«НЕ ДАРИТЕ АВИАНОСЕЦ, ОН НАМ НЕ НУЖЕН…»
Вооруженные силы Абхазии
Торжественно и грандиозно совсем недавно Россия отметила День Военно-морских сил. Всю мощь, продемонстрированную в разных водных просторах, в том числе и в северной столице РФ, мы восприняли как свою, и нас всех переполняет гордость за такую мощь, за Россию. Мы ведь не просто партнеры, Россия и Абхазия, мы вышли из одной страны, мы переплетены многими корнями и кровями.
И всё-таки… у Абхазии как самостоятельной и независимой страны тоже должны быть военно-морские силы. Они есть, но в каком состоянии сегодня находятся? В поисках ответа я встретилась с Нодаром Георгиевичем Чачхиани – заместителем председателя Службы госбезопасности РА, начальником пограничного отряда, а также выпускником Пицундской средней школы, историко-юридического факультета АГУ и пограничной академии ФСБ РФ, полковником.
– В 2007 году Военно-морской флот Республики Абхазия был выведен из структуры Министерства обороны и переподчинен пограничному отряду, в который он вошел на правах дивизиона катеров, то есть был изменен статус ВМФ, – стал рассказывать Нодар Георгиевич, к моему приходу подготовивший для газеты справку об истории ВМС Абхазии со дня начала грузино-абхазской войны (смотрите справку в конце этого интервью). – Дивизион стал морской составляющей погранотряда по обеспечению охраны и обороны границ государства и его морских просторов.
– А почему переподчинили?
– Отчасти потому, что на тот момент наш погранотряд не имел морских сил и средств для осуществления охраны и обороны морского участка госграницы. Соответственно этими силами и средствами обладало Министерство обороны. И такое решение было принято Главнокомандующим.
– Но само Минобороны осталось без морских сил? Делить-то особо было, наверное, нечего.
– Да, делить было нечего. Дело в том, что прогулочные катера, переоборудованные в военные, которые составляли основной костяк ВМС в период грузино-абхазской войны и в послевоенное время, сегодня нельзя рассматривать как серьезные силы для противопоставления, скажем, грузинским ВМС. Специализированные плавсредства, которые мы должны бы иметь, – это боевые корабли прибрежной зоны.
В свете Договора между Республикой Абхазия и Российской Федерацией от 2009 года о совместных усилиях по охране государственных границ, развернутое на территории Абхазии российское пограничное управление взяло на себя обязательство и право охранять, в частности, абхазо-грузинский участок границы на всем его протяжении по суше и по морю.
– Протяженность нашей морской границы более 200 километров…
– 215,5 километра. Вся граница Абхазии – и это юридический прецедент в мировой практике – не делимитирована, то есть не обозначена на карте и не закреплена договорами. И не демаркирована, то есть не определена какими-то ориентирами на местности, что означает: нет инженерных сооружений по линии прохождения государственной границы и не обозначены рубежи охраны этой границы. Соответственно и по морю то же самое – граница не делимитирована. В принципе с Российской Федерацией у нас есть взаимная договоренность, что границами Республики Абхазия сейчас служат границы бывшей автономной республики, но она не закреплена никакими документами.
– И какова причина такого положения?
– А потому что другого не было. Никто ничего другого не предложил. Были старые границы, по ним и взаимная договоренность, и именно по ним Российская Федерация осуществляет сейчас охрану и оборону своих южных рубежей.
– Почему сейчас ничего не делается для изменения ситуации?
– Это большой межгосударственный процесс, сложная и длительная процедура, но она возможна, и, на мой взгляд пограничника, эту процедуру надо провести, потому что граница является главным атрибутом суверенитета государства.
– В соответствии с Договором от 2009 года мы не будем иметь ничего более из морских судов? Нам не надо их приобретать?
– В этом Договоре не содержится для нас никаких ограничений в части, касающейся обладания Абхазией собственными пограничными морскими силами и средствами, тем более не оговариваются никакие ограничения в приобретении таковых. В свете этого Договора мы сейчас осуществляем совместное патрулирование наших морских пространств. Но осуществляем на российских плавсредствах. У нас есть план совместных мероприятий, и представители нашего морского дивизиона присутствуют на выходах в море.
– А наши плавсредства не в состоянии выходить, и приглашать россиян на них не можем?
– Наши плавсредства, к большому сожалению, «привязаны» к причалам и выйти в море физически уже не могут. Потому что им требуется дорогостоящий ремонт, который нам попросту сейчас страна обеспечить не в состоянии. На это нужны ощутимые суммы. Докование (нахождение судна в доке для ремонта или проведения профилактических работ – покраска, еще что-то) – это тоже дорогостоящее мероприятие. А поставить на ход с нуля судно, которое достаточное время не выходило в море, – это неподъемная задача. Нам легче приобрести новые суда, чем ремонтировать старые. Они морально и физически устарели еще лет десять назад. Но усилиями, профессионализмом наших моряков поддерживаются на плаву.
– В металлолом можно их сдать?
– Это единственно разумное решение – так поступить, сняв с них вооружение.
– А вооружение зачем на них находится? На всякий случай?
– В каком виде плавали, в таком корабли сейчас и стоят, то есть в своем первозданном виде. Часть узлов и механизмов законсервирована в их помещениях, а в тех помещениях, которые отвечают за плавучесть (за живучесть) кораблей, по необходимости откачивается вода. Командир дивизиона и личный состав следят за вооружениями, потому что указания списать их не было. Значит, они остаются в строю.
– Я знаю, что в войну наши большие и малые суда, даже моторные и весельные лодки – на них ставили пулемёты и иное вооружение – успешно выполняли боевые задачи. Это была наша абхазская флотилия, как я её тогда называла. Герой Абхазии Александр Александрович Воинский (Сан Саныч) и в войну, и после много рассказывал об Абхазском военно-морском флоте. Моряки участвовали в Параде Победы через пять лет, Сан Саныч доставал им новую морскую форму правдами и неправдами, через своих друзей. А сейчас наши моряки из дивизиона участвуют в парадах? У них есть своя форма?
– Нет. Когда происходят возложения венков к памятникам по торжественным случаям, наша коробка (строй пограничников под своим флагом) присутствует вместе с моряками. А в парадах не участвуют, и форма у них одинаковая с пограничниками – сейчас весь погранотряд в одинаковой форме. Морская форма, тельняшки – согласен, это красиво, статусно, это дух определённый…
– А сколько ребят идет к вам на службу во время осенних и весенних призывов в армию? В морской дивизион идут молодые люди?
– Плавсостав в принципе устоявшийся. Ни прибавить, ни убавить.
– С каких пор устоявшийся?
– Вот как мне достался два года назад. Мой заместитель Зураб Лёсикович Гицба – командир дивизиона, капитан первого ранга, и его личный состав состоит из офицеров, мичманов. Я перераспределил солдат-срочников на пограничные заставы.
–То есть дивизион не пополняется новым набором?
– Нет. Там сейчас офицеры и контрактники, и именно они участвуют в совместных с россиянами рейдах.
– Но получается, что морской службе сейчас из молодежи никто не обучается?
– Почему? Молодых офицеров мы периодически посылаем на курсы повышения квалификации. Мы все-таки не забываем, что у Абхазии есть морская граница, и рано или поздно у нас будут собственные средства для её охраны.
– Какого возраста людей посылаете на курсы?
– Тридцать с небольшим лет. Это молодой возраст. Это командиры катеров, их замы, которые постоянно находятся в дивизионе.
– Невесело всё это слушать…
– Согласен. И очень невесело мне как командиру наблюдать за всем этим, зная, что Абхазии нужны самостоятельные силы, независимые от восточных или западных, северных или южных соседей… Но тем не менее мы надеемся на будущее. И нынешний плавсостав поддерживает хорошую форму. И в море с российскими коллегами моряки из погрануправления выходят, в частности и для того, чтобы не порасти мхом. А выходы бывают частые – в составе досмотровых групп, например, на суда, которым разрешён переход границы (заход в наши территориальные воды). Кстати, российские коллеги очень хорошо отзываются об уровне подготовки наших моряков-пограничников.
– Да, жаль, что ничего нашего военного в море не выходит, ничего мощного не осталось. Да и не имели. Вот помните, в Новом Афоне в морских водах стояли российские военные корабли?!
– Я тоже смотрю с завистью на такие корабли, но ничего такого у нас нет. Но опять же – мало приобрести катер, танк или иную технику. Надо же ее и обслуживать. К этому приобретению привязано еще очень многое в плане материально-технического обеспечения. Если есть деньги на покупку катера, то это не означает, что есть деньги на его содержание и обслуживание. Это комплексная проблема.
– Но если купим военный катер, случится такое чудо, то ведь сможем его использовать по назначению?
– Наши моряки-пограничники, при условии небольшой переподготовки, способны выходить в море и выполнять боевые задачи на всём, что сейчас стоит на вооружении в Российской пограничной службе, готовы освоить любую технику. Люди, которые сейчас служат в дивизионе, изголодались по этой работе.
– И если у нас будет такой военный катер, такое военное пограничное плавсредство, то ведь это нам не помешает никак?
– Хочу внести ясность. Я – милитарист. Может, не популярный термин…
– Почему? Интересный!
– Я такой человек, который считает, что армия в стране должна быть сильной, мобильной и боеспособной, а ее обеспечение – всесторонним и приоритетным, границы – незыблемыми, сильно укреплёнными. Даже если флот не нужен, пусть он будет! Это мое мнение. Это как выбор, носить с собой оружие или не носить. Я предпочту носить, даже если это не нужно. Поэтому я считаю, что нам нужен сильный, мощный флот, но не многочисленный, а компактный, манёвренный, мобильный и эффективный, а стратегия и тактика его использования должны быть применительны именно к Абхазии, к реалиям тех задач, которые он должен выполнять. Соответственно и качественный видовой состав этого флота должен варьироваться под эти задачи. Если нам подарят авианосец, что мы с ним будем делать? Он нам не нужен, он не вписывается в нашу оборонную стратегию, которая у нас есть. Нам, пограничникам, нужен флот, который полностью отвечает целям и задачам, которые мы перед собой ставим.
…Как отметили в Абхазии 30 июля? Ведь последнее воскресенье июля традиционно является праздником и для абхазских моряков – опять же потому, что мы вышли из единой страны, и многие праздники у нас остались общими. Я позвонила в дивизион, где грустно пошутили: как в России. Но добавили, что, конечно же, также радовались за Россию и её военно-морскую мощь. Сами ничего не демонстрировали, в море не выходили, но за столом праздник отметили, пожелав друг другу здоровья и выходов в море – в скором времени!
Интервью вела Заира ЦВИЖБА
КРАТКАЯ ИСТОРИЯ ВОЕННО-МОРСКОГО ФЛОТА РЕСПУБЛИКИ АБХАЗИЯ:
Август 1992 г. – Под руководством штурмана дальнего плавания Левана Александровича Катиба прогулочные катера перегнали из Сухумского порта за реку Гумисту.
Сентябрь 1992 г. – Начало формирования ВМС РА на базе двух дивизионов в Пицунде и Гудауте.
Первыми кораблями ВМС РА стали прогулочные теплоходы проекта 1430 «Комсомолец Абхазии» и «Сухум», теплоходы проекта 485 М «Радуга-5» и «Радуга-7», теплоход проекта 10110 «Рица», 3 катера «Невка», 3 буксира, несколько катеров типа «Волга» и «Стриж». Командующий – Л.А.Катиба.
19 декабря 1992 г. – Временно исполняющим обязанности командующего ВМС РА назначен Рауль Нанба.
Январь 1993 г. – Капитан II ранга Юрий Григорьевич Ачба назначен командующим ВМС РА.
24 апреля 1993 г. – Захват грузинской баржи «МСБ-24» и её доставка в Гудауту.
Июнь 1993 г. – Захват научно-исследовательского судна «Модуль» с большим грузом автоматов для грузин.
1992-1993 гг. – Всего 35 судов и катеров. Командир Гудаутского дивизиона – А.А.Воинский. Командир Пицундского дивизиона – А.А.Левачёв.
2 июля 1993 г. – Высадка морского десанта в селе Тамыше.
21 июля 1993 г. – С катера из ПЗРК подбит грузинский самолет ТУ-154.
22 сентября 1993 г. – С катера сбиты два ТУ-154, перевозившие солдат Грузии из Тбилиси в Сухум, погибли 250 человек.
2004 г. – Приобретены катера проекта 1204 «Шмель», проекта 1400М «Гриф», проекта 1415 «Кулик».
С 1 марта 2007 года – Дивизион пограничных катеров.
1995 – 2001 гг. – Командующий ВМС РА капитан 1 ранга А.А.Воинский.
2001 – 2006 гг. – Командующий ВМС РА капитан 1 ранга З.Л.Гицба.