Наталья Гулевская, Форс-мажор

Открыто шантажируя Европу энергоносителями и наличием ядерного оружия, Путин был близок к вполне удачному завершению захвата части Украины и дискриминации ее как полноценного государства. Ему мешали два обстоятельства:

— наличие в России всемирно признанного диссидента, которая единственная в России была полностью независима от системы и могла достаточно аргументировать в Гааге обвинения в отношении режима Путина;

— отсутствие у так называемой «армией Новороссии» контроля над воздушным пространством.

Первое препятствие было устранено без лишнего шума и громких заявлений.

Второе также Кремль попытался решить одновременно и молниеносно — передать высокоточное оружие в руки сепаратистов. Такое обстоятельство кардинально бы меняло расстановку сил в регионе и давало все шансы Путину выдавить из мирового сообщества решение о снятии вопроса юго-востока Украины с главной повестки дня.

Но первый же выстрел не только ни на шаг не продвинул Кремль к намеченной цели, а наоборот, он безвозвратно перечеркнул все фантазии по «Новороссии» и расширению русского мира и похоронил окончательно попытки создания особой цивилизации.

Мир еще ни разу не видел таких проявлений наглого террора и безответственности, даже в конфликтах в Югославии, Ираке и Ливии не было и попыток передачи такого вооружения. Если вчера международная общественность была склонна к версии «Мир без Путина», то на фоне крушения малайзийского Боинга над Украиной мы имеем очень большой шанс получить совсем другой вердикт — «Мир без России».

Очень мало времени остается у россиян для пробуждения от зомбированного гипноза и выхода из патриотической истерии, которая направлена не для укрепления российского государства, не для достижения прогресса и демократии, а на защиту и удержание системы коррумпированного казнокрадства и полной власти в руках выходцев из КГБ.

Сегодня, потеряв многое, еще есть шанс остановиться, покаяться и спастись. Завтра будет уже поздно и в мире перестанет существовать Россия, как полноправный субъект международного права.