Зачем для казни Лаврентия Берии заказали металлическое кольцо
К концу 1953 года Лаврентий Берия, ещё недавно второй человек в государстве, уже несколько месяцев сидел в бункере штаба Московского военного округа. Его падение оказалось стремительным — 26 июня арест, 18 декабря закрытое судебное заседание, 23 декабря приговор. Но даже оказавшись за решёткой, Берия продолжал пугать новых хозяев Кремля. Причём настолько сильно, что для его казни пришлось изготовлять специальное оборудование.
Кольцо на заказ
В день исполнения приговора плотники сколотили деревянный щит. В середину этого щита ввернули металлическое кольцо, изготовленное на заказ. По словам историка Бориса Соколова, ссылавшегося на свидетельства очевидцев, эту деталь придумали не случайно: за кольцо привязывали руки приговорённого.
Правда, Алексей Пиманов, проводивший собственные изыскания, утверждал, что использовали не кольцо, а массивный крюк. Детали расходятся, но суть одна — для человека, которого должны были просто расстрелять, соорудили специальное крепление.
Зачем это понадобилось
Бункер, где держали Берию, не был приспособлен для расстрелов. Щит нужен был, чтобы остановить пулю и защитить присутствующих от рикошета. Кроме того, существовал и другой страх: что Берия вывернется в последний момент.
За годы власти он приучил к себе особому отношению. Его боялись так, что даже после ареста эта боязнь никуда не делась. Палачи уже привели его в бункер, зачитали приговор, но всё равно перестраховались — надёжно зафиксировали жертву, чтобы та не дёрнулась, не увернулась, не сделала что-то не так.
При этом глаза ему завязывать не стали. Комендант Специального судебного присутствия генерал-полковник Павел Батицкий, выстреливший первым и попавший Берии в переносицу, распорядился иначе: пусть смотрит.
Парадокс последних минут
Забавная деталь: человека, который ещё недавно управлял системой массовых репрессий и держал в страхе миллионы, расстреливали с мерами предосторожности, словно особо опасного зверя. Металлическое кольцо в деревянном щите оказалось точной метафорой последнего акта его карьеры — страх перед умирающим режимом не исчезал до самого конца.
Только вот комендант штаба Михаил Хижняк, ежедневно навещавший Берию в заключении, потом рассказывал иное: перед казнью тот стоял бледный, у него подёргивалась правая сторона лица, но ни истерики, ни валяния в ногах не было. Напротив, Хижняку вдруг стало жалко арестанта. За пять месяцев он успел к нему привязаться.
Парадокс закончился в крематории. А кольцо так и осталось в истории напоминанием: страх перед сильным врагом часто бывает сильнее логики. Даже когда враг уже сидит в подвале без оружия.