем Подмосковье по показателям не уступали европейским, за передовым опытом сюда приезжали фермеры из Франции, Германии, Голландии.
Набранная в те годы инерция в какой-то степени сохраняется и сегодня. Хотя крестьянам легче не становится. Например, льготные кредиты на развитие получили всего 2-3 %, просто для того, чтобы с трибуны заявить, что фермерам «оказывается всемерная поддержка». Вся помощь государства направлена на агрохолдинги.
В предыдущие годы на литр произведенного товарного молока производителю полагалась денежная субсидия. Она формально есть и сегодня – 1,2 рубля. Однако ее получение обложили выполнением таких жестких условий, что частник даже не пытается их соблюдать и соответственно оформлять такое вспоможение от государства.
В целях развития животноводства, бюджет выплачивал крестьянам по 8 тысяч рублей в год на каждую дойную корову. Сейчас таких выплат нет. Но, к счастью, нет и той дикости, которая творится в сибирских деревнях.
Фермер-животновод из Мытищинского района Дмитрий Валигурский сократил свое дойное стадо с 50 голов до 10. И держится только по той причине, что его молоко востребовано у горожан, раскупается влет.
— Раньше мои коровы паслись на неудобьях и ничейных полях, — поясняет он. – А сегодня все пастбища застроены коттеджами, а аренда участков в Подмосковье стоит огромных денег. По этой причине себестоимость производства в нашем регионе в два раза выше, чем в среднем по России. Государство должно менять свою политику по отношению к аграриям. «Зеленую улицу» давать не застройщикам, а крестьянам.
Дмитрий Иванович не просто подмосковный фермер, он еще и профессор экономики Российского университета кооперации. Наверное, единственный в России профессор, который «крутит хвосты» коровам. Но наука помогает ему выживать в океане рынка. Ветеринарный врач, который периодически отслеживает состояние стада, включен в его команду, по сути, он член семьи. Потому, появляется в хозяйстве не 2 раза в год, когда положено делать вакцинацию, а по мере необходимости.
— Коровы у меня не болеют. И вообще, откуда в это время в Сибири взялся пастереллез, совсем непонятно. Сегодня еще холодно, скот даже в Подмосковье содержится в закрытых помещениях, как он может заразиться, где? Забрать животное – это целое процедура с оформлением документов и актов. А у людей их изымали даже в отсутствии хозяев – вот как так?
— Может, на крестьянских подворьях мало дойных коров и их молоко не нужно нашему рынку? Чтобы они «не путались под ногами» у крупных хозяйств?
— На сегодняшний день в личных подсобных хозяйствах насчитывается 2,8 миллиона голов, еще 1,3 миллиона у фермеров. Итого получается, что у населения 4,1 миллиона, тогда как в крупных хозяйствах около 3 миллионов дойных коров. Как видите, ставить крест на ЛПХ рано, с частными подворьями нужно работать, помогать им развиваться.
— Уже подсчитаны убытки от произвола местных властей в Сибири. Крестьянам выплатят компенсации за потерю скота?
— Вряд ли. Коровы в деревнях не застрахованы, они, как правило, не страхуются даже в агрохолдингах. Люди, которые держали по 3-4 буренки, понесут прямые убытки. Какие-то социальные выплаты им, конечно, дадут, но это копейки. Получается, что крестьяне просто лишились своего единственного источника дохода…