Деятельность МУС на примере расследования конфликта между Грузией и Южной Осетией
Несмотря на различные поговорки, существующие в русском языке в отношении инициативы и наказания за нее, я считаю инициативность положительным качеством человека. Проявление инициативы в большинстве случаев говорит о том, что у человека есть сила воли и самостоятельность в принятии решений. Но в последнее время все чаще можно наблюдать за тем, как люди и различные организации проявляют инициативу под давлением политических обстоятельств. Вот это уже очень нехорошо.
Одним из примеров такой вредной инициативы является расследование Международным уголовным судом преступлений, совершенных во время военного конфликта между Грузией и Южной Осетией в августе 2008 года. В 2015 году прокурор МУС заявил о необходимости расследования событий в Грузии в 2008 году и привлечения к ответственности лиц, виновных в преступлениях против человечества, военных преступлениях и т.д. В 2016 году началось официальное расследование этого дела, первого дела за пределами Африки. Все вроде бы было в рамках закона. Прокурор МУС имеет такое право - открывать дела по личной инициативе. Наконец-то, нашлось время, руки дошли до расследования преступлений во время войны Грузии и Южной Осетии.
Но, как и всегда, к деятельности МУС возникает огромное количество вопросов. Почему они, допустим, не начали этого расследования раньше? У них не было данных о том, что во время конфликта были совершены преступления? Неправда, были. В 2008 г. жители Республики Южная Осетия (РЮО) направили в эту структуру порядка 3000 заявлений. МУС фактически не принял к сведению их заявления. Россия так же направила в МУС значительный объем фото и видеоматериалов по фактам геноцида и массовых убийств граждан РФ на территории Южной Осетии, а также российских миротворцев с применением запрещенных средств и методов ведения войны и участием наемников.
Что же изменилось в 2015-2016 годах? Ответ мы все знаем: Олимпиада в России, возвращение Крыма России, вмешательство в безобразную ситуацию, устроенную западными странами в Сирии. В общем, укрепление позиций России на международной арене. Со стороны Запада к политической борьбе с Россией стали привлекаться даже такие откровенно убогие организации как МУС. И представители МУС рьяно включились в эту политическую борьбу.
27 января 2016 года МУС принимает Постановление по ходатайству прокурора о санкционировании расследования событий в Грузии. На официальном сайте организации есть перевод на русский язык (https://www.icc-cpi.int/CourtRecords/CR2016_01811.PDF). В этом постановлении долго и муторно бюрократическим языком описывается развитие конфликта - попытки официального Тбилиси установить свою власть над де-факто независимой Южной Осетией путем вооруженного захвата территории республики. Описывается, как вооруженные силы Грузии обстреливали Цхинвали и его окрестности, предприняли попытку сухопутного наступления на город, даже то, что российские силы по поддержанию мира подверглись нападению со стороны грузинских вооруженных сил дважды. Но выводы были сделаны просто удивительные: в пункте 27 данного постановления вдруг заявляется о том, что вооруженный конфликт на самом деле был между Россией и Грузией на территории Грузии и во время этой войны осетины занимались планомерным уничтожением и переселением грузин, что привело к сокращению грузинского населения в Южной Осетии на 75 процентов. МУС, наплевав на логику, здравый смысл и законы, свел все рассмотрение дела к обвинению России во вторжении на территорию Грузии. Какое указание получили, то и сделали.
И после выводов, основанных ни на чем, МУС начинает расследовать преступления, которые якобы были совершены в отношении грузинского населения. Вопреки всем нормам права, МУС создает какие-то структуры, которые оказывают материальную поддержку якобы пострадавшим от преступлений осетин грузинам. Показания этих грузин (еще раз - людей, который получили деньги от суда) используют потом в ходе расследования преступлений той войны.
Совершено логично, что граждане Республики Южная Осетия считают расследование этого суда необъективным, выводы не корректными. Как можно признать правильными выводы о том, что пострадавшей стороной является та сторона, которая обстреливала спящий город? Как можно согласиться с тем, что суд оставляет за рамками предмета расследования факты массовых убийств и увечий осетинской части населения Южной Осетии и вынужденного переселения с места проживания 16 тысяч осетин?
Детальное рассмотрение только одного дела, которым занимается МУС, показывает не только неэффективность, но и политическую зависимость данной организации. Поэтому вопрос о целесообразности ее существования становится все более и более актуальным.