Известно, что на Солнце нельзя глядеть долго. А Сергей Гайдаш смотрит на него весь рабочий день, без отпусков и выходных. Светило приветствует его с экрана нескольких мониторов, где оно – разное, многоцветное, в нескольких диапазонах и даже с обратной стороны. А рядом – ещё много цифр, графиков, диаграмм, поступающих со спутников. Настоящий центр управления погодой! «Нет, мы только прогнозируем погоду. Управляют ей совсем другие люди», – посмеивается физик. 7 мая Сергею Петровичу Гайдашу исполнилось 70 лет. Из них 19 он руководит Центром прогнозов космической погоды ИЗМИРАН. Тяжёлый космос Детство Сергея Гайдаша прошло в украинском городе Сумы. «В детстве я хотел стать лётчиком, – вспоминает Гайдаш. – У нас был авиационный полк…» Поступать решил на физфак университета в Ужгороде – там жила тётя. Через два года перевёлся на радиофизический факультет Харьковского института радиоэлектроники. В 1970-м подошло время распределения. «В «ящике», где я диплом делал, с жильём было плохо, предложили поехать в Москву. Там ничего не нашел, объехал всё Подмосковье… Помню, как пришёл в ИЗМИРАН. Снежок выпал, новенькое здание, красиво было! «Мы исследуем ионосферу с помощью ракет и спутников…» – «А жильё?» – «Годик придётся потерпеть». Я и согласился». Это было в 1970-м, а в 1974-м был первый проект. Военные дали физикам несколько списанных боевых ракет для запуска с научной аппаратурой, чтобы измерять ионосферу. Но из-за ошибки разработчиков не раскрылись передающие антенны. «Космос – это тяжёлая вещь, – резюмирует Гайдаш. – Всё медленно, переносятся сроки, и не повторить. Я потратил несколько лет – и вхолостую». На дне морском Дальше Сергей Гайдаш занимался морскими электромагнитными исследованиями, конструировал донные измерительные станции, с помощью которых искали, в частности, перспективные места для поиска нефтяных месторождений. Руководителем Гайдаша стал Александр Николаевич Пушков. «Он приходил, интересовался, как дела, и, самое главное – чем помочь. К мелкому научному сотруднику! А когда мы сделали первый эксперимент на Каспии, он бегал по институту и всем кричал: «Гайдаш получил материал!» Безвременная гибель Пушкова в 1980 году оборвала многие планы. Ещё один большой проект – на Байкале. Пока коллеги из ИЯИ расставляли детекторы нейтрино, Гайдаш и Ко. опускали на дно озера датчики электромагнитных полей. Работы шли в марте, пока ещё крепок лёд, а вместо корабля у физиков был ГАЗ-66… «В 2008 году в Иркутске было сильное землетрясение, и наши приборы показали скачок электрического поля на несколько часов раньше». Затопление «Мира» В августе 1998 года ИЗМИРАН решил создать Центр прогнозов. «Нигде больше не смогли бы это сделать. А у нас институт «10 в одном»: ионосферы, Солнца, магнитосферы, космических лучей…» – перечисляет Гайдаш. В течение года появились первые потребители из Роскосмоса. Список партнёров растёт, есть и военные, и гражданские заказчики. Работа эта нужна многим. Метеочувствительным больным, которым прогноз помогает скорректировать дозы лекарств и планы на день. Ракетчикам, которые откладывают запуски в периоды сильной солнечной активности. «Во время магнитных бурь падают спутники, – продолжает физик. – Атмосфера нагревается и поднимается вверх. На высоте, где они летают, её плотность увеличивается в шесть раз. Например, 15 марта 1989 года американская система слежения NORAD потеряла сразу 1200 объектов». Выход – точно спрогнозировать ситуацию и вовремя предупредить соответствующие структуры.
