Виктор Никитенко, Слёзы от лука
Экономические эксперты, нормальные люди и врачи давно заметили, что Лукашенко периодически говорит несвязанные предложения между собой. Когда слушаешь его под чистку лука и картошки, эти нестыковки мало заметны, а набор звуков, вроде бы, даже правильно и душевно ложится фоном, пока картошечка варится. Постепенно простота сельского хлопца, которая, как известно, хуже воровства, затмевает смысл и суть работы президента. И порой я даже сам начинаю верить в то, что белорусский народ собственноручно девальвировал национальную валюту, а цены на продукты в Беларуси были специально повышены властями для приведения их в соответствие с российским уровнем.
Если заниматься анализом жидкого и бесполезного словесного пюре, который Лукашенко щедро дарит журналистам, выясняется, что почти вся его речь по форме состоит из смысловых ошибок и противоречий. Что касается содержательной части выступления, например, профессионализма и знаний об экономике, социальной ситуации в стране, то тут вообще тёмный-тёмный лес и сплошное болото. Лукашенко всегда говорит поверхностно, штампами, порой сам не понимая, что такое реструктуризация, диверсификация и девальвация, и как эти термины связаны между собой. Такое ощущение, что 20 лет он занимался не страной с её реальными проблемами и перспективами, а игрой в хоккей, выращиванием лучка на огороде и поиском займы по всему миру.
Между американской моделью экономики и разграблением Беларуси «пятой колонной» Лукашенко, почему-то, ставит знак равенства, подчёркивая, что государство не имеет право вышвыривать людей на улицы, создавая западную модель у себя. При этом директор страны получает немалую финансовую помощь от Запада на развитие республики, которая и без всякой «пятой колонны» избавляется от работников на заводах. А местные, колхозные газетёнки допиливают вкусный бюджет, вдоволь наслаждаются откровенной чернухой на своих страницах и неуклюже надевают на свою лохматую голову модную шляпку под названием «четвёртая власть».
Рассмотрим и такое вот интересное мнение незаменимого «овоща»: «Если дерутся два брата, старший и средний, младший не должен быть в стороне. Но не лезть в пекло, пока его не попросят. Вот наша позиция», — сказал Лукашенко.
Вдумайтесь. Первое предложение гласит, что Беларусь («младший брат») не должна быть в стороне. И тут же вторая часть аннигилирует начало тезиса фразой — «но не лезть в пекло, пока не попросят». Вполне справедливо было бы выяснить, что это за феномен поведения такой — не стоя́щий в стороне драки на фоне отсутствия просьбы о помощи? Трусость, что ли?
Представим наиболее вероятный фрагмент из жизни. Человек видит ситуацию, как мужик избивает своего кореша ногами в восточную часть живота, и при этом так громко клевещет на него, что жильцы домов вылезли из окон. Наблюдающий, этот третий товарищ, недолго думая, обращается к двум драчунам: «Я не лезу без просьбы в пекло...» И потом поворачивается к людям со словами: «Вы видите? Я не в стороне!»
Я думаю, здоровые читатели согласятся со мной, что третий герой, да и просто нормальный прохожий разнимут дерущихся, не дожидаясь просьбы о помощи. А если у одного из агрессоров из кармана торчит нож или «Бук», то и двое против одного — отличная идея до приезда полиции.
Шизофрения, рваная логика Лукашенко заметны на протяжении всего выступления. Особенно чётко это подтверждают реплики о «русском мире» и «родной земле русских». По словам Лукашенко, Беларусь — это родная земля русских, а «мы (беларусы) — это русские, по большому счёту». При этом, он даёт понять, забыв, видимо, о сказанной им же несколько часов назад единой русскости, что Беларусь — это не часть России и «русского мира», а суверенная страна.
В общем, без слёз тут не обойтись. Лукашенко — давно уже не руководитель государства по факту. Он шагнул так далеко за границы дозволенного в работе, общении, решениях, сомнениях, дефинициях, что даже такие грубые упрёки, как «виновник девальвации — народ», остаются незамеченными в стране при всей своей очевидной, резонирующей неприемлемости. Они являются нормой в условиях управляемой холопской «критики» со стороны отдрессированных заранее оппонентов.
Тем не менее, один положительный эффект от «открытого диалога», дискредитирующего естественную дискуссию, имеется. По уровню личной невменяемости и непрофпригодности Александра Григорьевича Лукашенко можно определить, насколько далеко зашла в тупик вся страна.