Почему нам нужны застолья?
На протяжении тысячелетий люди собирались небольшими группами, чтобы полакомиться едой. Почему это важно – и почему мы всё ещё продолжаем эту традицию?
Это своеобразная человеческая универсалия: мы любим сидеть вместе и хорошо подкрепиться. Обеды с друзьями, званые ужины, праздничные посиделки, где мы регулярно переедаем, — совместные обеды настолько распространены, что редко замечаются, за исключением тех случаев, когда идея о том, что этого не происходит достаточно, пользуется общественной модой.
Паника по поводу сокращения семейных ужинов, например, регулярно проносится по заголовкам. Есть некоторые свидетельства того, что такие опасения не являются современной тенденцией и могут быть как минимум 100-летней давности. Все это говорит о том, что совместные приемы пищи не только распространены, но и каким-то образом обладают глубокой силой. Но почему?
Обмен едой как поведение, вероятно, восходит к временам до возникновения нашего вида, поскольку шимпанзе и бонобо, два наших ближайших родственника-примата, также делятся едой со своими социальными группами, заметили биологи. Но давать еду тем, кто ближе всего к вам, — это не то же самое, что обедать вместе, отмечает социолог Никлас Нойман из Уппсальского университета в Швеции. «Вы можете раздавать еду как предмет, не садясь и не едя с другими», — говорит он. Похоже, люди добавили к этому акту ряд сложных социальных слоёв.
Первая совместная трапеза могла состояться вокруг костра. Никто не знает наверняка, когда люди или их предки впервые научились готовить — оценки сильно разнятся, самая старая предполагаемая дата — 1,8 миллиона лет назад — но когда кто-то удосуживается охотиться или собирать еду, разводить огонь, а затем готовить на нём, это подразумевает, что у него может быть социальная группа, которая помогает ему на многих этапах этого процесса.
Помимо людей, только несколько видов обезьян, таких как бонобо, также собираются вместе для коллективного питания.
И как только вы все сядете вокруг огня, тёплого, яркого маяка в темноте, вы можете обнаружить, что не спите дольше, предполагает Робин Данбар, биологический антрополог из Оксфордского университета в Великобритании. Эти дополнительные часы в течение дня могли быть золотыми возможностями для социального сближения за едой.
Каковы бы ни были подробности происхождения, совместные приёмы пищи связаны с более высоким благополучием, обнаружил Данбар в исследовании 2017 года, в котором людей, живущих в Великобритании, спрашивали, как часто они едят с другими. Более частые приёмы пищи с другими людьми коррелируют с большей удовлетворённостью жизнью и наличием большего количества друзей, на которых можно положиться в плане поддержки. Данбар провёл статистический анализ, который показал, что приёмы пищи вызывают социальные эффекты, а не являются их результатом.
«Приём пищи запускает эндорфинную систему мозга, основную фармакологическую основу привязанных отношений у приматов и людей», — говорит Данбар. «Совместный приём пищи в группе усиливает эффект эндорфинов так же, как и совместный бег трусцой. Это происходит потому, что синхронизированная активность увеличивает выработку эндорфинов в два раза».
Совместный приём пищи — это не простое, постоянно позитивное действие.
Журналисты Синтия Гребер и Никола Твайли выяснили, что употребление того же самого в то же время, что и кого-то другого, делает его более заслуживающим доверия, когда они исследовали эту тему в своем подкасте Gastropod. Айелет Фишбах из Школы бизнеса Бута Чикагского университета, которую они интервьюировали, обнаружила, что в инвестиционной симуляции люди давали больше денег тому, с кем они ранее ели те же конфеты.
Кроме того, люди, которые ели одни и те же закуски, также быстрее приходили к удовлетворительному завершению переговоров, чем люди, которые этого не делали. Фишбах предполагает, что это своего рода реликт более раннего времени, когда, возможно, наличие схожих вкусов в еде могло быть более чётким признаком общих ценностей, чем сегодня.
Но совместный приём пищи — это не простое, последовательно позитивное действие. Пиры, трапезы, на которых делятся огромным количеством еды, могут быть тщательно срежиссированными способами демонстрации подчинения и контроля. Подумайте о традиции сбора урожая, когда землевладелец предоставляет своим работникам большой обед, или о корпоративной вечеринке, где щедрость работодателя или её отсутствие подвергаются тщательному анализу со стороны присутствующих. И регулярные семейные трапезы, какими бы восхваляемыми они ни были, не обязательно свободны от трений.
Исследования показывают, что совместные приёмы пищи связаны с более высоким уровнем благополучия.
«Если вы спросите их, люди скажут, что им нравится делиться едой с друзьями и близкими. Но это также может быть ужасным опытом — есть вместе с близкими», — говорит Ньюман. «Это также место контроля и доминирования». Застолья, где кто-то регулярно критикует ваши решения или ваш вес, вряд ли способствуют благополучию.
Действительно, в одном из текущих исследовательских проектов Ньюмана, посвящённом отношению к совместным приёмам пищи среди пожилых людей в Швеции, он обнаружил нечто, что может оказаться удивительным. «Мы намеренно спрашиваем их, не беспокоит ли их приём пищи в одиночку. Большинство из них не беспокоит», — говорит он. Им нравится есть с другими, но, по крайней мере в этой конкретной группе опрошенных, они не чувствуют потерю так остро, как можно было бы ожидать. Возможно, это связано с тем, страдают ли они уже от одиночества, предполагает он: если это так, то приём пищи в одиночестве может усилить чей-то дискомфорт.
«Но если вы человек, который часто ест с другими, то, вероятно, время от времени, — говорит Ньюман, — вам было бы неплохо посидеть одному и почитать».
Запись Почему нам нужны застолья? впервые появилась Сергей Новиков.