Макаревич объяснил обиду россиян на его слова "тоской по несостоявшемуся величию"
Лидер "Машины времени" Андрей Макаревич в интервью Ксении Собчак прокомментировал резкую реакцию российского общества на некоторые его критические заявления.
Музыкант убежден, что они некорректно интерпретируются.
"Пошла чудесная мода перевирать мои посты — все сразу на россиян. Почему-то никто не обижается от своего имени, все обижаются от лица россиян. "Мы, россияне". Блин, кто вам дал право? А я кто — с Марса прилетел, что ли? Я сам россиянин. Выдергивается фраза какая-то и проецируется на россиян. "Макаревич назвал россиян идиотами". Я не про россиян говорил, я говорил про население планеты Земля", — объяснил Макаревич.
Такое происходит из-за "непонятно на чем основанного болезненного самолюбия", считает музыкант.
"Я этим комплексом не страдаю. Мне можно сказать, что я делаю не так. Я истерики закатывать не буду, попробую разораться, может, я себя просто не вижу со стороны. А эта тоска по величию несостоявшемуся… Ну, черт возьми, давайте станем великими, потом будем гордиться. Для этого надо перестать дурака валять, деньги тратить на науку, производство, медицину, образование, а не на ракеты, и через 10 лет начать жить лучше всех. Тогда будет чем гордиться. Нет, мы будем надувать щеки — ну, давайте", — негодует Макаревич.
Есть и такие заявления, которые были неточно сформулированы. Например фраза: "Русские привыкли гадить вокруг себя, потому что наследники кочевников".
"Вот тут я не совсем точно сформулировал. Я имел в виду вот что: в нас много намешано — и от Орды, и от Азии. Кочевник, естественно, мусорит там, где живет, потому что завтра будет в другом месте. Мы унаследовали эту скверную черту, к сожалению", — указал музыкант.
Андрей Макаревич известен своими критическими высказываниями о народе России и оппозиционными взглядами, которые он начал активно демонстрировать после присоединения Крыма к России в 2014 году. Так, год назад он назвал своих сограждан "злобными дебилами" и выразил уверенность, что с жителями России "происходит что-то ужасное". А еще за год до этого признался, что его тошнит от слова "патриотизм".