Александр Олешко: Ищу хорошую пьесу
Народного артиста России Александра Олешко особенно представлять не нужно: его знают и дети, с которыми он прекрасно поет, и взрослые — для которых он отлично играет на сцене и в кино.
Недавно Александр Олешко стал гостем студии сетевого вещания «Вечерней Москвы», где рассказал и о театре, и о новой своей ипостаси: он стал ведущим интереснейшей телевикторины, и о грядущем юбилее.
— Александр, несколько лет назад вы лично меня потрясли: представляете, я вас не узнала в образе Немировича-Данченко в картине «Хитровка. Знак четырех» Карена Шахназарова....
— Мне приятно ваше потрясение. Но я без кокетства им удивлен. Грим был несложным — всего 10 минут. Усы, борода, и вот уже другой человек. Я был сам этим поражен. Немировича-Данченко во мне увидел Карен Георгиевич. К роли я готовился серьезно, изучал биографию Владимира Ивановича, но Шахназаров время от времени говорил: «Мне не нужен памятник, мне нужен живой человек — они же были людьми!».
Что же касается внешних и внутренних перевоплощений, думаю, что самым невероятным в том же году, когда снимался фильм, стала моя роль Павла Первого в одноименном спектакле в Театре Вахтангова. Для меня в некотором смысле это «аттракцион» — ведь, помимо драматического прекрасного спектакля, который смотрят зрители, они еще и ищут Александра Олешко, но на сцене его не находят. Для меня это была задача номер один. На сцене есть персонаж — Павел Первый!
— Именно к этому я и хотела подвести. Павел получился грандиозным.… Не сердитесь, но как-то неожиданно было увидеть улыбчивого, легкого Александра Олешко в таком образе.
— Вы знаете, я не раз уже слышал это «извините». Но к чему оно? Я ведь не открещиваюсь ни от какой своей разнообразной деятельности. Я люблю телевидение, люблю вести программы, люблю петь и танцевать, люблю юмор, иронию. В Википедии меня называют пародистом, хотя в этом жанре я точно ничего особенного не сделал. Словом, я люблю все жанры, у меня нет каких-то комплексов и мыслей о том, что занимался я чем-то крайне несерьезным, а тут вдруг решил показать, какой я глубокий трагический актер.
Я живу с удовольствием, не подгоняя себя под какие-то шаблоны. Кстати, удивительно: так получается, будто труд тех, кто старается поднимать людям настроение, веселить и радовать их, не так ценен, как усилия тех, кто пытается довести зрителей до слез. А ведь это на самом деле куда проще, чем вытащить человека из мрака, забрать или хотя бы временно уменьшить его боль.
— Да, вы правы. Как-то не задумывалась раньше об этом. Но роли Павла вы были рады?
— Я был очень рад, что Театр имени Вахтангова пошел мне навстречу и позволил сыграть трагическую роль. Но спросите меня сейчас, а хочу я играть трагические роли еще? Нет! Пропади они пропадом! Сейчас я мечтаю найти прекрасную добрую комедию, чтобы, глядя на меня, люди улыбались. Люблю, когда люди улыбаются. Павел — это был некий вызов самому себя. Мне было 46 лет. И Павлу Первому было 46.… Я задавался вопросом, а соответствую ли я легендарной истории Театра Вахтангова, состоялся ли я как актер. Вот и устроил сам себе вызов! Итог эксперимента всем известен — на спектакль не попасть. О нем говорят. Я все награды и премии за этот спектакль принял с великой благодарностью и теперь хочу заниматься тем, что люблю. Олег Павлович Табаков говорил, что всякий уважающий себя артист должен время от времени разрушать стереотип, который иногда создается и им самим. Вот я его и разрушил. На время.
— Но про грим ваш фантастический в «Павле Первом» не могу не спросить. Уж тут вас не узнать совсем.
— Грим занимает у меня ровно шесть минут. Но я люблю устраивать небольшой перформанс: лично встречаю знакомых и друзей за 20 минут до начала спектакля у служебного входа, провожаю в фойе и вскоре выхожу на сцену другим человеком. Никто не понимает — а как так? А мне в этом помогла… Фаина Раневская. Я когда-то прочитал про один придуманный ею секрет и пользуюсь им. Какой — говорить не буду, пусть люди найдут, так интереснее.
— Справедливо. Спрошу о другом. Вы очень благодарный человек — знаю, как преданно помните и поддерживаете своих учителей, пожилых артистов, причем никогда не делали из этого пиара.…
— Подождите, но ведь это нормально! И так должно быть у всех — благодарность к тем, кто был до нас….
— Но так бывает далеко не всегда.
— Это верно. Но нам еще и Этуш, и Иванов говорили: помните, что все уже было — до вас! Но если вы изучите это, у вас будет возможность сделать «надстройку» — так это называла Людмила Гурченко, — тогда это будет уже ваше высказывание. Ваша палитра. Невозможно начинать движение с нулевой точки. Нужно знать, что было до тебя, и брать это с собой.… И благодарность — это хорошее, важное, необходимое качество. Если же у кого-то иначе… это несчастные люди.
— Не все знают, что вы в каком-то смысле подарили последнюю роль Александру Анатольевичу Ширвиндту. Расскажите, пожалуйста, как это было.
— Мы ехали в поезде, он — на премию Андрея Миронова, а я должен был ее ему вручать, чего он не знал. Мы вышли в тамбур, он курил трубку, и мы говорили.… Так хорошо помню это. Тогда я и предложил ему сыграть вместе пьесу. Он решался на это полтора года! Но мне удалось его уговорить. До спектакля Родиона Овчинникова «Где мы?∞!..» у Александра Анатольевича 16 лет не было премьер. Он всем отказывал, а мне не отказал, и это огромное событие, в первую очередь в моей жизни. Этот спектакль дал ему новую энергию и азарт. Билетов было не достать, и, когда я видел, как его приветствуют зрители, был счастлив. Когда мы играли, мне казалось, что сам театр становился другим, что сейчас вдруг появятся Ольга Аросева или Георгий Менглет, выйдет Папанов, и вновь будет блистать Андрей Миронов….
— Кстати, вы ведь работали во многих театрах, какой из них для вас — главный?
— Главный — театр Александра Олешко. Вообще у меня был хороший пасьянс: после окончания Щукинского института (тогда — училища) меня позвали сразу в несколько театров: Константин Райкин — в «Сатирикон», Валентин Плучек и Ширвиндт — в «Сатиру», Олег Ефремов — во МХАТ, были и разговоры про Театр имени Вахтангова.… Я выбрал Театр сатиры, просто потому, что в нем тогда играли артисты, которые много снимались на телевидении. А я о нем мечтал с детства, даже маленьким изображал, что новости читаю.… И я застал там великих артистов.
Как, впрочем, потом и в «Современнике», и великих стариков в Вахтанговском: у нас была общая гримерка с Этушем и Лановым.… Надеюсь, вы понимаете, что старик в театре — это не возраст, а статус, это волшебство и живая история. А в Театре сатиры у меня возникла настоящая дружба с Валерием Гаркалиным, потрясающим актером и режиссером. Мне кажется, он впоследствии должен был бы возглавить этот театр. Так же как и Андрей Александрович Миронов мог бы быть его главой, или Михаил Зонненштраль — это были гениальные люди.
— Так, а где же книга, Александр? Вы стольких людей видели, со столькими общались.… Пора делиться воспоминаниями.
— Книга…. Да мне как-то неудобно.… Я смотрю, кто сейчас выпускает книги, и мне кажется, я такого права пока не заслужил. И есть множество прекрасных людей, которые еще не написали книг. Не кокетничаю. А может, я просто лентяй? Или времени нет.…
— На лентяя вы мало похожи. Но подумайте, как много потеряли бы мы все, не напиши своих книг Александр Анатольевич?
— Но у Ширвиндта был писательский дар, а у меня такого нет. Зато поделюсь своим счастьем: я есть в одной из его книг. Представляете, какое это чудо для меня? И еще в десятках разных книг я упомянут, и это поразительно. А про людей, которых видел.… Я тут летал недавно с Александром Сергеевичем Зацепиным в Новосибирск, на его родину малую. Единственный человек в полете, который все три с половиной часа читал и ни на что не жаловался, был активным и любознательным, — это Зацепин. Напомню — ему 100 лет и три месяца. Невозможно им не восхищаться. Общаясь с такими людьми, становишься лучше.
— Тут согласна полностью, именно так! А что за процессы, на ваш взгляд, идут в театре?
— Общее состояние планеты распространяется на все. Переболеет планета, и все вернется на свои места. Если зритель принимает что-то странное на сцене или на экране и не возмущается этим — он болен. Всем желаю скорейшего выздоровления. Иначе жизнь наша закончится.
— Как же спасаться от этого?
— Чтобы не сойти с ума от того, что вокруг, надо создавать свой собственный мир.
— Какой хороший совет! А ваша любовь к чтению сказок продолжается?
— Конечно. Я открою вам секрет и проанонсирую: мы познакомились с Ольгой Андреевной Петровой, дочерью гениального композитора Андрея Петрова. Она написала музыку к сказке «Маленький принц». Скоро она появится в репертуаре Театра Вахтангова. Будет все как всегда: музыка, оркестр, актер и Его Величество зритель. А еще Ольга Андреевна разрешила мне на музыку из фильма «Вокзал для двоих» создать песню. Замечательный поэт Константин Губин написал стихи, и у меня появилась песня, о которой я мечтал, — «Поезда».
— Кстати, у вас относительно недавно еще одно событие произошло: вы стали вести программу «Знатоки Москвы» на телеканале «Москва Доверие». Помню, в одном вашем интервью вы так тепло говорили о старой Москве, арбатских бабушках, профессуре с Патриарших….
— О, это были такие шляпки, такие воротнички…. Талантливые тихие люди. Это сейчас Патриаршие стали местом притяжения очень шумной публики, не всегда, к сожалению, воспитанной. А к каналу «Москва Доверие» я прислушивался и присматривался давно: там показывают хорошие фильмы, интересную мемуаристику документальную. И были даже какие-то движения друг к другу, но все что-то никак не совпадало. А история с викториной мне показалась очень интересной. Когда-то давно, приехав в Москву — город мечты, я ее тщательно изучал.
— Помню, вы рассказывали, что на тех же Патриарших знали все ходы-выходы….
— Это правда так; кстати, у Ширвиндта есть великолепная книга «Проходные дворы биографии». И да, я же мальчик, а значит, немного хулиган, и надо было знать, куда бежать, если что.… Викторина же наша интересно придумана и снимается в невероятно уютной студии, и атмосфера там прекрасная. Мне нравится себя перепроверять, да и узнаю многое. Я очень рад, что такая программа появилась, она дает возможность узнать или вспомнить историю любимого города и, конечно, является признанием в любви Москве.
— Вы при встрече обронили фразу, что живете сейчас между Москвой и Минском….
— Я вообще живу между таким количеством городов, что и не посчитать. А в Минске сейчас снимаюсь в новом фильме. Сегодня десятая ночь, как я не выходил из поезда. Но переезды меня не особо пугают. И не подумайте, что я ропщу, запаса прочности у меня пока хватает.
— Есть домовой, а вы вагонный, получается, помните, такой герой был в «Чародеях»?
— Таковы издержки нашей работы — съемки в других городах. У меня был рекорд — 32 дня в самолетах. Где-то через две недели я заходил в самолет так, как люди заходят в автобус. Страшно только, когда перестаешь понимать, куда ты прилетел….
— Невольно, при всем участии, рассмешили.… А как вы перезаряжаетесь?
— Помогает смена деятельности. Тут я актер, тут танцую, тут пою, читаю…. Нам Галина Борисовна Волчек говорила: «Артист должен быть многоантеннен!». И потом, я себя чувствую на какие-то другие паспортные данные. Мне очень нравились мои 27, 33 и 46. А летом мне 50. Пока я никак понять этого не могу — 50! Не чувствую, не осознаю…. Лет на 28 себя ощущаю.
— Но это же прекрасно! Хочется пожелать, чтобы это ощущение сохранялось долго. А как вы будете отмечать юбилей?
— Меня заставляют праздновать 50-летие. Уже после дня рождения, в октябре, будет большой концерт в Кремлевском дворце, где я буду в своей стихии — в жанре эстрады. Я не певец, но поющий актер со своим репертуаром. Телевидение эту дату тоже хочет зафиксировать, снимут море программ.… В общем, все эти юбилейные переживания я должен перенести, прожить и отдать людям то, что должен, а потом — выдохнуть и думать о планах на следующие 50. Ищу новую пьесу.… После роли Павла важно не разочаровать зрителей и самого себя, попасть если не в десяточку, то хоть в девяточку. Хочется самому удивиться, удивить других и радоваться всему этому.
ДОСЬЕ
Александр Владимирович Олешко родился 23 июля 1976 года в Кишиневе. Российский актер театра и кино, телеведущий, певец, пародист, театральный педагог. Народный артист Российской Федерации. Окончил Государственное училище циркового и эстрадного искусства с отличием, а позже — Высшее театральное училище имени Б. В. Щукина (курс В. В. Иванова). Работал в ряде театров, вел телепрограммы на Первом канале, НТВ. В 2018 году был принят в труппу Государственного академического театра имени Е. Вахтангова.
ЛУЧШИЕ РОЛИ В ТЕАТРЕ
Театр имени Вахтангова
- Мадемуазель Нитуш (2015): Селестен, он же Флоридор;
- Спектакль Возьмите зонт, мадам Готье! (2000): Огюст Готье;
- Павел I (2023): Павел I.
«Современник»
- Сладкоголосая птица юности (2002): Флай;
- Гроза (2004): Кулигин.
Театр Сатиры
- Где мы?∞!.. (2018): Олег Порох.