Был случай как-то в армии…

Алан Тадтаев, председатель парламента РЮО:

– Призвали меня в армию в 1988 году, а службу я проходил в Германии, в составе группы советских войск в ГДР в мотострелковом полку. Первые полгода был там единственным осетином, но подружился с ребятами из Северного Кавказа.А через полгода с новым пополнением прибыли трое призывников из Осетии. Ими оказались два парня из Дзауского района и ещё один из села Хетагурово Цхинвальского района. Безусловно, я был бесконечно рад, что, наконец, смогу просто общаться на родном языке, но по началу сразу решил разыграть ребят. Внешне во мне трудно разглядеть кавказские корни, поэтому, не раскрывая национальности, я пошел к своим знакомиться. Они были в парке боевых машин на экскурсии. Они втроем держались обособленно, но я уже издали узнал их по виду и говору. Подошёл и обратился к ним на русском, что их троих мне будет достаточно и повел к своей машине. На тот момент я был механиком бронетранспортера. Загнал машину на эстакаду и решил их проверить, говорю: «берите щетки и мойте машину». Все трое отказались. Я повторил приказ, но они тоже твердо стояли на своих принципах. Поняв их решительный настрой, я с тем же приказом обратился к ним уже на родном языке. Те аж опешили, а потом вскричали «Ирон дӕ?!»... Остаток службы мы были вместе и, понятное дело, сдружились. Один из ребят сегодня живёт на севере Осетии, другие – здесь на юге.

Константин Пухаев, государственный советник президента РЮО:

– В уже далеком 1975 году служил я в отдельном взводе разведки и уничтожения ядерных фугасов в одной из воинских частей в Южной группе войск, что дислоцировалась на территории бывшей Венгерской Народной Республики. Как-то по весне подняли нас среди ночи по тревоге и на трех БТР-ах взвод выдвинулся в район сосредоточения, форсировав по ходу реку Дунай. Прибыв на рассвете к месту назначения, бойцы, как и положено, быстренько окопались, замаскировались и обустроили инженерно-наблюдательный пост недалеко от селения Орговань. Ближе к полудню наведал нас местный крестьянин и на ломанном русском объяснил, что готов щедро угостить и даже приплатить сколько-то форинтов, если мы прицепим к нашему бронетранспортеру плуг и вспашем его земельный участок за пригорком. Как оказалось, это была обычная практика, а потому командиры зорко следили за нами, пресекая подобные проявления «советско-мадьярской дружбы». Тем не менее, водителя-механика и его сменщика долго уговаривать не пришлось, они охотно согласились на столь заманчивое предложение. С работой солдаты управились за час с небольшим, пребывая в абсолютной уверенности, что никто из начальства этого не заметит, тем более, что участок мадьяра находился вне зоны прямой видимости. Но, как оказалось, это была ложная самоуверенность. Командир взвода в бинокль зорко следил за «бизнесом» своих подчиненных, и, выждав время, прибыл на наш пост. В итоге, прихваченная для нас палинка (венгерский самогон), как и «честно заработанные» форинты были конфискованы, а сами бойцы на несколько суток были отправлены на гауптвахту.

Азамат Чочиев, министр по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий РЮО:

– Служил я в Германии в местечке Стендаль. Служба проходила спокойно, хоть холодный климат создавал некоторые неудобства – там такая же влажность, как и во Владикавказе. Что же касается случаев за время службы, то их было немало, курьёзные и не очень… К примеру, помню мы как-то в полку ожидали важного гостя из руководящего состава. А рядом с нашей частью было небольшое озеро и там всегда живописно плескались лебеди, но одно недоставало тем птицам – они были какого-то невзрачного серого цвета. Не помню кто именно, то ли командир полка, то ли начальник штаба, но нам приказал перекрасить лебедей в белый цвет латексной краской… В итоге, приказ был выполнен, правда лебеди продержались еще неделю и умерли. А важный гость, в ожидании которого мы замучили серых лебедей, к нам даже не пришел...

Геннадий Арсоев, директор школы № 12:

– Памятных случаев в армии было, конечно же, немало, а попал я по распределению в танково-мотострелковый полк в Кировакан. Но хотелось бы остановиться на случае, который произошел, когда меня перевели в афганский призыв. Ночью, во время отбоя, молодые призывники подкралисьи перемешали всем сапоги. Тем, у кого был 45 размер, положили 40 и так далее. Утром я командую: «Подъем!», все повскакивали, а вот построиться никак не могут… Словом, долгое время пытались разобрать, где, чей сапог, и в итоге даже на завтрак опоздали. Начальник сбора поругал, конечно, за безобразие, но на первый раз отделался просто предупреждением. Кстати, в годы, когда я служил в армии, вся моя семья – мои два брата и мой отец – также несли службу. О нас тогда даже публикация была в военной газете «Красная звезда».

Ахсартаг Алборты, директор художественной школы им. М. Туганова:

– Службу я проходил во внутренних войсках в Эстонии в Таллине. Курьезных случаев было немало, но мне, признаться, запомнилась неожиданная встреча с отцом. После полуторагодовалого срока службы, изрядно истосковавшись по родным ко мне неожиданно приехал отец (писатель Хаджумар Алборты – прим. ред.) Он был командирован в Эстонскую ССР в город Тарту, для исследования студенческого периода жизни известного писателя Цомака Гадиева… Отец был замечательным человеком, но очень степенным, сдержанным и в какой-то мере скупым на проявление эмоций. Даже в тот свой приезд он не хотел сознаться, что специально пришел увидеться – «Я здесь проездом и решил заглянуть к тебе» – таков был его ответ... Мы пробыли вместе лишь один день, погуляли по городу, смотрели достопримечательности Таллина, но я навсегда запомнил тот день.