Путь предателя. Как сдавался в плен генерал Власов
В первой части материала речь шла о том, как Андрей Власов считался талантливым и перспективным генералом Красной Армии. После командования (часто успешного) рядом частей, 20 апреля 1942 года Власов назначается командующим 2-ой ударной армией. Эта армия, предназначавшаяся для прорыва блокады Ленинграда, к концу весны оказалась в тяжелом положении. В июне немцы закрыли «коридор», связывающий части армии с основной линией фронта. В окружении осталось около 20 тысяч человек вместе с командующим — генералом Власовым.
Спасение генерала Афанасьева
И немцы, и наши, зная, что командование 2-й ударной армии осталось в окружении, пытались во чтобы то ни стало его обнаружить.
Штаб Власова, тем временем, пытался выбраться. Немногие уцелевшие свидетели утверждали, что в генерале после провалившегося прорыва произошел надлом. Он выглядел безучастным, не прятался от обстрелов. Командование отрядом на себя взял начальник штаба 2-й ударной армии полковник Виноградов.
Группа, блуждая по тылам, пыталась выйти к своим. Она вступала в стычки с немцами, несла потери, постепенно сокращаясь.
Ключевой момент произошел в ночь на 11 июля. Начальник штаба Виноградов предложил разделиться на группы по несколько человек, и выходить к своим самостоятельно. Ему возразил начальник связи армии генерал-майор Афанасьев. Он предложил всем вместе дойти до реки Оредеж и озера Черное, где можно прокормиться рыбной ловлей, и где должны находиться отряды партизан. План Афанасьева был отвергнут, но мешать ему двигаться своим маршрутом никто не стал. С Афанасьевым ушли 4 человека.
Буквально через сутки группа Афанасьева встретилась с партизанами, которые связались с «Большой землей». За генералом прибыл самолет, который вывез его в тыл.
Алексей Васильевич Афанасьев оказался единственным представителем высшего командного состава 2-й ударной армии, которому удалось выйти из окружения. После госпиталя он вернулся в строй, и продолжил службу, закончив карьеру в должности начальника связи артиллерии Советской Армии.
«Не стреляйте, я — генерал Власов!»
Группа Власова сократилась до четырех человек. Он расстался с Виноградовым, который был болен, из-за чего генерал отдал ему свою шинель.
12 июля группа Власова разделилась, чтобы отправиться в две деревни в поисках продовольствия. С генералом осталась повариха столовой военного совета армии Мария Воронова.
Они зашли в деревню Туховежи, представившись беженцами. Власов, назвавшийся школьным учителем, попросил еды. Их накормили, после чего неожиданно наставили оружие и заперли в сарае. «Гостеприимным хозяином» оказался местный староста, вызвавший на подмогу местных жителей из числа вспомогательной полиции.
Известно, что у Власова был с собой пистолет, однако оказывать сопротивление он не стал.
Староста не опознал генерала, но счел пришедших партизанами.
Утром на следующий день в деревню заехала немецкая специальная группа, которую староста попросил забрать пленников. Немцы отмахнулись, потому что ехали за ... генералом Власовым.
Накануне германское командование получило информацию о том, что генерал Власов убит в стычке с немецким патрулем. Труп в генеральской шинели, который осмотрели члены группы, прибыв на место, был опознан как тело командующего 2-й ударной армией. На самом деле убит был полковник Виноградов.
На обратном пути, уже проехав Туховежи, немцы вспомнили о своем обещании, и вернулись за неизвестными.
Когда открылась дверь сарая, из темноты прозвучала фраза на немецком:
— Не стреляйте, я — генерал Власов!
Две судьбы: Андрей Власов против Ивана Антюфеева
На первых же допросах генерал стал давать развернутые показания, сообщая о состоянии советских войск, и давая характеристики советским военачальникам. А уже спустя несколько недель, находясь в особом лагере в Виннице, Андрей Власов сам предложит немцам свои услуги в борьбе с Красной Армией и режимом Сталина.
Что заставило его так поступить? Биография Власова свидетельствует, что от советского строя и от Сталина он не то, что не пострадал, а получил все, что имел. История про брошенную 2-ю ударную армию, как было показано выше — тоже миф.
Для сравнения, можно привести судьбу еще одного генерала, пережившего катастрофу Мясного Бора.
Иван Михайлович Антюфеев, командир 327-й стрелковой дивизии, принимал участие в битве за Москву, а затем со своим подразделением был переброшен для прорыва блокады Ленинграда. 327-я дивизия добилась наибольшего успеха в Любанской операции. Подобно тому, как 316-я стрелковая дивизия неофициально называлась «Панфиловской», 327-я стрелковая дивизия получила наименование «Антюфеевской».
Звание генерал-майора Антюфеев получил в разгар боев под Любанью, и даже не успел сменить погоны полковника на генеральские, что сыграло роль в его дальнейшей судьбе. Комдив тоже остался в «котле», и был ранен 5 июля при попытке вырваться.
Гитлеровцы, взяв офицера в плен, пытались склонить его к сотрудничеству, но получили отказ. Поначалу его держали в лагере в Прибалтике, но потом кто-то донес, что Антюфеев на самом деле — генерал. Его тут же перевели в особый лагерь.
Когда стало известно, что он — командир лучшей дивизии армии Власова, немцы стали потирать руки. Им казалось само собой разумеющимся, что Антюфеев пойдет по пути своего начальника. Но даже встретившись с Власовым лицом к лицу, генерал ответил отказом на предложение о сотрудничестве с немцами.
Антюфееву предъявили сфабрикованное интервью, в котором он заявлял о готовности работать на Германию. Ему пояснили — теперь для советского руководства он несомненный предатель. Но и здесь генерал ответил «нет».
В концлагере генерал Антюфеев пробыл до апреля 1945 года, когда его освободили немецкие войска. Он вернулся на Родину, был восстановлен в кадрах Советской Армии. В 1946 году генерал Антюфеев был удостоен ордена Ленина. Из армии он ушел в отставку в 1955 году по болезни.
Но вот ведь странное дело — имя генерала Антюфеева, сохранившего верность присяге, известно лишь любителям военной истории, в то время как о генерале Власове знают все.
«Убеждений у него не было — было честолюбие»
Так почему же Власов сделал тот выбор, который сделал? Может, потому, что в жизни более всего он любил славу и карьерный рост. Страдания в плену прижизненной славы не обещали, не говоря уже комфорте. И Власов встал, как он думал, на сторону сильного.
Обратимся к мнению человека, который знал Андрея Власова. Писатель и журналист Илья Эренбург встречался с генералом на пике его карьеры, в разгар успешной для него битвы под Москвой. Вот что писал о Власове Эренбург спустя годы: «Конечно, чужая душа потемки; все же я осмелюсь изложить мои догадки. Власов не Брут и не князь Курбский, мне кажется, все было гораздо проще. Власов хотел выполнить порученное ему задание; он знал, что его снова поздравит Сталин, он получит еще один орден, возвысится, поразит всех своим искусством перебивать цитаты из Маркса суворовскими прибаутками. Вышло иначе: немцы были сильнее, армия снова попала в окружение. Власов, желая спастись, переоделся. Увидев немцев, он испугался: простого солдата могли прикончить на месте. Оказавшись в плену, он начал думать, что ему делать. Он хорошо знал политграмоту, восхищался Сталиным, но убеждений у него не было — было честолюбие. Он понимал, что его военная карьера кончена. Если победит Советский Союз, его в лучшем случае разжалуют. Значит, остается одно: принять предложение немцев и сделать все, чтобы победила Германия. Тогда он будет главнокомандующим или военным министром обкорнанной России под покровительством победившего Гитлера. Разумеется, Власов никогда никому так не говорил, он заявлял по радио, что давно возненавидел советский строй, что он жаждет "освободить Россию от большевиков", но ведь он сам привел мне пословицу: "У всякого Федорки свои отговорки"... Плохие люди есть повсюду, это не зависит ни от политического строя, ни от воспитания».
Генерал Власов ошибся — предательство не привело его вновь на вершину. 1 августа 1946 года во внутреннем дворе Бутырской тюрьмы лишенный звания и наград Андрей Власов за измену Родине был повешен.