Фермеры сразу нескольких российских регионов сейчас несут большие убытки из-за инфекций, одолевающих животных. Где и какая болезнь губит коров, коз, свиней, и как обстоит ситуация в Ульяновской области, разбирался журналист ulpravda.ru. Серия вспышек опасных заболеваний сельскохозяйственных животных зафиксирована в начале весны в Новосибирской, Омской, Томской, Свердловской, Самарской и Пензенской областях, в Республиках Чувашия, Якутия и Алтай, в Забайкальском крае. В этих регионах ветеринары в сопровождении полицейских приезжают к фермерам и усыпляют домашний скот, поясняя, что животные больны особо опасной инфекцией – пастереллезом. «Пастереллез – это острая инфекционная болезнь, поражающая коров, коз, овец, свиней, кроликов, различную птицу, а также диких и домашних животных, - рассказал ulpravda.ru известный ветеринар, выпускник ульяновского аграрного вуза, бывший заведующий приютом «Лапа Помощи» (УлГАУ) Дмитрий Акимов. – У животных появляются кровавые язвы на коже. Дойные коровы дают молоко с кровью. Болезнь протекает стремительно, а смертность достигает 80%. Лечение болезни возможно. Однако, как правило, ветеринарные службы часто идут на радикальные меры: уничтожают все поголовье в очаге, чтобы не допустить распространения». Как отметил наш собеседник, серьезная опасность заболевания заключается еще и в том, что инфекция передается человеку. «Заражение происходит элементарным способом: через пищу - молоко, мясо, - уточнил Дмитрий Акимов. – Также человек может заразиться от больного животного через царапины, укусы или воздушно-капельным путем». Однако многие фермеры, в хозяйствах которых в выявлены больные животные, полагают, что их питомцев убивал не пастереллез, а другие опасные инфекции. Например, ящур. «Мой двоюродный брат Рафаэль, живущий в Новосибирске – фермер, - рассказал ulpravda.ru житель Ульяновска Руслан Сираздинов. – На днях звонил, сетовал, что пришли представители ветслужбы и устроили в его хозяйстве массовый забой скота – уничтожили более 200 голов. Да, его коровы были больны, но считает, что пастереллез не требует столь кардинальных мер: вместо масштабного забоя можно было бы провести лечебно-санитарные мероприятия – изолировать животных и попробовать их вылечить с помощью антибиотиков или лечебных сывороток. Рафаэль уверен, что, скорее всего его буренки были инфицированы ящуром – более тяжелой инфекционной болезнью. По мнению брата, инфекция могла быть завезена в Сибирь из северных районов Казахстана и передаться через диких животных, например, косуль». Ульяновская область не граничит с Казахстаном, но среди наших соседей есть Самарская и Пензенская области, а также Республика Чувашия – регионы, в которых уже зафиксированы очаги особо опасных заболеваний сельскохозяйственных животных. Наши аграрии переживают, что могут пострадать их животные. Но ветеринары успокаивают. «Ульяновская область - один из самых благополучных регионов в Приволжском Федеральном округе: ни в 2025 году, ни в 2026-м у нас пока не зарегистрировано ни одного очага особо опасных инфекций животных, - заверил ulpravda.ru заместитель руководителя агентства ветеринарии Ульяновской области Александр Жданов. – Такая биологическая безопасность обеспечивается внедрением системы контроля, предусматривающей все перемещения живых животных только по согласованию с Россельхознадзором. То есть если фермер из Ульяновской области хочет завезти в свое хозяйство корову или другое животное из другого региона, к примеру, из Саратовской области, то он оформляет письменное разрешение и согласует маршрут завоза. Завоз возможен только с благополучных территорий и только тех животных, которые прошли специальный животный карантин. При прибытии на территорию нашего региона, ввозимые животные проходят такой животный карантин повторно. Если никакой инфекции не выявлено, скотина допускается». При этом, как отметил Жданов, из Ульяновской области в другие регионы животные могут быть вывезены без такого контроля. Потому что наш регион – здоровый. Житель Сурского района, известный в нашем регионе фермер, руководитель ООО «Чеботаевка» Николай Лаврушин занимается фермерством уже почти 50 лет. С ветврачом он соглашается, но признается, что, хотя за полвека в его хозяйстве инфицирование животных не фиксировалось ни разу, расслабляться нельзя никогда. «У меня в хозяйстве 1 600 голов крупного рогатого скота, все буренки и бычки, к счастью, здоровы, - заявил ulpravda.ru Николай Лаврушин. – Но и меня, и других фермеров ситуация с пастереллезом и другими инфекциями, конечно, напрягает. Обстановка вокруг напряженная. Всего в ста километрах от нас располагается Батыревский район Республики Чувашия. Там в одном из домохозяйств выявлен очаг инфекции. Правда, карантин пока не наложили на эту территорию. А ведь мы им молоко поставляем регулярно». Николай Иванович разъяснил, как обеспечивается безопасность при столь близком соседстве с очагом инфекции. «Колеса машин регулярно дезинфицируются, вся техника пропускается через специальные дезинфицирующие барьеры, - уточнил Лаврушин. – Ну и, конечно, весь скот проверяется ветслужбами. Прививки регулярно делаются. Выполняется все возможное, чтобы не «забеременеть» этой заразой». Слова опытного фермера подтверждает и начинающий хозяйственник Максим Богстобоев: он работает в сельском хозяйстве первую пятилетку. «Хотя у меня небольшое подсобное хозяйство – семь свиней и 25 голов птицы – ситуация с инфекцией тоже тревожит, - заявил Максим Богстобоев. – Ведь уже с десяток регионов России подхватили заразу. Чтобы все было в норме, выполняем все рекомендации ветслужбы: делаем прививки, даем животным необходимые препараты для профилактики. Ветеринары про нас не забывают, приезжают два раза в год – весной и осенью». А вот фермер из Чердаклинского района, известный в регионе сыровар, хозяин личного хозяйства «Девятая козочка» Владислав Россошанский заявил нам, что опасные инфекции животных его не страшат. «Еще при проектировании фермы мы сделали входные группы таким образом, чтобы не было заносов инфекции со стороны, - объясняет Россошанский. - Животных мы не закупаем и не продаем на сторону. Географически изолированы от большей части мира, живет в глубинке, вдали от проездных трасс. И никаких инфекций у нас нет». Конечно, жить в изолированном мире, безопаснее. Но как быть с обновлением генетики питомцев? «Не скрою, что у нас были планы обновить генофонд, - признался нам опытный фермер. – Но неблагополучная эпидобстановка в стране вынудила нас поменять планы. Пока генофонд не обновляем». Но даже находясь в изоляции, животные из хозяйства Россошанского находятся под постоянным контролем ветслужб. «В отношениях с ветеринарами у нас всегда царят дружба и сотрудничество, - признается Владислав. – Еще на этапе организации фермерского хозяйства я отправился в ветслужбу за советом, как лучше сделать? В итоге мы сообща отладили процесс работы фермы так, чтобы соблюдались и биобезопасность, и биогигиена, и графики прививок». Россошанский, конечно, читает сообщения о вспышках инфекций в разных регионах России. И имеет свою точку зрения, как улучшить ситуацию. «Очень хочется, чтобы государство стало вкладывать больше средств в ветслужбу, - заявил ulpravda.ru опытный фермер из Чердаклинского района. – Потому что именно эта служба реально работает, обеспечивая биологическую безопасность страны. Но из-за недостаточного финансирования, видя маленькие зарплаты ветеринаров, молодежь не идет работать в эту профессию. Необходимо обеспечить ветслужбу адекватным финансированием, отрегулировать институт участковых ветеринарных врачей и обеспечить фермерские хозяйства устойчивой интернет-связью. А то установили «Меркурии», а они бесполезны без интернета». Фотографии Владимира ЛАМЗИНА
