Благородство наших душ
А давайте я расскажу вам сегодня красивую историю о благородстве обычных питерских купцов XIX века. Я как-то уже рассказывал об истории женитьбы и недолгом первом браке купеческого сына Алеши Тарасова по мотивам его дневника.
Но у Алеши была еще и старшая сестра Анастасия, которая, к сожалению, на свадьбе брата погулять не смогла, так как преставилась за несколько лет до того, как батюшка Алеши и Анастасии решил сосватать сыну дочь купца Елисеева.
Рассказывают, что Анастасии повезло выйти замуж не просто по папенькиной воле, а по любви. К сожалению, как уж там у них сладилось с молодым человеком Кирпичёвым за давностью лет позабылось. Может быть, на службе в единоверческой церкви познакомились, а может быть, это была и любовь с первого взгляда, когда пришли сваты сговариваться «у вас товар, у нас купец».
Так вот Анастасия почти сразу после свадьбы покинула наш бренный мир. Может быть, ее продуло на свадебных пирах, как потом случилось с Алешиной женой, может быть, еще что. В общем, не стало молодой купчихи. А отец у Алеши и Насти - Николай Степанович, к тому моменту хорошо поднялся на столярных и плотницких подрядах, став купцом I гильдии (Зимний дворец после пожара 1837 года сам себя не восстановит, да и другие дворцы и театры тоже умелых рук и зоркого глаза требуют). И за дочерью он дал хорошее приданое – 125 тысяч рублей.
И тут Анастасия неожиданно, почти сразу после свадьбы, отправилась в лучший из миров.
Дальше случилось следующее.
Неутешный вдовец Кирпичёв только что бывший молодым мужем, собрал все эти большие тысячи и принес их назад теперь уже бывшему тестю. Мол, чего там – и пожить не успели, какое тут приданое.
Николай Степанович посмотрел на Кирпичёва и сказал в ответ, что-то вроде – молодой человек, ты сейчас не в своем уме. Кто от таких денег отказывается. Это было приданое за моей дочерью. Вы обвенчались, ты его получил вместе с моей дочерью. То, что так получилось с Настей – судьба, пути Господни неисповедимы. Но деньги эти твои и я их у тебя назад не возьму.
Только вот молодой человек тоже был твердых правил и ответил, что ему эти деньги без жены Анастасии совсем без надобности.
Решение нашли простое и самое правильное. Хорошо будет потратить эти деньги на богоугодное дело – открыть в честь усопшей Рабы Божьей Анастасии женскую богадельню. На том и порешили. Так рядом с Большеохтинским единоверческим кладбищем появилась Анастасьинская богадельня на полсотни постоялиц.
С богадельней получилось, правда, несколько интересных моментов, так как Николай Степанович хотел, чтобы богадельня располагалась рядом с единоверческим кладбищем, а покупать землю сам он там не имел права. Поэтому купчую оформили на брата, но власти предпочли закрыть на это глаза. Куда больше проблем случилось из-за того, что Тарасов решил, что в богадельню следует принимать только постоялиц не просто честного поведения, но и единоверческого вероисповедания. И это утвердил Николай I, который вообще постоянно третировал старообрядцев, настойчиво загоняя их в лоно официальной православной церкви. И тут оказалось, что император подписал документ об открытии единоверческой богадельни в столице.
Впрочем, все замяли и богадельня с 1850 года стала работать в память Анастасии Кирпичёвой-Тарасовой. Потом, когда Алеша Тарасов тоже покинет этот мир в 40 лет, семья Тарасовых построит рядом в его память храм преподобного Алексия, человека Божия. Это случилось в 1867 году.
Храм закрыли и разрушили большевики в 1923 году. Богадельню тоже закрыли, отдав здание под производственно-служебные корпуса. В 1973 году тут располагалось управление механизации № 245 стройтреста №33 Главзапстроя. Сейчас – корпус комбината химико-пищевой ароматики по адресу Санкт-Петербург, ул. Партизанская, 13.
Хоть какая-то память о благородстве купеческих душ осталась.