Александр Бенуа

Понедельник. Будничные мелочи опускаю… Будущий историк в своих поисках причин войны и ее затяжки, несомненно, будет особенно ценить всякие документы, которые ему помогли бы выяснить психологию масс, которые помогли бы диагностировать болезнь и объяснить, как это в христианской Европе, «не отменившей христианство», и в России, с такой торжественностью и горем всего несколько лет назад устроившей «национальное» погребение великого писателя своей земли, как это в них могли длительно и упорно жить чувства и убеждения диаметрально противоположные Евангелию и автору «Патриотизма и христианства». Вниманию этих будущих коллекционеров характерного материала я и предлагаю брошюру «Л.Н.Толстой, Николай Палкин и Солдатская памятка».


Послесловие в ней — весьма любопытный документ того, как для политических целей фальсифицируются идеи величайших учителей человечества, и уверяется, что если бы Толстой дожил до наших дней, то он бы отказался от «многих своих слов». Вполне понятно, что Анатоль Франс, выпустивший в 14-м году свое «Восстание ангелов», полное злой насмешки над «готовящейся к войне Францией», после объявления войны превратился в подобие нашего Леонида Андреева и стал призывать презираемых им же сограждан к оружию. Это в порядке вещей. У Франса не было и нет веры, нет и намека на религиозную стихию.

Франс остроумнейший, но и поверхностный циник, в котором трагедия войны пробудила что-то похожее на совесть и который по неопытности в этих вопросах и с перепугу просто залепетал какие-то патриотические трафареты. Но Толстой, у которого далеко позади в жизни был Севастополь и «Война и мир», еще в 1894 г. пророчил, что неминуемо должно произойти — как следствие полного забвения христианского закона, как следствие подделки под его закон в виде «святых договоров» — кровавое побоище, и он ни на йоту не колебался в своих убеждениях и выводах, а, напротив, все творящееся сейчас он счел бы за подтверждение его давно мучившего скорбного предвидения.