Окупится ли учёба: Вузы ставят рекорды, а смысл высшего образования тает
Бюджетных мест стало больше, а поступить — сложнее. Журналист Бовт посчитал разрыв между вложениями в учёбу и тем, что эта учёба даёт кошельку. И цифры получились тревожные.
Хотите стать айтишником — готовьте до миллиона в год за учёбу, а если врачом — то полтора десятилетия долгов. Журналист Георгий Бовт на цифрах показал, кому платное высшее образование приносит прибыль, а кому — лишь красивую корочку на полке, сообщает Российская газета.
Нынешняя приёмная кампания ударила по кошелькам и нервам. Бюджетных мест вроде бы прибавили — 620 481, из них 446 692 на бакалавриат и специалитет. Но только посмотрите, кто на них проходит. В МФТИ олимпиадники заняли 53% мест, в МГУ их число выросло на 48%. В главном вузе страны из 4055 зачисленных 601 прошёл без экзаменов, 408 — по отдельной квоте, 39 — по целевой. Итог: почти 26% бюджета ушло льготным категориям — участникам СВО, их детям, победителям олимпиад. Обычному отличнику с тремя сотнями баллов и десятью за индивидуальные достижения пришлось получить отдельный грант, потому что на общих основаниях он не пролез.
А теперь — платное отделение. С этого года государство урезало коммерческий приём на 40 специальностях (экономика, менеджмент, юриспруденция, реклама и связи с общественностью) почти на 47 тысяч мест, или на 13%. Свободных платных мест стало меньше, и вузы взвинтили цены в среднем на 10,7%. Год бакалавриата теперь тянет на 225–245 тысяч рублей, но топы задирают планку гораздо выше: МФТИ поднял стоимость на 32% — до 1,2 млн в год; в НИУ ВШЭ «Прикладная математика и информатика» — больше миллиона; в МГУ лечебное дело — 734 тысячи, юрфак — 660 тыс.
Вот тут и встаёт главный вопрос: когда эти бешеные деньги вернутся? Бовт предлагает простую формулу: складываем плату за учёбу, проживание в Москве (1,3 млн за четыре года), упущенный заработок (ещё 1,4 млн) и проценты по кредиту — и делим на разницу в доходах между выпускником и работником без диплома.
Разберём на примерах.Айтишник из топ-вуза: четыре года учёбы обходятся до 4,8 млн рублей плюс проживание и потерянная зарплата — итого до 7,5 млн. На старте начинающий специалист в Москве получает 85–120 тысяч, а выпускники МФТИ, ИТМО или ВШЭ — на 15–20% выше. Медиана специалиста по разработке по рынку — 183 тысячи. С учётом роста зарплаты полная окупаемость наступит через 11–12 лет после подачи документов. Если повезло с бюджетом — срок сокращается до двух-трёх лет.
Врач — ещё грустнее. Шесть лет по 734 тысячи в год — это 4,4 млн, плюс платная ординатура (300–600 тыс. в год). Итого восемь лет без полноценного дохода. Стартовая зарплата молодого доктора в регионе — 60–90 тысяч. Окупаемость начинается, только если уйти в узкую специальность, частную клинику или в столицу. Реалистичный срок — 12–18 лет. Для районного терапевта платный диплом не окупится никогда.
Экономика, менеджмент, право — худший вариант. 2,4–3 млн за всё про всё, но потом многие работают не по специальности, диплом — лишь «для галочки». Окупаемость — 12–20 лет, а то и никогда. Неслучайно именно по этим направлениям сократили платный приём, отчего оставшиеся места ещё подорожали.
А как у них, за бугром? В странах ОЭСР работники с высшим образованием зарабатывают в среднем на 56% больше, чем со средним. Разрыв меньше всего в Дании, Норвегии и Швеции (до 25%), а больше всего — в Чили, Колумбии и Коста-Рике (свыше 100%). Всемирный банк оценивает частную доходность высшего образования в 16% годовых, государственную — в 10%. По денежной окупаемости для иностранных студентов лидируют Австрия (2,3 года) и Германия (2,4 года) — там госвузы почти бесплатны. А вот Великобритания (6,8 лет), Канада (6,7 лет), США и Австралия дают сроки вдвое-втрое длиннее, потому что плата за обучение там высокая — от 9500 долларов в год для своих граждан.
Теперь сравним с нашими реалиями. Один год «Прикладной математики и информатики» в ВШЭ стоит 12 тысяч долларов — это дороже среднего американского норматива для американцев и вдвое дороже австралийского. При этом медианная зарплата в России примерно в пять-шесть раз ниже, чем в тех странах. Получается, что платная программа топ-вуза — это заведомо убыточная семейная инвестиция, если смотреть на горизонт 5–10 лет. Да, на длинной дистанции (20–30 лет) она может дать больший доход, но лишь для узкого круга специальностей.
Георгий Бовт резюмирует: по-настоящему экономически состоятельным высшее образование делает только бюджетное место — при нулевой цене входа окупится почти любая приличная программа. А вот платное при миллионе в год выгодно лишь для IT, отдельных инженерных направлений и медицины с последующей узкой специализацией. При этом разрыв между стоимостью диплома и его реальной ценностью в России растёт — в отличие от стран ОЭСР, где этот разрыв как раз сокращается. Спрос на платное пока не упал, но, судя по цифрам, это лишь отсрочка неизбежного вопроса: а стоило ли оно того?