Товарищ Си, господин Трамп или арабы: Греф просчитывает варианты, кому выгоднее продать акции Сбера

В последние дни в экспертном (и не только) сообществе возобновились разговоры о грядущей приватизации ведущего российского банка — Сбера. Поговаривают, что вопрос этот уже решенный, сейчас, мол, ведется техническая проработка продажи акций этого финучреждения.

Действительно, как свидетельствуют аналитики, государство ведет поиск длинных и недорогих денег на отечественном фондовом рынке.

Как известно, глава Сбера Герман Греф еще в декабре 2023-го допускал продажу части акций банка.

«Подавляющее большинство госкомпаний может быть приватизировано, включая Сбербанк. Мы очень привлекательный актив, нас с удовольствием купят», — говорил он в интервью телеканалу «Россия 24».

По его словам, государству для контроля над учреждением «достаточно 25%». Если правительство примет решение продать 25% сберовских акций, это повысит привлекательность российского рынка.

На Петербургском экономическом форуме 2024 года Греф заявил, что положительно относится к частичной приватизации Сбера, но «государство не хочет расставаться с пакетом».

Впервые акции Сбера (тогда Сбербанка РФ) появились на российском фондовом рынке в 1993 году.

Однако большого интереса у наших сограждан не вызвали, поскольку они куда более охотно вкладывались в различные финансовые пирамиды — «Властилина», МММ, «Хопер инвест» и прочие конторы, обещавшие заоблачные проценты, а также шубу и сапоги российским женщинам, которые на телеэкране то и дело справлял «народный акционер» Леня Голубков.

В 2007-м Сбер провел «народное SPO» — вторичное публичное размещение акций на фондовом рынке, что стало крупнейшим банковским размещением акций на фондовом рынке в России и третьим в мире на тот момент. Тогда 2,6 млн акций было реализовано на сумму более 230 млрд рублей (8,8 млрд долларов) — новыми акционерами стали около 30 тысяч физических лиц.

Что касается контрольного пакета акций Сбера, то поначалу им владел ЦБ, однако позднее посчитали, что наличие такого основного собственника означает конфликт интересов и в апреле 2020-го он был продан Минфину России.

Публицист Павел Волков называл тогда эту продажу «загадочной»: «Это, по сути, один и тот же собственник, то есть, простым языком, это перекладывание денег из кармана в карман одной и той же куртки. Зачем?..

Эксперты говорят, что банковский регулятор не может одновременно быть владельцем банка-монополиста. Почти 20 лет мог, а теперь не может… Почему Сбер в руках ЦБ создает конфликт интересов, а в руках Минфина не создает?"

Причиной продажи части акций Сбера является серьезный бюджетный дефицит. Так прокомментировал разговоры о приватизации банка экономист, член наблюдательного совета Гильдии финансовых аналитиков и риск-менеджеров Александр Разуваев.

— Греф о приватизации Сбера говорил давно. Также об этом вели разговоры представители инвестиционных фондов, а также недоброжелатели Грефа. Причем последние утверждали, что даже в случае продажи части акций он останется у руля банка — у государства останется «золотая акция».

«СП»: Почему сейчас всплыл вопрос о приватизации?

— Когда все было нормально с госфинансами — нужды в этом не было, эти высказывания мало кто воспринимал как что-то, имеющее отношение к реальности. Сейчас мы наблюдаем кризисную ситуацию. Для покрытия бюджетного дефицита нужны средства и продажи части акций Сбера может сыграть важную роль в этом плане.

«СП»: Продажу акций могут осуществить на отечественном фондовом рынке?

— Не только. Часть акций вполне могут приобрести китайцы. Часть — представители исламского банкинга, возможно, подключатся какие-то богатые люди или структуры с Ближнего Востока — о них пока мы можем только предполагать, вплоть до суверенного фонда Саудовской Аравии. По уровню доходов Сбер — один из самых прибыльных банков мира, при этом сам по себе он довольно недорогой. А по объему деятельности, финансовых операций не уступает ведущим банкам мира.

У правительства сейчас стоит задача покрыть бюджетный дефицит. Размещение акций на внутреннем фондовом рынке что-то даст, но не так много, как хотелось бы. Поэтому не исключено, что правительство оставит «золотую акцию» у себя, а остальные выпустит на рынок, через IPO, плюс иностранные инвесторы, с того же Ближнего Востока.

Можно вспомнить продажу акций «Роснефти» в свое время. Тогда 19,5% акций компании купил консорциум Glencore и суверенный фонд Катара. Здесь может произойти нечто подобное.

«СП»: Не может получиться так, что выгодополучателями станет узкий круг заинтересованных лиц?

— Если будет «золотая акция», эти опасения напрасны. Кроме того, если акции будут продаваться на бирже, через инвестиционные фонды, таких вещей не случится. Кстати, в этом случае акции могут приобрести фонды, связанные с Дональдом Трампом. А почему бы и нет? Конечно, руководству Сбера придется несколько поднапрячься и выплачивать дивиденды раз в полгода, а не в год. В прошлом году у них прибыль составила, 1,58 трлн рублей. Из них половина ушла на выплату дивидендов.

«СП»: Когда может произойти продажа акций Сбера?

— Все будет зависеть от того, как правительство справится с проблемой покрытия дефицита бюджета, для которого сильный рубль и низкие цены на нефть не очень комфортны. Причем продолжается эта ситуация уже довольно долго. Надо что-то делать. На резкую девальвацию рубля правительству идти, видимо, не слишком хочется. В целом для нас внешне мало что изменится, как в случае с «Роснефтью».