Так и до стачки недалеко
Как в начале века жили и трудились, отдыхали и бастовали рыбинские рабочие
Читаем доклад Софьи Талантовой «Рыбинские фабрики, заводы и мельницы в 1905-06 годах», созданный к 25-летию революции 1905 года. Документ хранится в Рыбинском музее-заповеднике. Софья Талантова – краевед, первый профессиональный архивариус Рыбинска. Популяризатор знаний, она читала горожанам лекции об истории театра, гавани, Волжской набережной. Чем жили уезд и город
Промышленность Рыбинска в 1905 году – это в основном обслуживание транспорта и перерабатывающие отрасли: мукомольная (давала 73% всей валовой продукции и 20% всех рабочих), лесопильная и канатное производство. Заводы располагались в сельской местности, вне города, но числились как рыбинские. Самое крупное городское предприятие – Главные железнодорожные мастерские по ремонту вагонов и паровозов.
Зерно с Нижней и Средней Волги рыбинцы активно перерабатывали, а муку отправляли в столицы. Дело шло отлично: все местные мельницы на рубеже веков снабдили новым оборудованием, плюс открыли новые. Что касается лесопильной отрасли, треть лесопилок всей губернии – 12 из 38 – располагались в нашем уезде.
Кроме того, близ города работали 15 кирпичных заводов, изразцовый завод и фарфоровая фабрика. Самой современной и обширной была корпорация Журавлевых в селе Абакумове: судостроительный, кирпичный и конный заводы, канатная фабрика, лесопильня, молочная ферма. Талантова перечисляет предприятия, расположенные в самом Рыбинске:
— Изразцовый завод, два лесопильных завода, три паровые мельницы: Калашникова, Мыркина и Расторгуева. Пивоваренный завод Дурдина, Завод минеральных вод Бендта, две колбасные фабрики. Их общий оборот – 1,7 млн рублей, число рабочих – 1,2 тысячи.
Были заводы в приволжских слободах, например, на Заструйке: алебастровый завод Сурьянинова и паровая лесопилка Медведева, на обоих до 100 рабочих. Около Бутырок – лесопилка Акционерного общества и паркетная мастерская при ней, до 300 рабочих. У деревни Мягкой – лесопилка Рыбина, 130 рабочих. Близ села Александровского – паровая мельница купца Жилова. Невдалеке от нее – маслобойный завод Коровкиных, 60 рабочих.
— Близ местечка Копаева выстроена обширная паровая мельница Галунова: 374 рабочих, до двух млн рублей оборота. При сельце Песочном – большая фарфоровая фабрика Кузнецовых, 1027 рабочих. В уезде имелась лесопилка Полежаева, чугунно-литейный механический завод Головкина (65 рабочих). Условия труда
Рабочий день составлял 11-12 часов. Зарплата редко кого устраивала. Так, прядильщик канатной фабрики в день получал 70 копеек, вагранщик – 40 копеек. Месячная плата при спуске снастей – 15-40 рублей. Сдельно за 48 ниток по 75 саженей платили почти 2 рубля.
На галуновской мельнице рабочих содержали на хозяйских харчах. И платили мукосеям 8 рублей в месяц, грузчикам – 18 рублей, подметалам – 6 рублей. Прием на работу бывал несправедлив. На фарфоровой фабрике он зависел от религии нанимающихся: приказчик-старообрядец предоставлял лучшие места тем, кто был по старой вере.
Увольнение практиковалось без причин. На вигоневой фабрике (станция Волга), если рабочий смеялся на производстве, ему говорили: «Ах, ты смеяться? Ну, получи расчет!» Там же были окрики, брань и даже рукоприкладство. Рабочие алебастрового завода тоже жаловались на грубость хозяина. Культурно-бытовые условия были неважными. Казармы рабочих тесны и грязны. Полы на заводах мыли по большим праздникам. В спальнях рабочих кожевенных заводов подчас висели кожи. Для развлечения рабочих существовали лишь трактир и кабак.
— При больших фабриках, конечно, устраивали больницы и школы. Но последние носили особую религиозную окраску. Так, в училище для детей рабочих фарфоровой фабрики сразу начинает ездить духовенство. И на других фабриках то же: религиозные чтения, сборы на масло и молебны, церковная литература, — сообщает исследовательница.
От религии рабочих отворачивали агитаторы: в 1903-04 годах при заводах организуют рабочие кружки, где обсуждают условия работы и одурманивающее влияние церкви. Забастовки
В целом до 1905 года Ярославская губерния не отличалась протестными настроениями, отставая от столиц. В год бастовало не более 4% рабочих – в основном специалисты текстильных и табачных фабрик. За 1895-1905 в губернии произошло 36 стачек, требования выдвигались чисто экономические, без политики. Словом, рабочее движение было менее развито, чем в других регионах, здесь играла роль гибкая политика ярославских предпринимателей.
Осенью 1905-го движение охватило всю Россию. Все крупные российские города будто попали в осаду: не было электричества, воды, не работали почта, телеграф, закрылись магазины, театры, перестали выходить газеты. В губернии первой забастовала политическая элита – железнодорожники. 10 октября в Ярославле отказались работать сотрудники ст. Урочь, затем – специалисты станции «Ярославль-город», 13 октября – железнодорожники Рыбинска.
19 октября в Ярославле антиправительственная демонстрация столкнулась с монархически настроенной манифестацией. В тот же день подобные события произошли в Рыбинске. С 17 октября по 7 ноября бастовала примерно половина рабочих губернии. Читаем у Талантовой: — 29 октября объявили забастовку на канатной фабрике Журавлевых. Но она носила частичный характер: из 310 рабочих не вышли только 58 человек: 41 прядильщик, 13 колесников и четыре чесуна. 5 ноября отказались работать живописцы и точильщики фарфоровой фабрики – они требовали на 35 % увеличить зарплату и 9-часовой рабочий день. Им пошли навстречу, снизив рабочие часы и прибавив зарплату на 12%.
В декабре забастовали мукомолы Рыбинска. Первыми отказались работать специалисты крупчатой мельницы Галунова: утром 7 декабря не вышли на работу все 374 человека. Мало того, они обошли все рыбинские мельницы с петицией и «сняли рабочих с работы».
— 10 декабря было собрание всех мельников-хозяев и делегатов рабочих. 11 декабря подписали соглашение с требованиями. Рабочий день 9 часов, отдых в праздники 24 часа, лечение семей рабочих за счет хозяев. Зарплату увеличить на 30%. За сверхурочную работу – двойная плата, — описывает Софья Талантова. Даже после этого рабочие оставались недовольны своим положением и отстаивали права. Так, на Галуновской мельнице в праздничные дни людей не отпускали на час раньше. А самых деятельных участников забастовки поспешно рассчитали. Поэтому 18 июля 1906-го мельница снова забастовала. Требования были те же, так как хозяева их не придерживались. Добавился один пункт – сделать праздником 1 Мая.
— Состоялось совещание опекуна наследников Галунова и депутатов из рабочих. Празднование 1 Мая было отклонено. Увеличить зарплату опекун тоже отказался – ввиду дороговизны зерна. Прибавил только квартирных по пяти рублей. 20 июля забастовка продолжалась, опекун заявил, что закроет мельницу, и вызвал стражников. Прибыл исправник с казаками, арестовал трех молодых рабочих как зачинщиков. Рабочие в конце концов уступили и 21 июля вернулись к работе, — завершает рассказ исследовательница.
В январе 1906-го власти активно репрессировали оппозиционное движение в губернии. На железных дорогах ввели положение чрезвычайной охраны, на ст. «Рыбинск» прибыла рота егерского полка. На заводах прошли массовые увольнения, хозяева отказались от уступок, сделанных осенью 1905-го. Революцию отложили на 12 лет.