Арзамас-16. Как Саров стал центром советского атомного проекта
«Место же есть сие весьма прекрасно, на горе состоящее и, яко в вертограде некоем, глубочайшими лесами от всех четырех стран ограждено, еже бе красоту имущее многую, и может зрящему того места чувству принести немалую сладость, и к тишине глубокой безмолвной воспростирать его мысли от самаго точию видения», – так начинает повествование о Саровской пустыни ее основатель иеромонах Исаакий (в схиме Иоанн).
Географическое расположение Сарова сыграло огромную роль в судьбе этого места. В Российской империи оно было широко известен благодаря монастырю, в котором молился православный святой Серафим Саровский. После революции 1917 года хозяйство Саровского монастыря было разорено, монахи были вынуждены покинуть пределы обители, а в апреле 1927 года мощи преподобного Серафима и другие святыни были изъяты и объявили о закрытии монастыря. В то время еще никто не предполагал, что здесь будет создан ядерный щит страны.
Первые шаги
Начало советского aтомного проекта относится к концу 1930-х годов. На заседании Президиума Академии наук СССР было принято решение создать комиссию по урановой проблеме, в которую вошли видные советские ученые, а руководителем всего aтомного проекта назначен Игорь Васильевич Курчатов. В феврале 1943 года была создана «Лаборатория измерительных приборов №2 АН СССР» – научно-исследовательского учреждение, которое должно было заниматься атомной проблемой.
Особенным для отечественного атомного проекта стал первый послевоенный год. Результатом реализации так называемого «Манхэттенского проекта» стали бомбардировки Хиросимы и Нагасаки, которые не оставили иллюзий по поводу применения США ядерного оружия. 20 августа 1945 года создается Первое главное управление (ПГУ) при Совете Министров СССР, на которое возложена организация атомной промышленности и координация научно-технических разработок в этой сфере. Возглавил ПГУ Борис Львович Ванников.
Вначале опыты проводились в Москве на базе НИИ-6 Министерства сельскохозяйственного машиностроения и Софринском полигоне в Подмосковье. Однако для полноценных работ требовался отдельный объект, да и близость крупного города по режимным соображениям была неудобна. С конца 1945 года шел поиск места для размещения сверхсекретного объекта. Требования к нему были непростыми: малонаселенная обширная лесистая территория, удаленная от крупных городов, однако достаточно близкая к Москве, при наличии начальной производственной инфраструктуры и коммуникаций.
Совершенно секретно
После длительного поиска группа руководящих работников Первого главного управления при Совете Министров СССР во главе с заместителем наркома боеприпасов Петром Николаевичем Горемыкиным, заместителем наркома транспортного машиностроения Павлом Михайловичем Зерновым и профессором Юлием Борисовичем Харитоном остановила свой выбор на поселке Саров на границе Горьковской области и Мордовской АССР. Именно здесь 1 апреля 1946 года было решено начать строительство филиала лаборатории №2.
9 апреля 1946 года под грифом «Сов. секретно. Особая папка» было принято постановление Совета Министров СССР N 805-327 о создании Конструкторского бюро при Лаборатории №2 АН СССР, которому был присвоен одиннадцатый номер. Задача КБ была предельно ясной – создать «изделие», то есть атомную бомбу.
После всех тягот войны предстоял новый прорыв – строительство секретного «объекта». С мая 1947 года первые четыре лаборатории начинают работать уже в самом поселке Саров: рентгеновская, взрывчатых веществ, исследования деформации металлов и контроля специальных изделий. Конструкторские работы начались здесь еще раньше – с февраля 1947 года.
Режимный объект
Стройка велась без проектов и предварительных смет, стоимость работ принималась по фактическим затратам. Среди строителей был и «специальный контингент» – так в официальных документах обозначались заключенные. Правительство создавало особые условия для этой стройки, однако первые производственные корпуса были готовы только в начале 1947 года. Часть лабораторий размещалась в монастырских строениях.
С прибытием рабочих и специалистов все больше внимания уделяли жилому поселку, который постепенно приобретал черты маленького города: строилось жилье медицинский городок, стадион, клуб, библиотека, театр и парк. 17 февраля 1947 года КБ-11 было отнесено к особо режимным предприятиям, а его территория стала закрытой режимной зоной. Летом 1947 года периметр был взят под войсковую охрану. Вот как вспоминает этот период саровчанин Алексей Петрович Захряпа:
«В июне 1947-го получил предписание: прибыть на станцию Шатки Горьковской области, в часть подполковника Гончарова. С оружием и без семьи. Города Арзамас-16 тогда просто не существовало. Были просеки, бараки с заключёнными, которые строили первые площадки «объекта» конструкторского бюро – КБ-11. Дома жилые стали возводить позже. А вот контрольно-пропускной пункт уже имелся, там-то я и служил».
Сотрудники КБ-11 и члены их семей до середины 1950-х годов могли отлучаться из зоны только в служебную командировку, а постоянные пропуска для людей, проживающих в зоне, были введены значительно позже.
Результатом работы известных ученых, талантливых инженеров, конструкторов, а также внешней разведки стало создание первой отечественной атомной бомбы - РДС-1. В официальном постановлении СМ СССР от 21 июня 1946 г. она получила формулировку – «Реактивный двигатель «С»», но после успешных испытаний в 1949-м ее неофициально называли по-разному: «Россия делает сама», «Родина дарит Сталину» и т. д.
Через несколько лет Юлий Харитон писал про это время: «Я поражаюсь и преклоняюсь перед тем, что было сделано нашими людьми в 1946 – 1949 годах. Было нелегко и позже. Но этот период по напряжению, героизму, творческому взлету и самоотдаче не поддается описанию. Через четыре года после окончания смертельной схватки с фашизмом моя страна ликвидировала монополию США на обладание атомной бомбой».
При подготовке статьи использовались материалы музея РФЯЦ-ВНИИЭФ, а также книги «Саров – это мы!».