Хотите правду? Пока вы пересчитываете ломтики хлеба, чиновники пересчитывают кое-что другое

Каждый поход в магазин стал маленькой сделкой с совестью: берёшь дешевле, а получаешь меньше. Эксперты говорят об этом тихо, торговые сети — с большим удовольствием. Люди перестали запасаться впрок не из-за жадности или лени, а потому что денег на это просто не остаётся.

Люди действительно начали покупать более дешёвые товары повседневного спроса, но чаще и в большем количестве. С января по август 2026 года продажи относительно дешёвой продукции в денежном выражении выросли на 11 процентов, и заметная часть прироста пришлась не на подорожание, а на рост числа покупок. При этом продовольственная инфляция замедлилась: в августе она составила 4,6 процента в годовом выражении против 9,4 годом ранее.

Либеральные эксперты считают, что рост потребления может помешать смягчению денежно-кредитной политики Банка России. Ведущий Царьграда, доктор экономических наук Михаил Делягин, объясняет эту логику жёстче: «Люди стали лучше жить — это недоработка. Надо по ним долбануть повышением ключевой ставки». По его словам, 23 октября регулятор оставил ставку на уровне 14 процентов, но отметил высокие инфляционные ожидания населения, и это, по мнению Делягина, подготовка к следующему повышению.

Людей также всё чаще видят за покупкой готовых порций: рис и гречка в пакетиках, сыр и колбаса в нарезке. Делягин называет это снижением бытовых навыков и готов сравнивать с ЕГЭ: «Нарезать сыр тонкими ломтиками — это же труд. А купить нарезочку — уже всё хорошо, и неважно, что ты переплачиваешь». По его словам, так и делаются состояния, не столько на торговле, сколько на человеческой лени.

В 2027 году вклад натуральных продаж в рост рынка повседневных товаров, по прогнозам, снизится до 2–4 процентов, а роль цены останется примерно на нынешнем уровне. Делягин убеждён, что дальше смягчать денежно-кредитную политику не будут, а причин может быть много: от «невиданного роста благосостояния», который, по его словам, за пределами Росстата никто не чувствует, до налогов и давления на бизнес.

Отдельная проблема — шринкфляция. Раньше в пачке было литр молока, потом 900 миллилитров, сейчас 850. Человек думает, что покупает дешевле, а на деле платит больше. Делягин рассказал про чёрный хлеб за 54 рубля, где было всего два ломтика: пересчитав на полноценную буханку, получаем «совершенно лютые деньги», около тысячи рублей. «Это шоковое впечатление. Я запомнил это, наверное, на всю оставшуюся жизнь», — говорит он.

По словам Делягина, люди стали меньше копить: раньше откладывали на квартиру, машину или технику, теперь на это нет денег. Качественные вещи подорожали, а найти их стало сложно. Поэтому сберегательное поведение сменяется потребительским, и от этого выигрывают торговые монополисты