Горизонт роста. Как поменять работу без диплома и образования

Система независимой оценки квалификации позволяет человеку получить специальность «здесь и сейчас», говорит глава Национального агентства развития квалификаций (НАРК) Алексей Вовченко. О том, кого прямо сейчас не хватает российскому рынку труда, а какие профессии постепенно исчезают, он рассказал в интервью aif.ru на полях ПМЭФ-2025.

Алексей Дуэль, aif.ru: На форуме много говорят про кадры, квалификации, дефицит рабочих. При этом в стране уровень безработицы низкий и, кажется, любой, кто хочет найти работу, сможет это сделать. Какие проблемы сейчас есть с теми, кого берут на работу от необходимости, а не от большого желания?

Алексей Вовченко: В среднем по стране уровень безработицы, конечно, очень низкий. Однако существует такое понятие, как структурная безработица, когда где-то либо совершенно не хватает конкретных кадров, либо царит полная безработица. Развитие профессиональных навыков помогает победить эту структурную безработицу, привлечь кадры именно туда, где они должны быть.

Чтобы получить профессиональное образование, нужно как минимум три-пять лет, а система независимой оценки квалификаций позволяет «закрепить» за человеком профессию здесь и сейчас. На рынке сейчас много тех, кто наработал квалификацию за свой трудовой стаж в совершенно иной сфере, не там, где они получали диплом или свидетельство об образовании. Один тест — и у человека есть специальность, и происходит это не в образовательном учреждении.

— То есть, был человек журналистом, потом один экзамен — и он слесарь шестого разряда?

— Если у него есть необходимые навыки и он на теоретическом и практическом экзамене сможет их подтвердить, да. При этом трудовое законодательство в стране позволяет принимать на работу людей без диплома или вообще без документов об образовании, если у них есть свидетельство независимой оценки квалификации.

— Куда сейчас стоит мигрировать работнику, который не чувствует себя успешным в своей профессии? Какие направления и специальности выбрать?

— Разумеется, это зависит от желаний конкретного человека. В топе — ИТ-специалисты, инженеры, операторы беспилотников. Еще сфера логистики, конечно. Нужны и рабочие руки: слесари, механики, операторы станков. Тех, кто учится просто на токаря или фрезеровщика, сейчас нет, есть операторы машин и станков с ЧПУ, у которых уровень подготовки почти инженерный. Нужны айтишники разных квалификаций — после ухода с рынка западных фирм наши ИТ-компании не успевают даже «переваривать» тот объем заказов, который на них свалился.

— Откуда кадры уходят? Есть ли вырождающиеся профессии, от которых люди отказываются, чтобы освоить новые?

— Многие переходят из реальных секторов экономики в сферу услуг. С одной стороны, это, конечно, хорошо для людей — они находят для себя ниши, где могут спокойно работать. Однако для промышленной экономики это плохо. Конечно, здесь много значат условия труда, людям хочется работать не на стройке, а в комфорте, например, в торговле. При этом сфере услуг тоже нужны профессионалы — пока что подготовки, которую дают в наших образовательных учреждениях, для этой сферы недостаточно.

— Когда мы готовились к Играм в Сочи, возникла проблема нехватки горничных в отелях. Как с этим обстоят дела сейчас, хватает ли нам горничных? Или подобные трудности возникнут на Алтае, где некому будет приводить в порядок номера в «Манжероке»?

— На Алтае нам придется учить местные кадры. Такая же проблема есть и в Крыму, где огромный спрос именно на горничных, на персонал, который обслуживает гостиницы. Казалось бы, в этом регионе люди уже давно должны были научиться этим заниматься, но потребность сохраняется, и предприниматели готовы брать на работу даже иностранцев.

— Спрос, значит, есть. А зарплаты есть такие, чтобы этот спрос удовлетворить?

— Все говорят, что нужно поднимать престиж рабочих профессий. А ведь сначала людям нужно платить деньги, потому что кадры тянутся туда, где есть нормальная зарплата. Опыт показывает: люди, подтвердившие свою квалификацию на независимом экзамене, находят себя у того работодателя, который может предложить им хорошую зарплату.

Стоимость прохождения экзамена, кстати, отличается от профессии к профессии. На некоторых специальностях нужно оплатить только труд преподавателей и материалы, и здесь хватит нескольких тысяч рублей. А есть профессии, где для организации практической части нужно оборудование и сырье, и это обойдется в пару десятков тысяч рублей.

— А какую прибавку к зарплате дает сертификат о прохождении независимого экзамена?

— Сейчас мы практикуем совмещенные экзамены, когда человек одновременно сдает выпускной в системе среднего профессионального образования и проходит независимую оценку. Так он становится не просто оператором станка, но получает квалификацию пятого или шестого разряда. С таким дипломом он для работодателя становится сертифицированным специалистом, может претендовать на хорошую зарплату.

— Значит, человек за небольшие деньги покупает не только опыт, но и потенциальную прибавку к зарплате? И вложения эти окупаются за несколько месяцев?

— Совершенно верно.

— Экзамены вы проводите только для рабочих профессий? Есть, например, для журналистов?

— Да, у нас есть отдельный совет профессиональных квалификаций по медиа. Мы каждую профессию раскладываем на квалификации, иногда их бывает несколько десятков. В планах — запустить мониторинг по трудоустройству и зарплатам выпускников, как недавно сделал Минтруд. Отследить каждого человека, сдавшего экзамен, и сравнить его зарплату и карьерный рост с тем, кто квалификацию не получал, будет очень интересно.